Читаем без скачивания Смотри в меня (СИ) - Мирская Анна

- Ускорить никак нельзя? - как же мне надоело ждать, хочется уже вздохнуть полной грудью, мешает присутствие Таши среди живых.

- Хотите возбудить лишние подозрения? Кстати, у меня с сегодняшнего дня новый санитар работает, мальчишка совсем, на него и повешу все, если жареным запахнет. Ошибся дозой, с кем не бывает.

- Хорошо, - киваю я и протягиваю Денису конверт. - Здесь аванс, остальное после результата.

- Договорились, - мужчина заглядывает в него, бегло просмотрев содержимое, а потом убирает в карман халата. Как раз в это время вижу подъезжающий автомобиль Веденова.

- А вот и ваша новая пациентка прибыла, - киваю в ту сторону и закуриваю, все-таки нервничаю перед встречей. Смотреть в глаза человеку, которого задумал убить, оказывается, не так просто.

12.1 Таша.

     С трудом открываю глаза, голова раскалывается. Сначала не понимаю, что случилось, но, уже через минуту, сознание возвращается полностью. Веденов, начальник службы безопасности моего мужа, это он похитил меня из дома, а теперь куда-то везет. Чувствую, как машина, на заднем сидении которой я и очнулась, плавно катится по ровной дороге. Едем на останавливаясь, а значит мы вряд ли в городе, там постоянно пробки и, обычно, больше стоишь, чем находишься в движении. Вот тогда мне становится страшно. Даже нет, не просто страшно, я начинаю испытывать ужас. Липкий, всепоглощающий. Лоб моментально покрывается испариной, меня тошнит.

- Остановите, прошу, - тихим голосом умоляю водителя. Веденов оглядывается через плечо, не сбавляя скорости. Смотрит пристально и, видимо, понимает мое состояние, потому что машина замедляет ход, а потом и вовсе останавливается. Успеваю лишь открыть дверь и высунуть голову наружу. Меня выворачивает наизнанку долго. Но это не приносит особого результата. Я опустошила желудок, но не душу, в которой поселился страх. Он сросся с ней, впился в нее своими клешнями и никак не дает себя от нее оторвать. 

- Наталья Эдуардовна, попейте, - протягивает мне Веденов бутылку минеральной воды, когда я, наконец, могу сесть ровно. Беру воду и пью, хочется поскорее избавиться от кисловатого привкуса во рту, а потом поднимаю на мужчину взгляд. Он смотрит на меня и, возможно мне это только кажется, но я вижу в его глазах сочувствие.

- Отпустите меня, пожалуйста, - молю я. Мне кажется, что этот мужчина может мне помочь, нужно лишь его разжалобить.

- Не могу, и не просите, - говорит он твердо, а во взгляде мелькает что-то такое, чего я не могу разгадать. То ли тоска, то ли сожаление, но он не злой. Конечно, с одной стороны я могу его понять, Игорь не простит предательства, но с другой…. Я не хочу видеть мужа, я не знаю, что он сейчас задумал, и я его боюсь.

- Сергей Борисович, что он задумал? Что Игорю от меня нужно? - уже на грани истерики, спрашиваю я.

- Я не знаю, - глаза отвел и я поняла, врет. Все он знает, просто говорить не хочет. Веденов выходит из машины и идет к задней двери, в его руках веревка, которой он, подойдя, связывает мои руки, а потом и ноги. Конечно, можно было попытаться вырваться, убежать, пнуть его, короче, сделать хоть что-то для своего спасения, но я сижу спокойно, давая себя связать. Этот мужчина профи, раньше, от Игоря, я много слышала о нем. Ему сломать шею мне, не сложнее, чем курице, а умирать прямо сейчас я не готова. Веденов закончил, оглядел дело своих рук, а потом наклонился ко мне так близко, что я услышала его дыхание. - Наталья Эдуардовна, вы, главное потерпите несколько дней.

- Что вы имеете в виду? - спросила, когда Веденов устроился на водительском месте.  

- Не могу сказать больше, чем сказал, - пожимает он плечами, пристально глядя на меня в зеркало. - А сейчас, если вам не сложно, не отвлекайте меня от дороги, нам, по-моему, уже недалеко. 

Еще минут десять едем по сносной дороге, а потом сворачиваем в лес. Меня подбрасывает на кочках и ухабах, путешествовать со связанными руками и ногами удовольствие сомнительное. Не знаю что имел в виду Веденов, призывая меня потерпеть, но слова его, почему-то успокоили, позволяя надеяться, что прямо сейчас меня не убьют. Минут через пятнадцать лес, неожиданно, расступается, обнажая большой участок земли, огороженный высоким забором и засаженный деревьями далеко не так густо. Всматриваюсь вперед и вижу здание, а на воротах табличку: " Ум за разум " - психиатрическая клиника. Неподалёку стоит машина Игоря и он сам, а рядом с ним человек в белом халате.

- Так значит Игорь не отказался от идеи закормить меня таблетками? - даже не у Веденова спрашиваю, скорее, говорю сама с собой. Но мужчина, неожиданно, отвечает, не поворачиваясь ко мне.

- Терпите, Наталья Эдуардовна. Я постараюсь что-нибудь придумать, - глаза в зеркале смотрят пристально, и я, почему-то, верю этому мужчине. Молча киваю головой и прикрываю свои, как бы говоря спасибо. Он выходит, открывает пассажирскую дверь и развязывает мне руки и ноги. Они затекли, и я с трудом выбираюсь из машины. Веденов, не давая мне времени размяться, берет за локоть и ведет к стоящим неподалеку мужчинам. Даже не поднимая глаз, чувствую ненавидящий, обжигающий взгляд моего мужа. Честно, до сих пор не могу понять чем ему насолила до такой степени, что он решил от меня избавиться. Завел любовницу, да пожалуйста, уже несколько лет я не испытываю к Игорю никаких чувств, кроме, разве что, жалости. Да-да, может я дура, но таких как он, мне жаль. Злость, она его изнутри съест, я верю в это. Потом его любовница забеременела, опять от меня ни слова упрека. Надеялась даже, уйдет к ней, хотела вздохнуть свободно. Но тут случилось неожиданное - переспали раз за несколько лет, и вот она - долгожданная беременность. Конечно, ни о каком аборте у меня и мысли не возникло, ведь я так долго мечтала о ребенке. Не ждала я лишь одного, что муж решит остаться со мной, а не с ней. В общем, я его не держала, не запрещала гулять на стороне, никогда не лезла в его дела и не требовала много денег, поэтому причина его маниакального желания избавится от меня, так и остается загадкой.

- Привет, - говорит он, оперевшись на капот своей машины. Руки сложены на груди, а во всей позе вальяжность.

- Здравствуй, Игорь, - поднимаю голову и твердо смотрю в его глаза. Если бы вы знали, чего мне стоит это спокойствие. Хочется умолять его оставить меня в покое, но я молчу, не отводя взгляда. И он теряется, всего на несколько мгновений, но успеваю заметить. Взгляд начинает метаться, не зная за что зацепиться, а руки теребят манжеты рубашки. Он не знает что мне сказать, поэтому стоит молча, разглядывая меня, как какую-то букашку. Уверенность уже вернулась, но за то мгновение благодарю бога. Это было впервые, когда увидела его растерянность. И, наверное, именно это позволило мне сейчас поверить - он не всесилен. Он просто человек со своими страхами, он из плоти и крови, а значит, как и все, уязвим.

- Забирайте, доктор, - Игорь кивает на меня, не глядя в глаза, а потом поворачивается к мужчине в белом халате. Тоже смотрю на него. Мужчина, как и мой муж, отводит взгляд, не желая встречаться со мной глазами. " За что? " - хочется спросить мне, но я опять молчу, понимая бесполезность этого вопроса. Конечно же деньги, Игорь, наверняка, заплатил ему немалую сумму. Уж я его знаю, если моему мужу что-то нужно, он не поскупится. Горько осознавать, что в наше время огромное количество людей продаются, вопрос лишь в цене.

- А во сколько ты оценил мою жизнь? - не выдерживаю я, поворачиваюсь и смотрю на мужа.

- Не волнуйся, не дешево, - отвечает он и садится в машину. А прежде чем уехать, опускает стекло и, наконец, смотрит мне в глаза. - Прощай, Таша.

12.2 Данила.

     До дома доезжаю уже в одиннадцатом часу. Вроде и пробок нет, и ехать не сильно далеко от города, а времени все равно уходит немало. Открываю ворота, загоняю машину на территорию и, нагрузившись пакетами, иду к дому. Вот тут мне и бросается в глаза то, на что при дневном свете давно обратил бы внимание. Стеклопакет одного окна аккуратно выставлен и шторина, подгоняемая ветром, колышется туда-сюда, как будто не может определится где ей лучше - дома или на улице. Бросаю пакеты и бегу к двери. Ключи не понадобились, она не заперта, хорошо хоть прикрыта. Еще надеюсь на чудо и громко кричу: