— Вовсе нет. Владелец магазина пришлет вам счет завтра утром, — «успокоила» его Ева, укладывая обратно на подушку. Потом, сообразив, что сказала бестактность, поспешно добавила: — Сумма вряд ли будет такой уж огромной. Самое главное, что все обошлось и вашему здоровью ничто не угрожает.
— И все это благодаря вам, — с улыбкой заметил Марсель.
— Ну что вы, я только вызвала «скорую». В данной ситуации так поступил бы любой, даже совершенно посторонний человек.
— Не отрицайте, я обязан вам своим спасением, — возразил Марсель. — Вам пришлось сильно поволноваться из-за меня. Да к тому же еще и та лампа, которую вы собирались подарить маме. Вы ведь ее так и не купили?
Ева развела руками.
— После вашего падения мне было не до нее. Думаю, я теперь долго не осмелюсь дарить кому бы то ни было подобные вещи. Лучше выбирать что-нибудь менее травмоопасное, — добавила она, показав выразительным взглядом на его забинтованную руку.
— Например, бумажные фонарики, — рассмеялся Марсель.
— Ну, все же не стоит так злоупотреблять осторожностью, — с улыбкой ответила Ева. — Как, кстати, и вашим гостеприимством. Я уже провела здесь довольно много времени, и теперь мне пора.
— Нет-нет, не уходите, — встрепенулся Марсель. — Мне все еще нехорошо. И в любой момент может понадобиться ваша помощь. Я здесь совсем один.
— Успокойтесь, прошу вас. Доктор сказал, что ваша травма не опасна и порезы быстро заживут. «Скорая» приехала довольно быстро, так что вы, к счастью, не успели потерять много крови. К тому же вы здесь вовсе не один. В отеле полно персонала, и, если вдруг, не дай бог, с вами что-то случится, они обязательно придут на помощь. Да и телефон у вас под рукой. Даже целых два. — Ева кивнула в сторону городского аппарата. — Если я вам понадоблюсь, стоит только набрать мой номер. Да, чуть не забыла. Я должна записать его в ваш мобильный.
— Не нужно, — вяло отмахнулся Марсель. — Вы ведь заботитесь обо мне только потому, что так вам приказал ваш шеф. На самом же деле моя участь вам абсолютно безразлична. Вы забудете свои слова, как только выйдете за дверь этого номера.
Ева укоризненно покачала головой.
— И вам не стыдно упрекать меня в безразличии? Я сижу возле вас уже бог знает сколько времени. Вы ведь отказались ехать в больницу, и я с готовностью поддержала ваш каприз. Хотя, наверное, напрасно. Если бы вы сейчас были в больнице, мне не пришлось бы волноваться целый день, размышляя о вашем самочувствии.
— А вы оставайтесь здесь, тогда и волноваться не нужно будет. Вам ведь все равно не нужно торопиться на работу, потому что на ближайшие дни ваша работа — это я.
Ева невольно улыбнулась.
— И надо сказать, работа весьма нелегкая.
Марсель смутился.
— Ну это вы напрасно. Мой характер, конечно, не подарок. Но ведь сегодня в магазине это вышло случайно.
— Ладно, забудем. С каждым человеком время от времени происходят нелепые случаи, — смягчилась Ева. — Они не стоят того, чтобы долго помнить о них. К тому же теперь мы с вами в расчете.
Марсель рассмеялся.
— Да, это верно. Мое падение уравняло нас в нелепостях. Правда, в обоих случаях пострадавшим являюсь именно я, но это пустяки. Мне до сих пор неизвестно, согласны ли вы побыть со мной еще несколько часов? — с волнением спросил он.
Ева немного помедлила, затем беспомощно развела руками.
— Что с вами поделаешь?
— Я знал, что доброта в вас возьмет верх над условностями, — обрадовался Марсель. — Чтобы вам не было скучно, можете включить телевизор или послушать музыку.
Ева отрицательно покачала головой.
— Ни в коем случае. Больному нужен покой, — шутливо откликнулась она. — Я лучше почитаю вслух вот этот журнал. Кстати, о чем он? А, о путешествиях. Прекрасно. — Ева взяла со столика глянцевый журнал и уселась в кресло напротив Марселя. — Какая страна интересует вас в данный момент: Финляндия, Дания, Греция или Ливан? — спросила она, перелистывая страницы.
— Ливан, — не задумываясь ответил Марсель. — Ведь там написано о Бейруте, если не ошибаюсь?
— Да, именно. А чем он вас так привлекает?
— Этот город в свое время называли ближневосточным Парижем.
— А, понимаю, — с улыбкой откликнулась Ева. — В трудную минуту вас одолела тоска по родине. Только вы ведь не парижанин.
— Я родился в Париже, — объяснил Марсель. — И провел там все свое детство, пока не умерла мама. Они были с отцом в разводе, и после ее смерти он забрал меня к себе в Лимож.
Ева бросила на него смущенный взгляд.
— Простите, я, наверное…
— Вам не за что просить прощения, — оборвал ее Марсель. — Это было давно. Лучше почитайте мне статью.
Ева вновь бросила на него смущенный взгляд и, перелистнув еще несколько страниц, принялась за чтение. Статья была написана живым, образным языком, и Ева, увлекшись интересным повествованием, не заметила, как пролетело время. Закончив предложение о подаваемых в бейрутских кафе сладостях, она посмотрела поверх журнала на Марселя и увидела, что он крепко спит.
Оно и к лучшему, с одобрением подумала Ева. Говорят, во сне любые болезни проходят быстрее. Хотя у него и не болезнь вовсе. Так, несколько пустяковых царапин. Просто этот мальчик, видимо, чересчур мнительный. И еще избалованный. Хотя после того, что он мне сказал о своей маме, в этом нет его вины.
Ева пробежала глазами фотографии ливанской столицы и вновь взглянула на Марселя. Потом перевела взгляд на окно.
Что-то после перечня всех этих восточных изысков перед глазами упорно возникают мои любимые бисквиты с «амаретто», мысленно заметила она. Может, спуститься в кафе, пока Марсель спит? Оно ведь прямо через дорогу. На покупку уйдет всего пара минут, не больше. Нет, не выйдет. Если он вдруг проснется, то обязательно подумает, что я сбежала. Тогда было бы неплохо заказать что-нибудь в номер.
Ева с сомнением покосилась на Марселя.
Нет, это тоже как-то неловко — распоряжаться в апартаментах, пользуясь беспомощным состоянием их хозяина. Придется подождать, пока он проснется.
Издав легкий вздох, Ева вновь принялась листать журнал. Остановившись наконец на статье о Копенгагене, она продолжила чтение, но на этот раз про себя.
Проснулась Ева от звука упавшего на пол предмета. Открыв глаза, она обвела недоуменным взглядом незнакомую комнату. Но, увидев сидевшего напротив Марселя, который с улыбкой наблюдал за ее пробуждением, мгновенно вспомнила все события дня. Поспешно подняв упавший с колен журнал, она бросила взгляд на наручные часы и тут же вскочила с кресла.
— Господи, что это? Половина девятого? Половина девятого чего: вечера или утра?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
