Я улыбнулась, мельком взглянув на Вадима.
- Вроде все, - произнесла я, оглядывая комнату. Странно, она не вызывает во мне никакого негатива. Скорее какую-то непонятную тоску.
- Забери чай, что ты купила, - произнес мужчина, вставая с моей постели.
- Нет, что ты, - мотнула я головой, - это твое.
Вадим хмыкнул, подходя ко мне почти вплотную.
- Думаешь, я буду его заваривать? Сама же понимаешь, это был лишь предлог. И да, мое предложение о работе в силе.
Мужчина стоял очень близко, я даже чувствовала тепло его тела. Появился даже какой-то совсем уж дикий порыв обнять его. Но я, конечно, сдержалась.
- Как скажешь, - вежливо улыбнулась я, делая шаг назад. – А по поводу работы, я все же, вынуждена отказаться. Надеюсь, поймешь.
- Конечно, - Вадим спрятал руки в карманы брюк. – Это все?
Я проследила за его взглядом и, поняв, что он про чемодан, кивнула.
Мужчина подхватил мои вещи и направился на выход.
- Тогда жду тебя в гостиной.
Послышались удаляющиеся шаги, а я медленно подошла к окну. Почему-то сейчас совсем не хотелось покидать эту комнату. Может, потому что я провела в ней наедине с собой очень много времени, раздумывая над такими важными вещами. Я пока так и не решила, что буду делать дальше. Как бы мне не хотелось забыться и просто двигаться вперед, я понимала, что это сложно будет сделать, пока я не решу все вопросы с отцом.
Еще раз взглянув на раскинувшийся под окнами город, я развернулась и вышла. Вот и все, собственно.
Вадим сидел в кресле, закинув ногу на ногу и скрестив пальцы. Его вид был задумчивым, но абсолютно не рассерженным или расстроенным.
- Я вызову такси и поеду, - проговорила я, присаживаясь в соседнее кресло.
- Что за глупости, - произнес мужчина, - я уже вызвал водителя, он будет через пять минут.
- О, - я смущенно улыбнулась, - спасибо.
- Чай, - напомнил Вадим, улыбнувшись в ответ.
- Точно, - я пошла на кухню, забирая, уже мое, богатство. Почти убрав все чаи в пакет, я наткнулась взглядом на заварочный чайник. Улыбнувшись своим мыслям, я поставила кипятиться воду в чайнике.
- Что это? – спросил Вадим, когда спустя пять минут я поставила перед ним чашку.
- Твой чай, - произнесла я, - напоследок.
Он хмыкнул, но сделал глоток.
- Машина ждет, - произнес Вадим, после того, как поставил обратно чашку.
- Ясно, - кивнула я, отворачиваясь к чемодану.
- Я провожу, - мужчина встал с кресла, одернув пиджак. По-другому и быть не могло.
Мы спустились вниз, где уже стоял Роман возле темного седана. Он тут же перехватил чемодан у Вадима, кивнув мне.
- Ну, пока, - произнесла я, не зная, что говорить в таких ситуациях.
- Будь осторожна, - проговорил Вадим. Он был так рядом, что сделай он еще один шаг, и я бы точно прижалась к нему. Но он его не сделал, держа небольшую, но все же дистанцию. – И еще, - мужчина достал из кармана визитку, - если возникнут проблемы – звони.
Я улыбнулась, пряча бумажный прямоугольник в сумку.
- С чего такая забота, Вадим? – не удержалась я от вопроса.
Мужчина хмыкнул.
- Мы в ответе за тех, кого приручили, Юль, - ответил он.
Я не удержалась от короткого смешка и решила, что пора и честь знать.
- Спасибо. За все, - произнесла я, прежде чем сесть в авто. Ну, вот и все, я свободна.
Кто бы мог подумать, что это было лишь начало конца моей спокойной жизни.
Месяц спустя
- Почему вы ушли с прошлого места работы?
Я застряла на этом вопросе. Не могу же я рассказать, как мой отец украл кучу денег, а потом тот, кто оказался обворованным, решил вернуть свое. Но, непонятно по каким причинам, я оказалась не втянута во все это. Точнее, обо мне позаботились.
- Возникли личные проблемы, временно я не могла работать, - ответила я, выпрямив спину.
- А снова эти проблемы не возникнут? – поверх очков посмотрел на меня мужчина.
- Нет, - я улыбнулась, - я их окончательно решила.
Я соврала. Но что делать, работа мне нужна, и в итоге я ее получила. С завтрашнего дня я помощник маркетолога в не очень известной фирме. После того, как я подставила свою компанию, путь в крупные компании мне заказан.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Целый месяц я пыталась расставить все по полочкам и вернуть хотя бы видимость того, что все в порядке. Но получалось из рук вон плохо. Начать стоит с того, что я больше не разговаривала со своим отцом после того дня. Я столько раз порывалась ему позвонить, но каждый раз останавливалась, вспоминая все то, что он мне сказал. Я многое переосмыслила, хотя и до сих пор очень сильно за него переживаю, но верю, что Вадим его не тронет, раз обещал.
Кстати, о нем. С мужчиной я тоже последний раз разговаривала в тот день, когда уехала. Вечером он позвонил мне и уточнил, все ли в порядке. Я уверила его, что да. На этом и распрощались.
Почему-то я была уверена, что он еще появится в моей жизни. Но прошло уже много времени, а от него ни слуху, ни духу. Не сказать, что меня это расстраивает, но выглядит, как затишье перед бурей.
Приходить в пустую квартиру очень не уютно. Раньше, возвращаясь домой, я чувствовала облегчение. Сейчас же тоску и какую-то физическую боль в районе груди. Такое не проходит бесследно. Притом я не знаю, что меня подкосило больше: жизнь у Вадима или то, с какой стороны мне открылся мой отец. И то, и другое стало чем-то настолько диким в моей размеренной жизни, что я никак не могла с этим смириться.
Погрев в микроволновке суп, которому уже три дня, я села за наш стол, смотря в окно. Темно, грустно и очень одиноко. И еще страшно, потому что не знаю, как там отец. С друзьями я сейчас избегаю всяческого общения, потому что на вопрос «как дела», я не знаю, что отвечать.
Суп был уже не вкусным, либо же я перестала получать удовольствие от еды. Я отодвинула тарелку и вышла из кухни. Лучше пойти спать, быстрее пройдет ночь, быстрее начнется новый день. Мне все казалось, что он принесет мне что-то другое.
И действительно, следующий день был чуточку лучше последних: я вышла на работу. К этому шагу я долго не могла прийти, но когда поняла, что деньги почти кончились, решила, что пора. На мое счастье, коллектив оказался довольно дружелюбным, но в то же время сдержанным, поэтому никакого любопытства со стороны новых коллег не последовало.
Весь день я вникала в графики, статистику, новые веяния и все то, что, в принципе, знала и так не плохо. Но это очень хорошо помогло отвлечься, я даже к вечеру весело шутила в компании двух девочек коллег.
Правда дома все вернулось на круги своя, но я хотя бы знала, что за пределами этой квартиры жизнь продолжает крутиться.
Следующую неделю я училась заново вливаться в общество. А еще решилась позвонить отцу. Гудки шли, но в итоге меня скинули. Что ж, я попыталась. Больше не буду. И хотя мне интересно, как он, все же у меня гордость тоже есть. Я не сделала ничего плохого.
На выходные у меня были громадные планы: я собралась вылезать из затяжной депрессии. Начать решила с уборки, которую наша квартира не видела уже давно. Поэтому я купила бутылку вина, нашла старые растянутые штаны и принялась за работу. Под музыку это делать оказалось довольно интересно, а распитие вина добавляло красок в это не самое приятное дело.
Когда почти все было закончено, как и бутылка Совиньона, неожиданно для меня раздался звонок в дверь. Я так давно не слышала этот звук, что подпрыгнула от неожиданности.
Интересно, кто это?
Я подошла к двери и глянула в звонок. За дверью стоял какой-то мужчина в очках.
- Кто там? – спросила я через дверь.
- Александр Борисович дома? – раздался вопрос. – Это по работе.
- Нет, его нет дома, - напряженно ответила я.
Я знала, что такой день настанет. Когда-нибудь начнут интересоваться моим папой. И если честно, я пока не знала, что говорить. На крайний случай, буду к Вадиму всех отправлять, а что мне делать остается?
