Каролина молча натянула одежду.
— Это все, я могу идти? — спросила она.
— Еще нет, — врач поднес к ней тонкий шприц и быстро сделал ей два укола — один в вену, а другой в плечо. Каролина почти ничего не почувствовала.
— Когда лекарство начнет действовать, у вас может появиться горечь во рту. Съешьте тогда вот эту конфету.
Он быстрым движением сунул ей в руку горсть маленьких круглых конфет.
— Спасибо, — сказала Каролина.
— Счастливого пути, мисс, — ответил врач, вежливо улыбнувшись.
Каролина вышла из лаборатории и увидела Энтони — он был чуть бледнее обычного, но старался сделать независимое и равнодушное лицо.
«Тебе тоже, приятель, досталось, — подумала Каролина. — Так тебе и надо. Нечего было важничать!»
Уиттон подошел к ним и пожал им руки.
— Удачного полета, — произнес он, с особым трепетом пожимая руку девушки. — Будь осторожна, моя девочка! Я не смогу связаться с вами за пределами орбиты Марса, но мысленно всегда буду рядом.
— Спасибо, сэр, — пробормотала Каролина, растрогавшись от его слов. Уиттон пожал руку Энтони.
— Хорошего отдыха, сэр, — пожелал он.
Энтони коротко поблагодарил, и они вдвоем с Каролиной пошли к ракете.
Вблизи ракета казалась огромной и мощной, но все равно трудно было поверить в то, что она сможет вылететь в космос и доставить их на лунную орбиту. Перед ними были ступеньки вроде трапа, обитые мягким красным бархатом с позолоченными перилами, и Каролина начала медленно по ним подниматься в ракету. Она шла первая и чувствовала себя так, будто идет по красной дорожке на собственную коронацию, и от восторга и легкого страха сердце как ненормальное билось в груди. Но почему-то с каждым шагом ей было идти все труднее. Ноги слушались все хуже. Каролина с трудом поднялась еще на одну ступеньку — ракета была прямо перед ней, такая светлая, сверкающая, соблазнительно таинственная…
«Что со мной?» — испуганно подумала Каролина. У нее вдруг сильно закружилась голова, ракета раздвоилась в ее глазах, ступеньки под ногами стали раскачиваться, и Каролина, потеряв равновесие, стала падать…
Чьи-то сильные мужские руки успели подхватить ее, и последнее, что она увидела, это круглые конфетки, которые выпали из ее руки и покатились по ступеням…
***
Очнулась она в кресле.
Девушка подняла голову и с удивлением огляделась. Она была в маленькой круглой комнате с одним длинным круговым окном во всю стену, за которым сейчас была абсолютная темнота. В комнате царил полумрак — свет шел только от маленьких лампочек, расположенных по кругу в потолке. Вокруг было тихо, и только откуда-то из-под сиденья звучала легкая очень тихая музыка.
«Где я? — подумала она. — Я в ракете?» Тут она увидела Энтони. Он сидел в таком же высоком кресле неподалеку от нее. Рядом с ним, как и рядом с ней, было еще три свободных кресла. Энтони о чем-то думал, наклонившись вперед и положив голову на сцепленные перед собой руки. Увидев, что Каролина смотрит на него, он выпрямился.
— Тебе лучше? — холодно спросил он.
— Да, — тихо ответила она. — А где мы?
— Летим на орбитальную станцию к Луне. Там у нас будет пересадка.
— Мы в ракете? Почему тогда совсем не слышно звука двигателей? Мы действительно летим? — Каролина с трудом приподнялась, но встать не смогла. — Да что это со мной? В ракете есть врач?
— Нет, — Энтони отвернулся. — Это лекарства так действуют. Сиди спокойно, скоро пройдет. Если не полегчает, врач найдется на станции.
— А долго еще лететь, не знаете?
Энтони посмотрел на свои часы на руке.
— Мы летим почти двадцать минут. Значит, еще полчаса.
— Откуда вы знаете?
Энтони шумно вздохнул.
— Я спрашивал, — грубовато ответил он. — Ты можешь некоторое время помолчать? Хочется немного тишины.
— Могу, — обиженно ответила она. Ей самой не хотелось говорить — во рту начало неприятно щипать, будто она ела лук с горьким перцем. Каролина терпела несколько минут, затем начала кашлять. В горле стояла нестерпимая горечь, которая все усиливалась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что с тобой опять? — усталым голосом спросил Энтони.
— Не могли бы вы… кого-нибудь позвать, — прохрипела она. — Мне нужно воды!..
— Вода не поможет, — Энтони вдруг с усилием поднялся, подошел к ней и что-то насыпал в ладонь. Каролина увидела горсть конфет.
— Но ведь это ваши, — проговорила она. — У меня были мои…
— Которые остались в сотнях километров на Земле, — усмехнулся Энтони. — Бери уж. Лучше самому потерпеть, чем на тебя, такую, любоваться.
Он вернулся в свое кресло. Каролина торопливо положила конфету в рот. Горечь сразу отступила, но когда конфета закончилась, вернулась снова. Каролина взяла следующую, затем еще… И так постепенно съела все. Ей было немного стыдно, но Энтони сидел в своем кресле неподвижно и, скорее всего, дремал, так что Каролина не видела его лица. Он повернулся к ней только тогда, когда ракета слегка затряслась, а огни под потолком засверкали ярче.
— Подлетаем, — сказал он тихо.
Каролина встала, радуясь, что ноги снова слушаются ее и что горечь, наконец-то, прошла. За окном стало немного светлее и Каролина, приблизившись к нему, вскрикнула. Она с трудом могла поверить своим глазам.
Прямо перед ней сверкала поверхность Луны. Внизу были отчетливо видны кратеры и каньоны, острые скалы, блестящие, словно пики. Энтони тоже подошел и стал смотреть.
— Как красиво, — сказала Каролина.
— Да, — тихо ответил Энтони. — Но вид Земли был еще красивее, когда взлетали.
— Жалко, что я пропустила, — огорчилась Каролина.
— Ничего, увидишь еще, — немного высокомерно ответил Энтони. — Идем, нам еще вещи надо забрать.
Дверь в комнату открылась, и Энтони сразу вышел. Каролина поспешила за ним. Ракета, казалось, не двигалась. Навстречу им вышел парень в светлом серебристом костюме с выгравированными на груди и плечах маленькими символами Луны.
— Состыковка прошла успешно, — доложил он. — Добро пожаловать на станцию «Селена», господа.
Он пригласил их следовать за собой. Они пошли по длинному светлому коридору, который спускался немного вниз.
— Ваши вещи будут погружены на корабль примерно через два часа, — продолжал докладывать сотрудник станции. — Корабль на Нептун отправляется через три часа. Пока что вы можете немного отдохнуть. Меня зовут Луис, я буду вашим гидом на станции. Здесь живет и работает сто пятнадцать человек высшей квалификации, и все они…
— На вашей станции есть место, где можно перекусить? — перебил его Энтони. — Я проголодался.
— Конечно, сэр, у нас есть все, — сразу ответил Луис, вежливо улыбаясь им. — Станция оснащена по последнему слову техники. Я покажу вам.
Они вышли в большой светлый зал, напоминающий помещение аэропорта, только с потолками всего три или четыре метра высотой. Луис рассказал им, где находятся ресторан и комната отдыха, а также объяснил, где и как будет проходить их посадка на корабль. Еще он сказал им, что они могут ходить по всей станции или смотреть со смотровой площадки на поверхность Луны, если не захотят сидеть в комнате отдыха, в которой, кстати, есть превосходное вино, экзотические фрукты, телевизор и даже интернет. Но Энтони отправил Луиса по своим делам, сказав, что они сами решат, что им делать, и что придут перед самой посадкой. Луис послушался и ушел, а Энтони посмотрел на часы.
— В нашем распоряжении еще два с лишним часа, — сказал он. — Пойдем, пообедаем.
Каролина спорить не стала. В ресторане выбор блюд был небольшим, но Энтони не огорчился, и заказал им на двоих все самое лучшее. Похоже, у него было хорошее настроение — он с аппетитом поел и даже угостил Каролину легким вином, затем они пошли прогуляться по смотровой площадке, где Энтони говорил почти без умолку. Он, похоже, увлекся и стал рассказывать Каролине про какие-то алмазные шахты, которыми владеет его дядя, затем про свою поездку в Африку и про экскурсию на какой-то затерянный экзотический остров в Тихом океане. Он был очарователен, и со стороны они выглядели как мило воркующая парочка. Однако Каролина ни на миг не забывала, кто перед ней, и, вспоминая строгое лицо Уиттона, ни разу не нарушила субординации. Энтони, похоже, это очень забавляло. Когда подошло время посадки, они пришли в фойе и сели там в удобные кожаные кресла, но Энтони вдруг спохватился, сбегал куда-то и принес мороженное.
