От подобного предложения меня пот прошиб.
— А если я решу прекратить это… сотрудничество?
— Ты не можешь отказаться, человек, — в голосе Слуги слышалась горячая лава, стекающая по склону вулкана, тайфун, обрушившийся на прибрежный городок, девятибалльное землетрясение. — Жертва должна быть принесена. Таков уговор.
Внимание! В результате вашего решения будет изменен статус нейтрального места.
Внимание! В результате вашего решения будет изменено отношение Жреца ко всей группе.
Внимание! Уровень Жреца намного превосходит общий боевой коэффициент вашей группы. Боевое столкновение со Жрецом может привести к смерти нескольких членов группы.
Вся жизнь может привести к смерти. Тем более в таком убогом месте, как Город. Это я узнал в первый же день пребывания здесь. Тем более теперь этот Жрец не давал мне практически никакого выбора. Я не мог пожертвовать кем-либо из своей группы за все плюшки мира. Да, знаю, такой я хреновый бизнесмен.
— Слышишь, человек? — неожиданно встрепенулся Слуга, он же Жрец, он же Ежик.
Я повернул голову. Ах, вон что имеет в виду эта гадина. Шум воды стихал. Да и туман все больше рассеивался. Это у нас что значит? Волна заканчивается. А вместе с ней и заползает обратно в задницу Голосу всякая нечисть.
— Вскоре мне нужно будет уйти, — подтвердил мое предположение Ежик. — Тебе придется принять решение прямо сейчас.
— Отдать человека, — проскрипел я зубами, грозя стереть их в пыль, и все еще глядя куда-то сквозь старика в алом одеянии.
— Таков наш уговор. Мне нужно пара человеков.
— Мы называем себя люди, а не человеки, — сказал я, выпуская лиану.
— Ты очень странный, — ответил Ежик, уже коснувшись постамента с ярким камнем. Видимо, это и был тот самый артефакт.
Вопреки всем законам физики, разобранные по чанам остатки людей как-то впитывались в этот камень. Тот пульсировал, наливался кровавым светом, и вновь затухал. Порой мне казалось, что он даже меняется в размерах. Будто бьющееся сердце.
Вам доступен артефакт, созданный Жрецом. Принеся жертву, вы можете завладеть им или оставить для усиления до следующей волны. Также вы способно захватить артефакт силой.
Угу, приносить жертвы, чтобы усилить артефакт, как это делал лидер людоедов. Вот только не успел. Выкосил все окрестности, а до волны совсем чуть-чуть не дожил. По моим соображениям, на постаменте должно было быть что-то серьезное. Сколько человеческих жизней осталось заключено в этом камне?
— Человек, нет времени ждать, — направился ко мне Ежик. — Решай.
— Да я уже все решил, — ответил ему я.
И довершил свой спич короткой очередью из винтореза. С такого расстояния трудно было промахнуться. И, само собой, я не промахнулся.
Внимание! Нейтральная зона преобразована в зону первого уровня опасности. Все существа внутри зоны будут пытаться вас убить.
Собственно, все существа заключались в одном лишь Ежике, глаза которого налились кровью. И это была ни фига не метафора.
Самое страшное, что сделал огнестрел — продырявил алое одеяние. Однако ни крови, ни боли на лице у Жреца я не увидел. Поход для починки к портному — не совсем тот итог, на который я рассчитывал, однако отступать было уже поздно. Я не испытывал страх. Как и сомнения. Внутри меня лишь бурлила черная ярость. Не знаю как, но я точно убью тебя, сволочь.
Глава 10
Огромное то ли дерево, то ли растение с жестким стеблем выросло между мной и Жрецом с такой проворностью, словно я просматривал фильм на очень быстрой перемотке. Грязная липкая брусчатка вздымалась под его могучим стволом. Десятки округлых закрытых розеток стали набухать, по-прежнему увеличиваясь в размерах.
Иными словами, генномодификация работала на славу. Жалко, что я был образован примерно так же, как Буратино. Нет, я не закопал все золотые, которые дал мне папа Карло в лице государства. Но вот школу откровенно прогуливал. Хорошо, что в группе хватало знающих людей, которые подсказали много интересного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К примеру, Слепой поделился важной информацией о жуке-бомбардире. Оказывается, тот выстреливал в противников горячей смесью собственного ядовитого секрета. По словам старика, температура выделяемой жидкости могла составлять до ста градусов цельсия.
Не знаю, правда это или нет. Если все же нет, то в покер играть я со Слепым не сяду. Потому что он говорил с таким уверенным видом, что ему и матерые чекисты бы поверили.
С другой стороны, это вообще было неважно. Как я понял, генномодификация работала исключительно на моих знаниях. А фейковые они были или нет, главное, чтобы я сам верил в то, что создаю. В данный момент я очень верил.
Дерево-бомбарда выросло быстрее, чем Жрец подошел к нему. Справедливости ради, фанатик не особо и торопился, будто заранее был уверен в своей победе. Ну да, сейчас мы поглядим, как ты будешь корячиться.
С десяток розеток набухли, а после одновременно выпустили горячие зеленые струи ядовитого сока в чертового Слугу Голоса. Ну все, хана. Легче будет останки Жреца замазать, чем отскрести от булыжников и положить в спичечный коробок. А еще предупреждали, что уровень этого сумасшедшего извращуги намного выше моего. Ну да, огнестрел его не берет. Но всегда остается место для суперспособностей и изворотливого ума.
Ядовитая жидкость сползала со Жреца медленно, будто нехотя. Вот только нечто, обернувшее стариком, продолжало идти. Не каталось по земле, пытаясь содрать с себя кожу, не вопило от нестерпимой боли, не умоляло о пощаде. Существо вообще, казалось, не заметило каких-либо неудобств. Разве что сок моего чудо-дерева напрочь разъел алую мантию и теперь Слуга Голоса шел нагишом.
Не самое, кстати, приятное зрелище. Нет, конечно есть всякие любители старого тела, готовые на любые сексуальные подвиги. Но глядя на эту дряблую кожу, свисающую мерзкими складками, кривые худые ноги и впалую грудь я не испытывал ничего, кроме отвращения. Правда, Жрец быстро изменил вектор моего эмоционального состояния с «фу, блядь» до «чтоб меня черти драли, что этот нигер себе позволяет?».
Слуга приблизился к дереву и едва коснулся его. И все. Растение повалилось набок, став будто бы резиновым. Я попытался вложить в него немного силы и понял, что чудо-дерево мне больше не подчиняется.
— Отступаем! — приказал я, стараясь придать голосу уверенности. Которой не было и в помине.
А тебе дураку говорили — намного выше уровнем. В данном случае намного означало больше, чем до хера. С другой стороны, он и выбора мне не оставил. Не Алису же ему отдавать. Мне, в конце концов, не чуждо человеколюбие. Она же Жрецу весь мозг вынесет, прежде чем он ее освежует. А сошедший с ума фанатик — горе для Города.
Хотя в данном случае мое нервное чувство юмора было не чем иным, как страхом. Потому что я видел невозможное.
Вот Слепой применил залп острых, как язык Алисы, шипов. И те отскочили от Жреца, разлетаясь в разные стороны, точно он был создан из титана.
Следом Кора выпустила свои острые диски, способные покрошить в капусту за считанные секунды кого угодно. И те с мерзким звуком «сыгравшей» двуручной пилы «Дружба» не смогли причинить Жрецу никакого вреда. Кора вернула диски к себе и недоуменно поглядела на меня. И я понял ее боль. На дисках не хватало нескольких зубьев.
Я хотел было крикнуть Гром-бабе, которая уже понеслась к Жрецу, чтобы она не делала глупостей. Этого урода попросту нельзя победить. Но было поздно. Громуша ускорилась и влетела в фанатика, как тонкий кусок алюминия в толстую стальную стену. Танк отскочила назад, плюхнувшись на пятую точку и ошарашенно вертя головой.
— Отходим, медленно отходим! — кричал я.
Интересно, если мы побежим, бросится ли этот Терминатор в погоню? Что-то мне подсказывало, что да. Он напоминал неправильную цитатку из соцсети. Его легко найти и трудно потерять. С другой стороны, Голос, каким бы козлом не был, не отморозок. Создавать дополнительное задание во время волны лишь для того, чтобы уничтожить успешную группу выживших он не будет. Не для этого мы прошли столько испытаний. Значит, чисто теоретически существует альтернативная Вселенная, где мы разматываем голого урода. Осталось только найти потайной вход в нее.
