Читаем без скачивания Эксперт № 16 (2014) - Эксперт Эксперт

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Наряду с качеством цена и сроки — в какой-то мере конкурентные преимущества Нечаева. Несмотря на дорогие иностранные комплектующие и проблемы с их доставкой, Triton выставляет цену в полтора раза ниже и выполняет заказы быстрее, чем зарубежные внесерийные мастерские. Дмитрий объясняет это разницей в подходах к работе и ее стоимости на территории России. Китайцы в эксклюзивной сфере не в счет — штучные вещи они если и умеют делать, то об этом мало кто знает, потому что продавать их в Китае не научились. В месяц Нечаев изготавливает 12 рам, четыре из которых становятся велосипедами. Делать больше мощности не позволяют. Расти, теряя флер эксклюзивности, Дмитрий пока не готов. Рамы отдает по 1 тыс. евро, байки — по 5 тыс. Итого — 28 тыс. евро в месяц, маржа порядка 45%.

Тюнинг для байка

В магазинной версии велосипеда требовательного клиента всегда что-то не устраивает. Что-то хочется убрать или добавить — терзания как у невесты в гоголевской «Женитьбе». Нечаев может сделать любую модель. Охотно покупают велосипеды (себе или в подарок) обеспеченные люди «возраста сорок плюс», как охарактеризовал их бизнесмен. Клиенты-иностранцы — профессиональные, околопрофессиональные байкеры и просто фанаты. В России заказчики — бизнесмены и чиновники. В элитном поселке на западе от Москвы стоило одному местному байкеру вырулить на Triton, на раме которого было выведено его имя, как с десяток соседей срочно решили обзавестись такими же.

Получив заказ, Нечаев вносит физические параметры клиента в разработанную канадцами программу BikeCAD Pro. Все люди разные, и, например, нелепо смотрится на серийном велосипеде человек высокий или крупный — большому капитану необходим большой корабль. «Разная длина ног, разные торсы. Поэтому байки у всех должны быть разные. Есть люди-коротышки, но тяжелые. Для них стандартные велосипеды могут быть слишком мягкими, потому что учитывают их вес, но не учитывают рост. Я также разрабатываю модели байка, направлений много: горные, кроссоверы, шоссейные, городские, туристические. Виртуально сажаю на него человека, подбираю угол наклона — модель более спортивная, растянутая, вертикальная… Потом вместе все утверждаем», — объясняет последовательность действий бизнесмен. «Дальше я отправляю проект инженерам. У меня на удаленке сидят двое — на Украине и в Санкт-Петербурге. Они делают сборочный чертеж. Тем временем я связываюсь с зарубежными поставщиками. Постоянно завожу знакомства на выставках», — уточняет Дмитрий. Цена зависит от стоимости компонентов. Например, фонарик и USB-разъем для подзарядки телефона на руле прибавляют примерно 30 тыс. рублей, задняя втулка с переключением передач — 50 тыс. рублей.

Все основные детали спрятаны в закрытый корпус с маслом, вместо цепи у Triton Bikes ременная передача — ржаветь нечему. Такую, кстати, используют на мотоциклах Harley-Davidson.

Студенческое хобби

Резюме Нечаева написано будто о двух разных людях с абсолютно непохожими жизнями. Образование — МГИМО. Ну баловался во время учебы: в 2005 году заказывал в одном месте велорамы, перепродавал в другом. Случайно на летней практике в лондонском колледже выехал покататься на своем профессионально собранном из разных комплектующих байке, такие еще называют «котлета». Местные энтузиасты высоко оценили титановую раму, сделанную московским мастером Сергеем Бачинским . Один из англичан оказался собственником веломагазина. «Давай продавать!» — предложил он Нечаеву. И вот новоявленный предприниматель связывается с Бачинским, чтобы предложить простую схему: ты делаешь, я продаю. Сергей ответил завышенным прайсом. «Тогда я через контакты в велосипедной тусовке узнал, где он делает рамы. Поехал на этот завод в Королеве. Там у ребят собственные продажи шли вяло, и они согласились сотрудничать на моих условиях. Бренд Triton, кстати, родился из названия английского магазина. Правда, через несколько месяцев из-за плохого “с эстетической точки зрения” качества англичане отказались реализовывать товар», — пеняет Нечаев на специфику российского производства.

Тем не менее Дмитрию удалось засветиться на велофорумах, пошли заказы, включилось сарафанное радио. Работал по предоплате. Что удивительно, идея отправить немалые деньги незнакомцу не смущала даже людей, живущих за границей. Студент успел выпустить серию одноколесных велосипедов — есть и такая забава. Делались они все там же, в Королеве, на заказ и под брендом Triton — единственное, что принадлежало Дмитрию.

Дальше студенчество закончилась. Магистратура, Франция. Была попытка вести проект дистанционно. Но качество проконтролировать таким образом было невозможно, и Нечаев, «чтобы не позориться», в 2007 году написал на всех форумах: «Заказы больше не принимаем. “Тритона” больше не существует. Баста». Тем более что денег это дело приносило не много, на карманные расходы. Зато было много удовольствия.

Бизнес на бренде

В 2008 году Дмитрий вернулся в Москву. Поработал несколько месяцев в крупном западном инвестфонде. Научился «организованности и мгновенно отвечать на имейлы», поднаторел в финансах. Потом продолжилась магистратура. Покидал банк без особой грусти, а вот «девчонки все плакали, когда я уходил, говорили: ты здесь единственный живой человек». «Я же шутил», — ухмыляется Нечаев. До России в это время докатилась волна экономического кризиса. «Весной 2009-го я успел поработать в ООН переводчиком. В 2009 году встретил будущую жену. Деньги очень быстро закончились, сами понимаете. Начал срочно искать работу. Ходил на собеседования в разные фонды. А в 2009-м не так просто было найти работу. Попробовал вернуться в банк. А мне говорят: времена другие, сейчас мы не нанимаем, а сокращаем», — вспоминает Дмитрий.

Началась череда собеседований. Между ними Нечаев подрабатывал извозом. Машина у него заметная — джип, предназначенный для гонок по бездорожью. Появились даже свои клиенты. К лету 2009-го Дмитрий расписал в резюме все, чем занимался. Основное место там было уделено отнюдь не успехам на финансовом поприще, а велосипедам — родной Triton не давал покоя. И тут на очередном собеседовании, когда пришел черед задавать вопросы работодателю, Дмитрий прямо спросил банкиров: «А вы счастливы?» Они, помявшись: «Да». «Я понял, что они точно несчастливы. Потом пошел на собеседование в фонд прямых инвестиций, очень крупный, известный. И менеджер спрашивает, кем я вижу себя через пять лет. Я говорю: вижу себя во главе промышленной компании. А он мне: а мы тебя видим за компом, строящим финансовые модели с профилями компаний. Я говорю: да, негусто, но работать-то надо. А парень вдруг мне: “Давай по-честному. Когда ты рассказывал, как работал в банке, ты просто рассказывал. А когда говорил, как делал велики, у тебя глаза горели. Ты — другой. Ты здесь с ума сойдешь. Здесь солдаты работают”. Я ему: там нет денег. Он говорит: ну я тебе сказал…» — вспоминает Дмитрий. Додавил близкий друг: «Миша мне говорит: “Ты стал обрюзгший, шуток не понимаешь. Когда великами занимался, ты в форме был, веселый. Может, попробуешь?” И я занимаю денег, чтобы доехать до завода, с которым работал раньше», — глаза у Нечаева и впрямь горят. «Ехал и думал: потрачу на это год. Если не получится — все, завяжу», — продолжает Дмитрий.

Нескольких месяцев перерыва будто и не было. На всех форумах Дмитрий снова написал: «“Тритон” вернулся. Принимаем заказы». Прошло три дня. «И вдруг пишет человек из Германии, что ждал такого нашего сообщения. И заказывает у меня 40 рам сразу. Я заработал сразу неплохую сумму — полмиллиона или около миллиона рублей. И он сразу еще заказал 20», — вспоминает Дмитрий 2009 год.

«Все на меня смотрят: странный, из банка ушел, ерундой какой-то начал заниматься. А я сразу расцвел. И понял — это дело может работать. Заказы идут. Но я опять уперся в прежнюю проблему — качество. Исполнителям же ничего не надо. Мне снова дают не то, что нужно. И я решаю: пора делать свое производство, где я сам буду управлять подчиненными. Это очень важный момент в эксклюзиве. Это штучные вещи, не серийка какая-нибудь», — объясняет бизнесмен.

Свое производство

В 2011 году Дмитрий нашел партнера на паритетных началах — Олега Костикова, у знакомых которого как в сказке оказалось помещение с нужными станками — токарными, фрезерными, а также свободные деньги. Один миллион рублей был вложен сразу, другой — в течение пары лет. «Я заказал из США стапель. Год его делали и везли. И в мае 2012 года мы начали выпускать рамы и байки в собственной мастерской», — говорит Дмитрий. Передачу половины бизнеса партнеру Нечаев объясняет так: «Он крутой менеджер, а я хорошо разбираюсь в теме, хотя у меня нет технического образования». Одна из стартовых трудностей: оказалось неожиданно сложно купить титан в небольших количествах — торговцы мыслили тоннами. Среди других сложностей — ввоз и растаможивание мелких запчастей. «Это настолько затрудняет работу, что в данный момент рассматривается перспектива открытия европейского офиса Triton Bikes. Со своим складом и сборочной мастерской», — делится планами Нечаев.