Хоть и вполовину не такой большой и вычурный, как старинные дома, которые до сих пор встречаются в Садовом районе, дом Даниэля тем не менее был по-своему привлекателен и необычен. Двухэтажный особняк в средиземноморском стиле, покрытый оранжево-розовой штукатуркой, с красной черепичной крышей, построенный в двадцатых годах двадцатого века, являл собой элегантный образчик испанской архитектурной традиции.
Дом выставили на продажу как раз тогда, когда ссудные проценты были невелики, а Даниэль решил, что уже по горло сыт съемными квартирами. За два года с тех пор, как он приобрел дом, его первоначальная стоимость взлетела до небес, и таким образом оказалось, что Даниэль сделал очень выгодную покупку.
Шарлотта вслед за племянником двинулась дальше. Вдруг из дома до них донесся какой-то шум, и, отчетливо слышный даже из-за двери, раздался звонкий детский возглас:
— Мама, папа Дэнни, папа Дэнни приехал!
Дверь перед ними распахнулась, и на веранду маленьким вихрем вылетел ребенок. При виде Шарлотты он резко затормозил, проехав несколько сантиметров на подошвах ботинок, но затем, разглядев Даниэля за ее спиной, пулей кинулся к нему.
Даниэль подхватил Дэви на руки:
— Привет, привет, дружище!
Малыш хихикал от удовольствия.
— А я тебя жду, — проговорил он сквозь смех. — Мне мама сказала, вот я и жду!
— Правда! Вот замечательно!
— Дэви! Ну-ка вернись домой… — в дверях появилась Надя: руки в боки, на лице упрек. При виде Шарлотты она застыла на пороге. — О… привет, Шарлотта. — Она шагнула на веранду. — Какой приятный сюрприз! Я и не ожидала, что у нас сегодня будут гости.
Улыбнувшись, Шарлотта шагнула к ней.
— Не просто гости, милая. — И она заключила Надю в объятия. — Ведь мы же теперь — одна семья, — проговорила она, отпуская Надю.
Надя улыбнулась в ответ, но улыбка ее быстро сменилась нарочито суровой гримасой, и, прищурив глаза, она вновь обратилась к Дэви:
— А ты — маленький бандит! — Она погрозила сыну пальцем. — Сколько раз я тебе говорила не открывать дверь без меня? Ну, как мне тебя наказать?
Дэви спрятался от нее, прижавшись лицом к плечу Даниэля. Подмигнув Шарлотте, Даниэль наклонил голову и громко зашептал на ухо Дэви:
— Ой-ой-ой, дружище, кажется, у тебя неприятности!
Но малыш только еще теснее прижался к его плечу. Даниэль усмехнулся, а потом шагнул к Наде и поцеловал ее.
— Думаю, мне все-таки стоит поставить на дверь цепочку, а? Как ты считаешь?
— Да я уже поставила ее, сегодня утром, — отозвалась Надя. — Только не очень она помогла! Я оплошала: сказала ему, что ты должен вот-вот вернуться, и последние полчаса он проторчал у окна — тебя выглядывал. Я вышла всего на минутку, но ему хватило: маленький дьяволенок подвинул к двери стул и снял цепочку.
Дэви обернулся и просверлил мать возмущенным взглядом:
— Я не дьяволенок! Дьявол — это страшное чудовище!
— Ну конечно, дорогой! — Надя погладила его по спине. — Мама просто глупость сказала. — С печальным вздохом она обернулась к Шарлотте: — Здесь страшный кавардак, но все же — добро пожаловать. — И она взмахнула рукой, приглашая Шарлотту пройти первой. — Я до сих пор вещи не разобрала. Но ведь мы оба работаем, а потом я еще и заболела… — Она двинулась вслед за Шарлоттой. — Мне кажется, эта уборка никогда не закончится.
— Тебе лучше? — спросила Шарлотта.
Надя кивнула:
— Лучше, чем вчера.
Даниэль вошел последним и захлопнул за собой дверь.
Гостиная была большой, с высоким потолком и двумя громадными окнами по обе стороны камина. Один угол заставлен коробками с вещами, а под окном, на полу, возвышалась стопка детских книжек, но, не считая этого, в комнате царили безукоризненный порядок и чистота.
— Здесь мало что изменилось с моего последнего визита, — проговорила Шарлотта, повернувшись к Даниэлю. Тут взгляд ее упал на диван: — Какой красивый! Намного лучше прежнего. Новый?
Даниэль кивнул.
— Так точно, мэм. Мы все не могли решить: забрать старый диван из Надиного дома или оставить мой. В конце концов, пришли к заключению, что наилучший выход — выкинуть оба и завести новый.
— Замечательно! И выбрали как раз то, что нужно!
— Спасибо, — отозвалась Надя. — Он очень Удобный. — И она махнула рукой в сторону того самого дивана: — Присаживайтесь. Попробуйте, как, мягко? А я принесу вам чего-нибудь попить. Кофе? Чай со льдом?
Шарлотта замялась: а когда и как именно, по мнению Даниэля, должна она сообщить Наде новости о Рикко? Даниэль, будто прочитав ее мысли, немного подвинул Дэви, который по-прежнему сидел у него на руках, и проговорил:
— Милая, давай немного подождем с напитками. Боюсь, я явился с плохими новостями.
Шарлотта протянула руки:
— Может, я пока заберу Дэви в кухню?
Надя устремила настороженный взгляд сначала на Даниэля, потом на Шарлотту:
— В чем дело?
— Подожди минуту! — остановил ее Даниэль. — Сейчас я все объясню. — И, обернувшись к Шарлотте, добавил: — Да, тетя, думаю, сейчас лучше всего так и сделать. — Он опустил ребенка на пол и, став на колени, чтобы оказаться с ним лицом к лицу, сложил ладонь чашечкой и осторожно ухватил Дэви за подбородок:
— Но Дэви ведь уже взрослый, правда, дружище?
Дэви радостно ухмыльнулся, и Даниэль отвел руку.
— Я взрослый! — повторил Дэви, оживленно кивая.
— А взрослые сами ходят, да?
Дэви снова кивнул.
— Так что, парень, давай, покажи тете Чарли, где у нас кухня, договорились? А она, может быть, найдет там тебе печенье… — он взглянул на Надю, — если, конечно, мама не против.
— Не против, — отозвалась та. — Он уже поужинал.
— Хорошо. — Шарлотта протянула руку Дэви. — Тогда пойдем-ка мы с тобой на поиски печенья.
Дэви ухватился за ее ладонь.
— Я тебе покажу, тетя Чалли. — И он потянул Шарлотту за собой. Та, бросив на Даниэля сочувственный, но ободряющий взгляд, вышла вслед за малышом.
— Так что случилось? — услышала Шарлотта Надин голос, шагая вместе с Дэви через холл. Но Дэви без умолку щебетал, и продолжение ей разобрать не удалось.
Шарлотта изо всех сил пыталась оттянуть момент возвращения, чтобы дать Даниэлю и Наде время поговорить, но как только Дэви получил обещанное печенье, трудно было найти еще предлог, чтобы задерживать его на кухне. Малыш обожал Даниэля, и раз уж его любимый «папа Дэнни» был дома, он непременно должен находиться рядом.
Когда Шарлотта и Дэви возвратились в гостиную, Даниэль сидел на диване рядом с Надей, обнимая ее за плечи. Надя, бледная как полотно, смотрела перед собой невидящими глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
