из последних сил минутки наедине со Светой, чтобы корректно просветить ее на счет своих планов.
Едва Сашка глотнула Мартини, то поняла, что на сегодня спиртного с нее хватит. Даже курить перестала. Она уже смутно вникала в беседу и решила перейти на кофе. Однако координация ее подвела. Нестерова едва не разбила чашку и во избежание какого-нибудь конфуза отправилась в ванну умыться. Там она просидела минут пять, брызгая в лицо водой и стараясь вернуться на земную орбиту, потому что ее начало еще и отчаянно вертолетить. К сожалению или к счастью, Саша не справилась со штурвалом, и все горючее выстрелило из ее желудка в унитаз.
Голова почти сразу просветлела, и в общем Нестерова не жалела, что не удержала в себе излишки алкоголя. А еще она порадовалась, что ее стошнило в своей ванной, а не в кофейне. Сашка прополоскала рот, почистила зубы и, еще раз умывшись, поняла, что в состоянии вернуться к своим ночным собутыльникам.
Но кухня была пуста. На столе одиноко стояли три почти полных стакана с мартини, а в пепельнице еще тлела не до конца затушенная сигарета. Саша взглянула в сторону комнаты и обалдела. Дверь была закрыта, а на ручке висел Светкин бирюзовый лифчик. Это был их знак на крайний случай, если страсти брали верх, не позволяя позвонить или отправить смс. Саша постоянно вешала свой бюстгальтер, когда они зависали здесь с Женькой, никогда с Денисом, который и дома-то у нее был лишь однажды. Да и сама Света очень редко пользовалась маяком из белья. Несколько раз это было днем, и Сашка просто ехала к друзьям или позаниматься в библиотеку, а ночью ей приходилось ютиться на диване в кухне, что, по всей видимости, предстояло и сегодня.
Нестерова простояла у двери несколько минут, пребывая в каком-то трансе. Она слушала возню за дверью, не осознавая до конца, что все происходит наяву. Лишь когда Светка начала активно стонать, Саша рванула в кухню, плотно закрыв за собой дверь. Она на автопилоте налила себе чай, открыла форточку и закурила. Стоны из комнаты преобразовались в какие-то дикие вопли, и Нестеровой пришлось включить телек, чтобы приглушить это безобразие.
– Охренеть можно, – пробормотала Сашка себе под нос, отчаянно пытаясь собрать мозги в кучу и найти объяснение всей этой фантасмагории.
К сожалению, объяснялось все это непотребство только одним способом: Светка и Дима сейчас занимаются сексом. Им хватило Сашиной отлучки, чтобы пожелать уединиться в комнате. Если на счет Димы она не питала никаких иллюзий, понимая, что он просто настроился сегодня на секс, то вот Светин финт ушами весьма и весьма обескураживал. Они, конечно, не были близкими подругами, тусовались в разных университетских компаниях, даже дома чаще занимались своими делами, не нарушая личного пространства друг друга, но как-то на душе у Саши стало очень гаденько. Сами собой придумывались для Светки новые имена, типа: сука, шлюха, бессовестная тварь и так далее и тому подобное.
Лишь спустя минут пять после начала воплей Саша, хоть и не без труда, но уговорила себя, что Светка начудила по пьяни. Соседка ведь не знала, что Дима уже давно и сильно нравился Саше, как не знала и того, что он клеил ее весь вечер, что они целовались в туалете, что Ксюше она должна была отомстить лично, а не с помощью шалавы-соседки.
В общем, Нестерова велела себе отпустить эту идиотскую путаницу и начала разбирать диван. В ящичке под ним нашлась ее старая фланелевая пижама на пуговицах да комплект белья с пледом. Иногда Сашка засиживалась в кухне на всю ночь и хранила тут эти тряпки, чтобы не беспокоить Свету под утро. Нестерова аж фыркнула:
– Я ее разбудить боялась, а она не постеснялась раздвинуть ноги перед моим мужиком. Ну, может, не совсем моим, но все же.
Саша снова выдохнула, прихватила со стола свой стакан с Мартини и отчаянно уставилась в телек, пытаясь найти успокоение в полуночных клипах. Ей слегка полегчало, потому что вопли стихли. Через минуту тишины приоткрылась дверь кухни, и Дима непривычно робко спросил:
– Эй, можно?
– Конечно, – великодушно пожала плечами Сашка. – Сигарету?
– Пожалуй.
Она встала с дивана, присев на табуретку у стола. Дима последовал ее примеру.
– Подружка твоя часом в психушке не лечится? – нарушая напряженное курительное молчание, спросил Дима.
Сашка не удержалась и хмыкнула, ответив:
– Вроде нет.
– Зря, ей бы на пользу пошло, – покачал головой Петрович, потирая сзади шею. – Всю спину мне исцарапала. Больная.
Он повел плечами, слегка морщась, а Саша озадачилась: «Он к Ксюше ехать боится с полосатой спиной или в принципе не уважает такую животную страсть?»
– Угостишь чайком инвалида? – он выкатил глаза, как кот из Шрека.
Нестерова снова хмыкнула и полезла за чашкой. Она не могла злиться на Диму. Вот не получалось у нее и все тут. Даже после секса сомнительного качества с ее соседкой он не был ей противен. Она брезговала скорее Светкой, чем им самим.
Саша подошла к Диме, чтобы поставить на стол рядом с ним чашку с чаем, и тут же была поймана сильными руками.
– Классная пижамка, – улыбнулся он, потеревшись щекой о пуговицу в районе груди.
– Жаль, что посмотришь только на нее, – изобретательно, но недвусмысленно отказала ему Саша, но отстраниться даже не попыталась.
Было слишком тепло в его руках, а может, ее зомбировал этот чертов запах.
– Что это за парфюм? – тихо спросила она, наклоняясь и водя носом по Диминым спутанным кудрям цвета проса.
Он назвал марку, и Саша тут же забыла ее. Она просто стояла, впитывая неповторимый аромат, поглаживая его шею сзади и жалея, что ей приспичило поблевать в такой неудачный момент. Дима тоже не терял времени даром. Он нежно поглаживал ее попку через фланелевые штанишки, а потом, не встретив отказа, нырнул за резинку, чтобы сжать упругую теплую плоть. Его грудной стон острой стрелой пронзил Сашкин клитор. Она сжалась, едва держась на ногах от желания. Хорошо, что слабый желудок избавил ее от алкоголя, иначе бы такой же слабый передок сейчас бы точно взял верх над разумом. Но каким бы сильным не было влечение, Саша помнила о Светке в комнате за стеной, помнила стоны и вопли. Она позволила себе получить удовольствие от Диминых прикосновений, но не более того.
– Черт, я бы хотел заняться с тобой именно анальным сексом, – огорошил бывший босс, продолжая мять Сашкин зад.
Его пальцы блуждали на грани фола,
