Читаем без скачивания Возвращение Джоре - Александр Берг

Контр — адмирал Капитонов слегка удивился, когда корабли аграфов неожиданно развернулись все вдруг и наращивая скорость стали удалятся от планеты в прыжковую зону с явным намереньем покинуть систему. Может в другой обстановке Капитонов и не позволил бы им это сделать врубив глушилки и устремившись в погоню, но у него был другой приказ — любыми средствами отбить планету аратанцев назад, а потому он просто проигнорировал бегство ушастых с поля боя. Баба с возу, кобыле легче, а потому, растерявшихся агарцев, смяли сходу. После тяжелых боев с защитниками системы, агарцы понесли очень большие потери, а потому они просто слились за десять минут боя. Стоило только Старсейверам дать несколько залпов, от которых взорвалось семь агарских линкоров, как остальные суда бросились наутек. Командующий агарским флотом погиб при взрыве флагманского линкора, а остальные командиры предпочли сбежать. Флот вышел на среднюю орбиту и войсковые транспорты выпустили свои десантные и десантно — штурмовые боты, которые под прикрытием Финистов пошли к планете.

— Кто мы такие?! Мы десантники!!! Мы элита российских сухопутных сил! Каков наш девиз?

В ответ на это раздался дружный рев сотен крепких глоток — Не отступать и не сдаваться! — Это перед началом десантирования командиры накачивали своих подчиненных, повышая и так их высокий дух.

— А теперь, нашу десантную, запевай!

И снова сотни десантников, выпрыгивая из десантно — штурмовых ботов и и планируя к земле громко затянули песню ставшую их гимном.

Мы все уйдём в запас, когда наступит срок,

Но каждый будет помнить первый свой прыжок.

Укладка куполов и парашютный стол,

Инструктор перед дверью командует: «Пошёл!»

А ты уходишь от борта, подхваченный потоком,

И зависаешь над землёй так гордо и высоко,

И осмотревши купол свой, решаешь — всё в порядке,

Теперь бы встретиться с землёй и не отбить бы пятки!

И куполов сплошной поток, изломанности линий

Слегка качает ветерок над этой бездной синей,

Но всё равно сжимает грудь от ложного уюта,

Ведь с тобой в небе только бог и пара парашютов!

Тысячи фигурок десантировались с десантных транспортов, только вместо парашютов у них за спиной раскрывались небольшие крылья, которые позволяли перевести свободное падение в управляемое планирование и крайне затрудняли прямой огонь по десантникам. Они десантировались, а песня продолжалась поднимая парням боевой дух.

А ты уходишь от борта, подхваченный потоком,

И зависаешь над землёй так гордо и высоко,

И осмотревши купол свой, решаешь — всё в порядке,

Теперь бы встретиться с землёй и не отбить бы пятки!

Метает нас из края в край, и всякое случается,

Но ведь задача ВДВ во многом заключается!

Кого‑то груз сомнений жжёт, но мы в приметы верим,

И покидая самолет, не закрываем двери!

А ты уходишь от борта, подхваченный потоком,

И зависаешь над землёй так гордо и высоко,

И осмотревши купол свой, решаешь — всё в порядке,

Теперь бы встретиться с землёй и не отбить бы пятки!

А ты уходишь от борта, подхваченный потоком,

И зависаешь над землёй так гордо и высоко,

И осмотревши купол свой, решаешь — всё в порядке,

Теперь бы встретиться с землёй и не отбить бы пятки!

Все десантники были связаны между собой по радио, а потому песня звучала в прямом эфире, а они приближаясь к поверхности планеты включали тормозные дюзы своих Перунов почти у самой поверхности планеты и в грохоте и огне ревущего пламени эффектно приземлялись и тут же быстро принимались захватывать ключевые позиции, порой под огнем не успевших эвакуироваться агарцев. Перед ними шли Терминаторы и Скорпионы, выявляя огневые точки противника и вызывая его огонь на себя. Командовавший бронетанковыми подразделениями генерал — майор Коршунов, застал ещё Великую Отечественную, на которую он в 43–ем ушел восемнадцатилетним добровольцем. Попал в танкисты и войну окончил старшим лейтенантом, командиром взвода. В отставку вышел в 87–ом, генерал — майором, а когда почти через двадцать лет на Землю вернулись похищенные россияне и объявили о наборе желающих завербоваться к ним и в армию России, то Генадий Коршунов не сомневался ни секунды. Жена умерла год назад, дети выросли, а у внуков были все условия, а потому пройдя через регенерационный центр и скинув лет двадцать, Коршунов пошел служить в корпорацию Россия. И вот сейчас, во время десантирования, услышав, как десантура во всю орала свой гимн, он, поклонник старых советских военных песен в ответ на всю мощь врубил гимн танкистов.

Броня крепка и танки наши быстры,

И наши люди мужеством полны

В строю стоят советские танкисты,

Своей великой Родины сыны.

Гремя огнем, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Заводов труд и труд колхозных пашен

Мы защитим, страну свою храня,

Ударной силой орудийных башен

И быстротой, и натиском огня.

Гремя огнем, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Эти песни практически ни кого не оставляли равнодушным, всё же народ у нас достаточно эмоциональный и они хорошо поднимали дух бойцам. В жизни самого Коршунова был случай, когда атака на узловую железнодорожную станцию захлебнулась. Захватившие здание самого вокзала бойцы вынуждены были перейти к обороне, танки не могли высунутся из‑за хорошо укрытой батареи немцев, но среди бойцов оказался связист. Парень хорошо знал своё дело и сумел не только включить станционную сеть репродукторов, но и подсоединить к ним приемник, по которому в это время передавали концерт. И вот во время захлебнувшейся атаки по всех станции и станционному поселку из репродукторов грянула Священная война. Казалось, что все бойцы вошли в боевой транс, так как после того, как они с утроенными силами пошли в атаку почти ни кто не смог вспомнить подробностей окончания боя. Лейтенант Коршунов хорошо запомнил тот день, а потому и гремел в эфире Марш Советских Танкистов.

Пусть помнит враг, укрывшийся в засаде,

Мы начеку, мы за врагом следим

Чужой земли мы не хотим ни пяди,

Но и своей вершка не отдадим.

Гремя огнем, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

А если к нам полезет враг матерый

Он будет бит повсюду и везде,

Когда нажмут водители стартеры

И по лесам, по сопкам, по воде

Гремя огнем, сверкая блеском стали,

Пойдут машины в яростный поход,

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин,

И первый маршал в бой нас поведет!

Командование экспедиционных сил агарцев с недоумением слушало перехват вражеской волны, на которой без всякого шифрования земляне пели какие‑то песни. Получив их перевод, командующий в недоумении уставился на своего заместителя: что это такое Грис?

Ему ответил начальник разведки. — Это военные песни землян.

— Зачем они это поют?

— Повышают свой боевой дух, фанатики и дикари одним словом.

— Да, — подумал про себя командующий — с такими и без поддержки с воздуха было бы очень не легко справится, а в сложившейся ситуации и подавно.

— Мама, я боюсь.

Маленький мальчик испуганно жался к своей матери, а закованные в бронескафандры фигуры агарцев загоняли очередную партию жителей в объемистые трюмы тяжелых грузовых ботов для их отправки на орбиту. Прибытие в систему флота землян осталось для рядовых агарцев на планете неизвестным. Внезапный отлет аграфов их не встревожил, наоборот, многие агарцы радовались этому, так как им не придется делиться добычей с ними. Агарцы врывались в дома, магазины и банки, грабили их и сгоняли попавшихся им людей во временные лагеря, откуда быстро перевозили их на свои корабли. Так было не везде, расквартированные на планете наземные части оказывали им ожесточенное сопротивление. Вся техника, за исключением пехотных боевых дроидов была уничтожена в течение первого дня оккупации. При тотальном господстве в воздухе, так как все атмосферные боевые флаеры погибли при отражении десантной операции, ни о каком массовом применении тяжелой наземной техники не могло быть и речи. Основная часть пехоты ушла под землю в прямом смысле слова. Современные города кроме своей наземной части имеет ещё и огромную подземную часть. Канализация, водоснабжение, энергетика, а также различные коммунальные и ремонтные тоннели. Вся поверхность под городами была изрезана лабиринтами больших и малых тоннелей, а также складов и убежищ. Вот в них и ушла большая часть военных, полицейских и многие гражданские. Агарцам и аграфам, сунувшимся было за ними под землю, оказали такой теплый прием, что их потери превысили все расчеты. Оккупанты принялись методично зачищать подземные уровни, вот только это продвигалось у них очень медленно. Ожесточенное сопротивление хорошо экипированных и подготовленных аратанцев было очень тяжело сломить. Прекрасно ориентирующиеся в подземных коммуникациях аратанцы устраивали захватчикам ловушки, так что продвижение вниз стоило им большой крови. Аграфы получив по зубам предпочли больше не лезть вниз, полностью отдав это агарцам. Оставить их в покое тоже было нельзя, и тут дело было даже не в том, что знавшие все лазейки аратанцы периодически, то тут, то там, выбравшись на поверхность, устраивали своим противникам засады. В конце концов это можно было пережить, но вот только все основные ценности были спешно перевезены в подземные хранилища, а наверху остались сущие крохи. Самая ценная добыча оказалась внизу под землей и добраться до неё было очень сложно и опасно.