происходящее доставляет мне хоть каплю удовольствия. Мне искренне жаль твоего отца, но сейчас под вопросом безопасность моих близких. Пойми, самоубийство — не выход…
Нет, он что, теперь нотации мне будет читать?
— Да не собиралась я топиться! — Я резко села, встала, и, мотнув со зла ногой, обдала оборотня вонючим илом. Ледяной ветер тут же сообщил мне, что в воде было не так уж и холодно. Я просто не хочу быть разменной монетой в ваших играх! А если б и потонула — так даже лучше! Вы бы лишились единственного козыря!
Я ждала, что он сейчас рассердится, начнет кричать, возможно, даже ударит меня. Но этот нахал запрокинул голову, и от души рассмеялся.
— Вам смешно?
— Еще как, маленькая смелая птичка. Не лишились бы.
— Отчего же?
— Я бы тогда просто отписал твоему отцу, что его чадушко изволило отбыть к Светлейшему на поклон, и мы будем глумиться над твоим трупом пока он не выполнит все наши условия. Кстати, так даже меньше неприятностей доставила бы… — Он сделал вид, что задумался. — Может, тебя прямо сейчас и притопить тут?
— Да вы… — следующие пару минут он с одухотворенным лицом слушал все, что я думаю о нем, его близкой и дальней родне, и их семейных отношениях.
— Дева Анна, вы удивительны и многогранны как алмаз. — С ехидством сказал он, когда мой словарный запас поиссяк. — Но эта грань мне не очень нравится.
— Да ну вас! — Я резко развернулась на пятках, едва не поскользнувшись и не плюхнувшись в воду, и уверенным шагом пошла в сторону леса.
— И куда ты идешь?
— От вас подальше! — Через плече кинула я.
— Если в сторону замка — то настоятельно рекомендую одеться. — Я услышала, как он медленно встает из воды. — Потому что, во-первых, ты рискуешь замерзнуть по пути до смерти… — он сделал пауза, словно о чем-то задумался. — А, во-вторых, не стоит показываться в замке юной деве в таком виде. Бойцы могут не так понять.
Я залилась густой краской. Вот же, нахал! Но все же остановилась.
— Тогда отвернитесь. Мне нужно переодеться в сухую одежду.
— Вот это здравая мысль. — Согласился он. — Я буду ждать тебя здесь. Только прошу, не делай больше глупостей.
Я не стала на это ничего отвечать. Только подобрала свою одежду, и, скрывшись за кустами шиповника, начала стягивать с себя мокрую и грязную нижнюю рубаху.
— Анна, ты только скажи мне. Неужели ты считаешь, что тебе здесь кто-то желает зла?
Я выглянула из своих кустов, чтобы убедиться, что оборотень не подглядывает. Но он сидел спиной ко мне, смотря мерное течение реки.
— Я уже не знаю, чего от вас ждать.
— Зря. Нам нечего от тебя скрывать. Представляю, что вам там наговорили про темных, и все же прошу тебя поверить, что мы не звери. Весь этот фарс спасет множество жизней, как со стороны светлых земель, так и с темных.
Я слушала его и быстро одевалась, чтобы не продрогнуть до конца, и под конец этого монолога вышла из кустов, завязывая мокрые грязные волосы в неаккуратную гульку на затылке, чтобы не намочить одежду. Однако, капли воды все равно единичными ледяными дорожками скатывались мне за шиворот.
Андер обернулся, и, удовлетворившись моим видом, встал.
— Я тебе скажу даже больше. — Продолжил он, подходя ко мне. — У князя есть для твоего отца еще более выгодное предложение. Вы всей семьей можете переселиться в темные земли.
— И бросить свой дом?
— Придется выбирать между домом и жизнью. Кроме того, никто не предлагает вам пустой участок земли. В наших же интересах, чтобы мастер уровня твоего отца жил со всем возможным комфортом.
Оборотень подошел ко мне настолько близко, что я кожей почувствовала холод, идущий от его мокрой рубахи, и я хотела было отшатнуться, но он не дал мне этого сделать, схватив меня за руку чуть повыше запястья.
— Я послал гонца на границу. Обмен должен был состояться завтра, когда мы отдохнем с дороги, но я не знаю, что еще ты выкинешь, и поэтому не готов рисковать. Прости.
Отступление
Анна действительно поразила его своей готовностью идти до конца. Приятно ли? Он не уверен.
Но Андер точно понял, что дай Темнейшая этой девочке побольше хитрости и опыта, и он не захотел бы иметь ее в своих врагах.
В замке они быстро переоделись, и пока Анна приводила в порядок волосы, Андер отправил одного из солдат к ее жениху с посланием, что обмен готов. Оборотень надеялся, что легионер тоже поторопиться и не заставит его долго ждать.
В голов Андера лезли дурные мысли, и он сам взялся седлать лошадей.
С одной стороны, действительно стоило избавиться от девчонки как можно быстрее, чтобы она не принесла ему еще больше неприятностей, с другой же… почему-то не хотелось.
Андер даже причмокнул, когда вспомнил аппетитные формы девушки, соблазнительно очерченные мокрой льняной рубашкой. А она еще и стала полупрозрачной от воды, так что простора для фантазии не осталось совсем…
Когда оборотень поймал себя на этой мысли, то тут же грязно себя обругал. Она — дочь врага, к тому же аристократка. На удивление благочестивая дева. В каждом ее жесте, слове не было и намека на флирт или попытку его соблазнения. Она просто была. Такая как есть. Такая необычная. Притягательная. А аромат ее волос…
Дабы отвлечь себя от крамольных мыслей, Андер больно, почти до крови прикусил язык. Нельзя позволять себе плыть сейчас. Его миссия — это самое важное, что только может быть. Да, первое время будет тяжело, но и это будет пережито.
К тому же девушка его явно недолюбливает. Если не сказать, ненавидит. Даже если бы он попытался ухаживать за ней, чтобы узнать поближе, вряд-ли нашел бы отклик в девичьем сердце. Хоть она и пыталась казаться иногда другой, холодной, надменной, Андер прекрасно видел сколько в ней любви. И решимости сделать все для благополучия близких ей людей.
Андеру не нужно было оборачиваться, чтобы услышать, как Анна вышла в маленький дворик замка. Только она могла позволить себе раздраженно хлопнуть дверью и целенаправленно направиться к нему уверенным шагом.
Оборотень обернулся. Выглядела девушка не менее воинственно. И без того слегка круносый нос был задран вверх, в глазах — злые искры. Ни дать ни взять взятая в плен королева. Побежденная, но не покоренная.
Андер, было, невольно восхитился, и тут же, разозлившись на самого себя, раздраженно салюнул на землю кровавую слюну.
Дева Анна брезгливо скривилась, но ничего не стала говорить. Только молча взяла под
