комплекс для доставки… овощей? Если только, они не хотят скрыть свой доступ за стену. Я на секунду представила, как наполненные вампирами грузовики едут в сторону Новоселовского, беспрепятственно минуя пост охраны. Сколько вампиров могло уже сейчас быть за стеной?
Нужно ли мне связаться с властями ближайших населенных пунктов, или сначала доложить обо всем в комитет.
Не теряя ни минуты времени, я направилась к тоннелю. Как мне добраться до Новоселовского до темноты? Часы на телефоне показывали уже 17:22.
Если я просто пойду пешком, то закат через несколько часов застанет меня на дороге. Стоп! Я же могу взять один из грузовиков. Все, что мне нужно сделать, это выбраться из тоннеля и продолжать ехать. У меня будет фора, благодаря которой я смогу даже успеть покинуть город на рейсовом автобусе.
Я осторожно открыла дверь ближайшей машины и проверила ключи. Наивно было полагать, что они остались в замке зажигания. В бардачке тоже оказалось пусто. Оставалась ещё одна попытка.
Я уже открывала второй грузовик, когда услышала шаги на складе. О нет! Там кто-то был. Кто-то не спит, — пронеслась в голове душераздирающая мысль.
Мне негде спрятаться. Они найдут меня, я труп. Сердце разбивалось о грудную клетку в бешенном ритме, а ноги враз стали как тряпичные. В голове нарисовалась картина растекающейся по полу кровавой лужи. И я побежала. На улицу, в темноту, ведущую к залитому солнцем входу в тоннель.
Я сделала не больше десятка шагов, как сильный удар заставил меня с кашлем выдохнуть. В мой живот врезалось что-то большое и твердое, я потеряла равновесие, мир закрутился перед глазами.
Я беспомощно повисла на чьем-то плече и взметнувшиеся волосы приземлились мне на лицо, закрывая обзор. Пустой желудок сдавило, и тошнота подступила к моим губам. Я попыталась освободиться, барабаня по спине своего похитителя, но это было все равно, что бить кулаками в холодную неживую скалу.
— Успокойся, я сейчас поставлю тебя на землю, — услышала я знакомый голос. Это был Олав.
Несколько секунд он подождал, пока я расслаблюсь, и поставил меня на ноги.
— Что ты здесь делаешь? — ледяным тоном спросил он.
— Я ухожу.
Нет смысла скрывать правду, раз меня поймали.
— Нет, не уходишь. — рявкнул он. Крепко сжав мою шею рукой, он наклонился ближе и вдохнул запах моей кожи. Под его рукой мне стало тяжело дышать, а в груди и в животе все ещё были тупые ноющие отголоски боли от удара об его плечо.
— Убьешь меня?
— За то, что ты надела мою рубашку? Нет. — Он внимательно осмотрел мою шею, слегка расслабив захват, облегченно выдохнул и отпустил меня. — Можешь носить, тебе идет.
Я отстранилась и попыталась понять, желает ли он мне зла и отпустит ли, если я попрошу. Очень попрошу.
— Тебе не стоило приходить сюда, — продолжил он. — Бессмысленный риск. Да и тебе не понравится то, что ты увидишь. Но я сейчас не могу уйти. Скоро меня сменят, и я отвезу тебя домой. Или за тобой приедет мейстер.
— Нет, не приедет, он ночью разбил машину. Я могу уехать. Сейчас! — Я уверенно направилась к грузовику и даже залезла в кабину, кинув на соседнее кресло свою сумку. Олав не спешил меня останавливать, но шел следом, и когда я посмотрела на него полными мольбы глазами, опять нацепил на лицо свой изучающий покерфейс и схватился за дверь грузовика.
— Дай ключи, пожалуйста. Я оставлю машину в Новоселовском, вы ее сможете потом забрать. Отпустите меня, и я обещаю, что никому ничего не скажу. — Из глаз полились слезы, ведь мне казалось, что Олав был не так жесток ко мне. Не как к ничтожному куску мяса. Что между нами, на секунду, но промелькнуло что-то. Что он может дать мне шанс. Я беспомощно ударила руками по автомобильному рулю и, прикусив нижнюю губу и глотая слезы, глазами искала ещё хоть какое-то спасение.
— Там в баке бензина даже на треть пути нет. Глупая, вылезай из машины и иди за мной. — Он развернулся и пошел в глубину склада.
Я неохотно выбралась из грузовика и поплелась за ним, надеясь, что меня хотя бы покормят перед смертью. Желудок, получивший удар плечом, протяжно ныл будто от безысходности. Уставшие ноги в чужих ботинках заплетались, и я не понимала, куда и зачем я иду за Олавом.
В дальней части склада оказалась комната, похожая на комнату отдыха на ферме. Из-за спины Олава я рассмотрела, что на диване лежала и, кажется, безмятежно спала девушка. Та самая из эскорта, которая сопровождала его за ужином.
Видимо, далеко она не уехала, грустно подумала я, печально осматривая убранство своей будущей тюрьмы через дверной проем. Но тут мой взгляд упал на руки девушки. На предплечье алел след от зубов, вокруг которого расползался будто инопланетный цветок фиолетово-красного синяка.
— Это ужасно, — тихо прошептала я, понимая, что огромная гематома — это одно из последствий кровавого ужина. Мои ноги стали мягкими как вата, и я почувствовала, как отступаю назад в спасительную темноту большого склада, пытаясь заслониться какими-то деревянными ящиками, спрятаться, но не входить в эту комнату.
Олав прикрыл дверь, чтобы наши голоса не разбудили спящую, и с тяжелым взглядом направился ко мне.
— Надеюсь, вы заплатите за каждый миллилитр ее страданий! — слова сами сорвались с моих губ, и я прижала руки ко рту.
— О! Я мог бы пить ее и бесплатно! — Рассвирепев, он за секунду оказался рядом со мной и ударил кулаком в стену за моей спиной. Его окровавленная рука тут же затянулась кожей. А с потолка на меня посыпалась бетонная пыль. — Эволюция сделала меня сильнее и быстрее тебя. И если я голоден и поймал тебя, то ты моя законная добыча. Таков естественный отбор! Я совершаю акт милосердия, играя в эти рыночные отношения, не зли меня, — он прорычал последние слова мне в ухо, и я инстинктивно закрыла голову руками и вжалась в стену, сползая по ней вниз. Мои судорожные всхлипывания превратились в беззвучную икоту, а страх сковал руки и ноги как тисками, не давая пошевелиться.
— Вы сами хотите быть жертвами, не оставляя нам выбора, делая из нас извергов. Зачем ты приехала сюда?! Ты могла умереть уже десятки раз за эти сутки. Ты явно хочешь расстаться с жизнью. Господи, ты могла же выбрать любой другой способ, и все же хочешь быть съеденной заживо. Ты даже не нанесла мазь, которую я тебе дал. Я учуял твой порез на руке, как только ты открыла эту долбаную дверь.
Он схватил
