некие местные образовательные стандарты, но они касаются только самой учёбы, всё остальное мы вполне можем менять под свои требования, — терпеливо продолжил объяснять я, — Местные традиции мы знать обязаны, безусловно, но вот соблюдать — нет. Это уже должно быть сугубо добровольно. Мы не китайцы, и никогда ими не станем. Вот, кстати, что ещё за круговая порука тут? Почему состязания между классами? А если кто-то, как я, например, вовсе не рвётся на этот ваш бал, то тогда что? Всё в угоду большинства? И наоборот, вот только представьте, один класс выиграл, а трое лучших учеников школы учатся в других классах. Да, лучший из них тоже поедет, но как же с двумя другими, которые лучше всего того класса, все ученики которого пойдут на бал, а они, будучи лучше любого из этих учеников — нет. Разве же это справедливо?
— Нет, — нехотя выдавила из себя девушка, — Но что ты предлагаешь?
— Да это же элементарно! — удивился я её непониманию, — Должен быть только рейтинг лучших учеников школы, из которых, например, сто лучших, ну, в зависимости от количества приглашений, и пойдут на бал, и всё! Это исключит все недопонимания между одноклассниками! Хочешь пойти на бал — ради бога, твоё право, учись лучше и всё будет в твоих руках, не хочешь — ну и не рви жопу, и никто тебе за это ничего не предъявит!
— Слушай, это же действительно логично! — нетерпеливо перебил меня Хью, — Почему, интересно, тут сразу так не сделали??
— Да потому, что так администрации школы легче всеми вами управлять... — вкрадчиво пояснил ему я, — Им же так почти и делать ничего не надо! Одноклассники сами направят на истинный путь того, кто попытается отбиться от стада. Обрати внимание — конец года, а у всех трёх классов примерно одинаковое количество очков. Любой из них ещё может занять первое место. Ты думаешь, это случайно? Нет, друг мой, — покачал головой я, — Это преднамеренно сделано учителями, чтобы вы до конца года не расслаблялись. Ведь уйди один из классов в большой отрыв по очкам, который не возможно было бы отыграть, и остальные расслабились бы, а учителям и администрации этого вовсе не нужно...
— Вот сволочи... — изумлённо прошептал Хью, осознав всю коварность местных учителей.
— Ага, скоты те ещё! — гневно и громко поддержала его девушка, не стесняясь того, что её слышит весь класс, — Нужно с этим что-то делать! У тебя есть мысли, как это можно исправить?
— Конечно, есть, — одними уголками губ улыбнулся я ей, — Но предлагаю вернуться к этому вопросу после уроков. Тут слишком много ушей. Да и урок скоро.
— Хорошо, тогда после уроков предлагаю сходить в кафе, и составить план действий! — деловито произнесла Даша, и тут же прозвенел звонок.
***
Следующим уроком оказалась химия, которую вёл пожилой старичок лет семидесяти на них. И почему-то опять китаец... Где они, интересно, столько китайцев набрали, так хорошо знающих английский язык, чтобы преподавать на нём? — недоумевал я, вставая вместе со всеми. Вот только кланяться, склонившись параллельно полу не стал. Лишь склонил голову. Но, к моему удивлению, этот дедок на столь вопиющее нарушение никак не отреагировал. Даже, вроде, улыбнулся мне, чем существенно повысил свой рейтинг в моих глазах. Да тут, оказывается, и адекватные люди есть.
Темой урока была классификация химических реакций. Рассказывал дед, которого звали Ван Чонг, очень увлекательно. И не только рассказывал, но иногда иллюстрировал свои слова химическими опытами. Я даже заслушался и в какой-то момент вдруг осознал, что химия мне очень даже нравится и я бы с удовольствием ей занялся поближе. Наблюдать за химическими реакциями было очень интересно. Я так увлёкся, что даже слегка расстроился, когда урок закончился. А на перемене ко мне подошёл тот странный парень...
— Я смотрю, вы не вняли моим предупреждениям, господин Морозов, — холодно процедил он, бросив на меня мрачный взгляд, — Повторю ещё раз. Не надо доставлять проблемы мне лично и нашему классу, если не хотите, чтобы и у вас они возникли. Иначе мне придёт принять в отношении вас кое-какие меры.
— Повторяешься... — зевнул я, — Это ты мне уже в прошлый раз обещал. И ты кто вообще такой?
— Я — староста этого класса, Цап Чуэн, — чуть-ли не скрипя зубами от еле сдерживаемого бешенства, всё же представился он.
— Староста? — деланно удивился я, — И кто же, интересно, выбрал тебя старостой?
— Это не имеет значения в данную минуту. Мы не о том говорим сейчас, — попытался сменить тему он.
— Да директор его просто назначил, — подключился к разговору сидевший неподалёку Хью, — Он его какой-то дальний родственник. Тут ученики не выбирают старост. Их назначает администрация.
— Вот и ещё одна недоработка, — кивнул я Даше, — Старост должны выбирать учащиеся. Так что надо будет это тоже отразить в уставе школы и переизбрать их.
— Ага, — согласилась она со мной, склонившись над партой и что-то помечая у себя в блокноте.
— А ты не слишком ли много на себя берёшь, урод!? — не выдержал наконец староста и вспыхнул. Он даже в стойку какую-то встал, подняв на уровень пояса ладони. Неужто, драка? — обрадовался я, вставая со своего места и нависая над ним.
— Рот захлопни. Твой родственничек-директор тебя не спасёт если что. Хочешь драться — дерись молча, — посоветовал я ему. На секунду мне показалось, что он сейчас меня ударит, но он всё же удержал себя в руках.
— Мы ещё вернёмся к этому разговору, — прошипел он, — После занятий буду ждать тебя за школой.
— Да без проблем, — пожал плечами я, — Мне как-то пофиг, когда и где тебя манерам учить.
Он дёрнулся было ко мне, сдержался, и развернувшись молча ушёл на своё место. Что-то он слишком борзый для своей не впечатляющей комплекции и при отсутствии возможности пользоваться в драке даром. Надо будет быть с ним осторожнее... — промелькнула в голове мысль.
— Будь с ним осторожнее, — повторил вслед за ней Хью, вставая рядом со мной, — Он уже много лет занимается у своего деда боевыми искусствами. Мне-то не доводилось с ним драться, но в школе никто не рискует с ним связываться.
— Посмотрим, что там у
