Пэйну захотелось было заглянуть в раструб, но он воздержался. Ему доводилось видеть, как внезапно взрывались куда более приличные на вид машины.
Он сказал:
– Послушай-ка, Эл!
Робот лежал на животе, прилаживая на место тонкую металлическую полоску. Он поднял голову.
– Что вам нужно, Пэйн?
– Что это такое?
Таким тоном мог бы задать подобный вопрос человек, глядящий на нечто невыразимо гнусное и смрадное, брезгливо подцепив его кончиком трехметрового шеста.
– Это «Дезинто», который я собираю, чтобы приступить к работе. Усовершенствованная модель.
Робот встал, с лязгом почистил стальные колени и не без гордости взглянул на свое сооружение.
Пэйн содрогнулся. Усовершенствованная модель! Немудрено, что оригинал прячут в лунных пещерах. Бедный спутник Земли! Бедный безжизненный спутник! Пэйну давно хотелось узнать, какая судьба может быть хуже смерти. Теперь он знал.
– А работать-то эта штука будет? – спросил он.
– Конечно.
– Откуда ты знаешь?
– А как же иначе! Ведь я его собрал, разве нет? Мне нужна еще только одна деталь. Есть у вас фонарик?
– По-моему, где-то есть.
Пэйн исчез в хижине и тут же вернулся.
Робот отвинтил крышку фонарика и снова принялся за работу. Через пять минут он кончил, отступил на несколько шагов и произнес:
– Готово. Теперь я принимаюсь за работу. Можете смотреть, если хотите.
Наступила пауза, пока Пэйн пытался оценить по достоинству столь великодушное предложение.
– А это не опасно?
– С ним управится и ребенок.
– А! – Пэйн криво улыбнулся и спрятался за самое толстое дерево из всех, что были поблизости.
– Валяй, – сказал он, – Я в тебя верю.
ЭЛ-76 указал на кошмарную груду лома и произнес:
– Смотрите!
Потом его руки пришли в движение…
Бравые фермеры графства Хэннафорд, штат Виргиния, медленно стягивали кольцо вокруг хижины Пэйна. Они крались от дерева к дереву, в жилах у них играла кровь героических предков колониальных времен, а по спинам ползали мурашки.
Шериф Сондерс передал по цепи приказ:
– Стрелять по моему приказу и целить в глаза.
К нему подошел Джекоб Линкер, Тощий Джейк, как называли его друзья, и заместитель шерифа, как именовал себя он сам.
– А ну как этот механический человек смылся?
Как он ни старался, в его голосе прозвучала тихая надежда.
– Почем я знаю, – проворчал шериф. – Да навряд ли. Мы бы тогда наткнулись на него в лесу, а там он нам не попадался.
– Что-то уж очень тихо, а до хижины вроде бы рукой подать.
Джейк мог бы и не упоминать об этом – в горле шерифа Сондерса давно стоял такой большой комок, что глотать его причлось в три приема.
– Вернись на место, – приказал он. – И держи палец на спуске.
Они уже подошли к самой поляне, и шериф Сондерс выглянул из-за дерева одним уголком плотно зажмуренного глаза. Ничего не увидев, он подождал, потом попробовал снова, на этот раз открыв глаза.
Эта попытка, естественно, оказалась более успешной.
Он увидел следующее: 1 (один) громадный механический человек, стоя спиной к нему, склонялся над 1 (одним) леденящим душу корявым устройством неясного происхождения и еще более неясного назначения. Не заметил шериф только дрожащую фигуру Рэндольфа Пэйна, который нежно обнимал узловатый ствол третьего по счету дерева к северо-северо-западу от него.
Шериф Сондерс выступил вперед и поднял ручной пулемет. Робот, по-прежнему стоявший к нему широкой металлической спиной, произнес громким голосом, обращаясь к неизвестному лицу (или лицам):
– Смотрите!
И в тот момент, когда шериф раскрыл было рот, чтобы дать команду «огонь», металлические пальцы нажали кнопку.
Точного описания того, что произошло вслед за этим, не существует, несмотря на присутствие семидесяти очевидцев. Все последовавшие затем дни, месяцы и годы ни один из этих семидесяти ни разу и словом не обмолвился о тех нескольких секундах, которые промелькнули непосредственно после того, как шериф раскрыл рот, чтобы скомандовать «огонь». Когда же их начинали расспрашивать, они просто зеленели и, пошатываясь, уходили прочь.
Однако есть основания полагать, что в общих чертах произошло следующее.
Шериф Сондерс раскрыл рот. ЭЛ-76 нажал кнопку. «Дезинто» сработал – и семьдесят пять деревьев, два сарая, трех коров и три четверти холма Утиный Клюв как будто ветром сдуло. Так сказать – туда, где прошлогодний снег.
После этого рот шерифа Сондерса в течение неопределенного промежутка времени оставался открытым, но не издал ни команды «огонь», ни какого бы то ни было другого звука. А потом…
А потом засвистел разрезаемый воздух, послышался треск и шорох многих тел, мчавшихся сквозь кусты, и лес прочертила серия лиловых молний, разлетавшихся по всем направлениям от хижины Рэндольфа Пэйна. От участников облавы не осталось и следа.
В окрестностях поляны валялось огнестрельное оружие самых разнообразных систем, в том числе патентованный, никелированный, сверхскорострельный, безотказный ручной пулемет шерифа. Вперемешку с оружием лежало около пятидесяти шляп, несколько недогрызенных сигар и всякие мелочи, оброненные в суматохе. Но люди исчезли.
За исключением Тощего Джейка, ни об одном из них ничего не было слышно в течение трех дней. Он же стал исключением только потому, что мчаться дальше со скоростью метеора ему помешала встреча с полудюжиной служащих завода из Питерсборо, которые тоже мчались с вполне приличной скоростью, но только не из леса, а в лес.
Тощего Джейка остановил Сэм Тоб, искусно подставив на его пути свой живот. Как только к Сэму вернулось дыхание, он спросил:
– Где живет Рэндольф Пэйн? Остекленевшие глаза Тощего Джейка на мгновение прояснились.
– Друг! – ответил он. – В противоположном направлении!
И тут же чудесным образом исчез. У самого горизонта между деревьями виднелась все уменьшавшаяся точка, и возможно, что это был Джейк, но Сэм Тоб не решился бы это утверждать под присягой.
Вот и все про шерифа и его помощников, но остается еще Рэндольф Пэйн, реакция которого оказалась несколько иной.
Рэндольф Пэйн абсолютно не помнил, что произошло за тот пятисекундный промежуток времени, который последовал за нажатием кнопки и исчезновением холма Утиный Клюв. Только что он глядел сквозь кусты на поляну, спрятавшись за деревом, и вот уже болтался на его верхней ветви. Тот же самый импульс, который разогнал шерифа с помощниками по горизонтали, его заставил устремиться по вертикали.
Что касается того, как он ухитрился преодолеть пятьдесят футов, отделявших подножие дерева от его вершины, – влез он, или прыгнул, или взлетел, – этого он не знал, да и знать не хотел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
