В начале златокудрого сентября 1915 года по указанию начальника австрийской военной разведки полковника Макса (Максимилиана) Ронге (1874–1953) через Румынию на Украину австрияки перебросили несколько десятков лазутчиков под видом трупп бродячих артистов: жонглеров, шансонеток, акробатов, солистов. Агентурные гнезда были свиты венскими специалистами в Луцке, Слониме, Брест-Литовске, Митаве и других населенных пунктах.
На территории Румынии действовало несколько австрийских разведчиков во главе с руководителем резидентуры полковником Фишером. А в Бухаресте по указанию полковника Николаи германская разведка открыла спецшколу. Возглавлял ее офицер, имевший опыт в делах плаща и кинжала, капитан Бергель. Его заместителем являлся оконченный русофоб Дольман. Они готовили здесь и забрасывали в тылы российской армии зафронтовую агентуру, в основном под видом беженцев, якобы вынужденных покинуть оккупированную немцами территорию. Им ставились разного рода разведзадачи.
По Одессе: какие корабли и суда находятся в порту, их вооружение, особенно, есть ли зенитное оснащение для обстрела аэропланов и дирижаблей, калибры палубных орудий, запасы горючего, есть ли в порту субмарины, их количество и класс, плавучие доки для ремонта кораблей.
По Николаеву: состояние ремонтной базы плавсредств, а также наличие строящихся военных кораблей и судов гражданского типа.
В Евпатории, Феодосии, Очакове агентам поручалось выяснить наличие подводных лодок, их вооруженность, цели прибытия торгово-пассажирских пароходов.
Лазутчиками становились люди разных возрастных категорий, профессий и увлечений: инженеры и врачи, фокусники и фотографы, офени-торгаши и точильщики, проститутки и воры, дети и подростки, старики и калеки.
Вот один из примеров. 2 сентября 1914 года военными контрразведчиками 8-ой армии, которой командовал генерал от кавалерии Алексей Алексеевич Брусилов, в городе Ровно были задержаны пять подозрительных военнослужащих. Четверо низших чинов и пятый прапорщик почти хором заговорили о том, что они сбежали из плена. Но наблюдательные оперативники обратили внимание на чистоту их рук, аккуратно подрезанные ногти на пальцах, неестественный для лагерных узников румянец на щеках. Стали «ловить и колоть» их на противоречиях. Пришлось «великолепной пятерке» сознаться и дать показания.
Выяснилось, что этим переброшенным «из плена» предателям Российской армии австрийская разведка поставила конкретную задачу — взорвать железнодорожный мост через реку Гуска у Шепетовки.
— Где находится ваша диверсионная экипировка? — задал «прапорщику» резонный вопрос военный контрразведчик.
— Закопали, — последовал ответ…
Скоро оперативная группа извлекла из тайника полтора пуда динамита, взрыватели, хлороформ для усыпления часовых, 300 рублей.
— Что вам еще обещали новые хозяева за выполнение задания?
— Десять тысяч рублей.
— На всех?
— Да!
— Не густо…Кстати, где и кто вас инструктировал и послал сюда? — логично задал вопрос капитан Шебалин.
— После краткосрочных курсов перед заброской с нами в городе Луцке провел завершающий инструктаж австрийский обер-лейтенант по фамилии Шиллер.
Шебалин хорошо знал противника. Шиллер являлся начальником разведывательного бюро, расположенного в этом городе на Волыни.
О задержанных диверсантах и результатах разбирательства по ним оперативники сразу же доложили командующему армией генералу Брусилову. Алексей Алексеевич высоко оценил работу армейских контрразведчиков, ибо понимал, какой масштаб негативных последствий для его объединения предотвратили герои «невидимого» фронта.
К середине 1915 года русская контрразведка располагала списками с местами дислокации 23 разведывательных органов армий противника, как германских спецслужб, так и австро-венгерских, где готовилась агентура для массовой заброски в русский тыл.
Другой случай произошел в середине осени 1915 года, а точнее 13 октября. К сторожевому охранению одного из боевых участков 1-й русской армии под командованием генерала от кавалерии Александра Ивановича Литвинова (до 18 ноября 1914 года армией командовал Павел Карлович Ренненкампф), со стороны противника подошла группа в несколько десятков человек. Этот «летучий отряд» вскоре был разоружен. Стали контрразведчики выяснять, для чего они из плена шли с кавалерийскими винтовками и ручными бомбами. Недолго запирались лазутчики. Истинной целью их было проведение диверсий и терроризм. В частности они имели задачу по охоте за высшим офицерским составом, в том числе и командующим армией.
Эти и другие контрразведывательные операции позволили с меньшими потерями для наших войск, после череды неудач, провести командующему Юго-Западным фронтом А.А. Брусилову с 3 июня по 22 августа 1916 года так называемый «Луцкий прорыв». В ходе этого сражения было нанесено ощутимое поражение армиям Австро-Венгрии и Германии и заняты территории Буковины и Восточной Галиции.
* * *
Румыния, как приграничное государство, представляла стратегическое значение для германских и австро-венгерских армий по ведению шпионства против России и русских войск. Там германская и австрийская разведки готовили настоящий плацдарм для «незримых атак» против императорских войск. Устремления неприятельских спецслужб к русским войскам грамотно фиксировались нашими военными агентами (военными атташе). Так, активно работавший в Румынии военный агент, полковник Семенов, собрал подробные сведения о существовании 16-ти филиалов немецкой разведывательной службы и представил списки из более чем 150 граждан, подозреваемых в агентурных отношениях с германцами.
Об активности работы российских КРО только в границах театра боевых действий Юго-Западного фронта (командующий генерал Брусилов) к началу 1916 года говорили такие успехи, как разоблачение около сотни австрийских и германских шпионов.
Армейским оперативникам удалось только в штабе 7-ой армии (командующий генерал Д.Г. Щербачев) разоблачить около сорока агентов немецкой шпионской организации, представляющей собой глубоко законспирированную резидентуру, руководимую неким Вернером.
К сожалению, забытая из политических соображений в советское время, так называемая «империалистическая война», не позволила историкам спецслужб не то чтобы глубоко вникнуть в суть событий, но даже прикоснуться к ним. Это было время так называемого хрущевского «насморка» с осатанелой десталинизацией, когда даже советские органы военной контрразведки военного периода затаптывались в грязь. Партийное чиновничество умышленно рвало нити памяти с нашими недавними предками, вина которых заключалась в том, что они умудрились родиться в свое время. У каждого человека оно «свое». Поэтому под забвение попадали наши соотечественники, герои Первой мировой войны — генералы и офицеры, не говоря уже о сотрудниках разведки и контрразведки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
