Чувство вины аккумулировалось до предела. Он сознавал свою вину и искал способ наказать себя. Ушел бы из жизни, но остались неулаженными денежные дела многих людей. Верх одержал страх, что меня не любят = потребность быть любимым.
Его страх и чувство вины берут свое начало, как и у всех, во чреве матери. А также потребность искупить свое чувство вины. Вот он и ищет возможности наказать себя, не понимая, однако, что наказание не поможет, что необходимо освободить стрессы. Этот невыученный урок остается на совести даже при добровольном уходе из жизни, порождает долг кармы. В каждом слове и поступке следует искать смысл. Обычно он скрывается за словами, между строк.
Тот, кто идет на добровольную смерть, не нашел смысла своей жизни, потому что его разум заблокирован страхом, что любви нет. Заблокированы его вера, надежда, любовь.
Мой пациент происходит из очень скандальной семьи. Постоянные жестокие драки усугубляли кризис, чувство вины за то, что он не в силах исправить положение дел. Страх, что родители не любят друг друга , равноценен страху, что меня не любят , либо я боюсь, что моих родителей не любят. Этот страх разрастался, пока не возник психоз. А то, что алкоголь его усилил, является всего лишь видимой верхушкой айсберга.
До переходного возраста ребенок напрямую страдает от стрессов родителей, в дальнейшем у него появляются свои, новые.
Если этот мужчина сможет освободиться от основных стрессов, то он избавится от алкоголизма. Таким же образом освобождаются от курения, наркомании и других вредных привычек.
Незамужняя женщина двадцати трех лет с жалобой на миому матки. В ходе лечения происходили резкие изменения в размерах как в одну, так и в другую сторону, поскольку женщина обладала необузданными эмоциями. На протяжении всей предшествующей жизни и во время работы бухгалтером для нее первичными были экономические проблемы. С матерью у нее до сих пор натянутые отношения. Хочет помочь матери, но та помощи не принимает, хотя и нуждается в ней. Тогда дочь для искупления чувства вины принимает в себя заботы матери, хотя это и не помогает. Дочь также лелеет красивые мечты: она хочет жить хорошо, носить элегантную одежду и т. д. И во имя этого самоотверженно трудится…
В ходе лечения она много работала над собой по высвобождению духа. Неустойчивость характера исчезла, она уже считает себя уравновешенной. Я же пока так не считаю. Почему? В этом случае она, прежде всего, должна быть здоровой, во-вторых, у нее отсутствует уверенность в себе. Приведу следующий пример.
Приходит она на очередной прием. Я вижу, что в левой части тела энергии стало меньше, но утечка странным образом не проглядывается. Не успела я углубиться в изучение, как она говорит: «Я ходила погадать на картах!» – «Чудесно! И что Вам сказали?» – «В первый раз сказали, что я поправлюсь, получу квартиру и что ко мне придет любовь, если я сама буду поактивнее. А во второй раз – все прямо противоположное».
Ясно! Гадал мужчина, утечка энергии из левой части тела вызвана депрессией из-за слов «гадалки».
Что произошло? Изучаю ее первый визит – приподнятое настроение, радужные надежды. У «гадалки» тоже настроение хорошее. Карты ложатся хорошо, они показывают положение момента. Это значит, если у женщины столь позитивное отношение к жизни, то в жизни у нее должно все ладиться. Все правильно.
Во второй раз женщина идет, чтобы задать те же вопросы и чтобы ей все изложили в деталях. В таком желании кроется собственная выгода: тогда я не должна буду больше напрягаться, и эта обтекаемая и непонятная штука – судьба – сама сделает за меня мою жизнь.
Это мнение ошибочно. Судьба действительно существует, но она не догма. В наших силах изменить достаточно много в своей судьбе, и делать это следует не откладывая. Все, что мы изменяем, формирует наше будущее. Если мы прощением освободим ошибки прошлого, то этим автоматически улучшим будущее.
Эта молодая женщина обманывала себя. Она хотела освободиться от накопившегося груза с наименьшим трудом, однако ее дух не желал отказаться от учебы. Страх— меня не любят – продолжал оставаться неосвобожденным, и женщина оценила ситуацию неправильно. Ее цель была ведь хорошей. Только она еще не окончательно разобралась в причине своей болезни и не освободила причину.
Жизнь разрешила ее задачу весьма однозначно. Во-первых, «гадалка» оказалась в плохом настроении. Во-вторых, она ожидала узнать больше, чем того допускал уровень способностей «гадалки». «Гадалка» рассердился. Раздраженный человек хорошей работы не сделает. В результате ей нагадали совершенно противоположное по сравнению с первым гаданием. Какое разочарование!
Врали ли карты? Нет, они дали исключительно правильный ответ: если в данный момент ты из соображений комфорта надеешься на других, тогда как твое тело нуждается только в тебе самой, то ничего хорошего тебе сейчас сказать нельзя. Если ты поймешь это, то хорошо.
Женщина сказала, что она не набрала еще достаточно ума и что охотно станет учиться дальше, так как и
«гадалку» нужно понять – ведь он гадает мне. Она поняла, что сама вызвала плохое последствие, и разочарование в
«гадалке» обратилось в смех над самой собой:
«Никакие трюки не помогут, придется мне научиться прощать по всем правилам!»Когда я прощаю, то смогу полюбить, смогу быть счастливой, смогу быть здоровой, смогу быть удачливой во всем.
Прошу простить меня за лексику в следующем примере, который я хочу привести, но ее образность является хорошим уроком.
Пришел сорокачетырехлетний мужчина, которого беспокоил постоянный свист в ушах. На сердце он не жаловался, но оно у него также болело, хотя поначалу пациент пытался не обращать на это внимания.
Оказалось, что уши мужчины не могли более выносить тех сетований, брюзжания, жалоб, обвинений и т. д., которые ему приходилось ежедневно выслушивать по долгу службы. Всего этого он боялся, и уши старались ему помочь, чтобы не слышать плохого. Врачи не могли помочь.
По характеру этот человек был чрезвычайно добрый, внимательный и отзывчивый. Испытываемая им потребность помогать другим происходила от страха «меня не любят» и из чувства вины. Своих стрессов он не отрицал.
Однако сложилось затруднительное для него положение: он понимал, что можно освободить стрессы и затем избавиться от недуга, но к кому тогда эти несчастные люди пойдут со своими жалобами? Так он и спросил.
Самопожертвование является типичным страхом, что меня не любят. Голова, заблокированная этим страхом, понимает все наоборот. По мнению пациента, он делал хорошее для несчастных, не понимая, что это совсем не хорошее. Хорошее – это то, что никому не приносит страданий.
Рассмотрим суть проблемы. Каждый день к нему в кабинет приходят люди, которые выливают на него ушат грязи, чтобы уйти налегке, с пустым ушатом, и чтобы начать наполнять новый. Никому от этого не становилось по-настоящему хорошо – один оказался облитым грязью, другой вынужден напрягаться, чтобы вновь наполнить свой ушат.
Если бы этот мужчина освободил чувство вины и страх «меня не любят», то перестал бы притягивать к себе жалобщиков и обвиняющих, а притягивал бы любящих.
И если бы по старой привычке кто-нибудь явился с ушатом грязи, то забыл бы про существование ушата – он почувствовал бы, что от беседы становится хорошо на душе, наступает душевный покой. И ушел бы уже с чувством любви, ушат грязи оказался бы ненужным. Если он придет еще раз, и чиновник, который к тому времени еще больше преуспеет в освобождении своих стрессов, окажет на него еще более благотворное влияние, то в голове у посетителя возникнет некая искра. Он начнет мыслить, искать выход из своих проблем. Теперь он выходит из кабинета окрыленный, со спокойной душой и поумневшей головой.
И чиновник сможет более щедро делиться своей душевной добротой, не облитый грязью.
Прощение непременно возымеет свое действие. Но им нужно заниматься каждый день, подобно старинному обычаю людей молиться утром и вечером. Сегодняшний день более требователен, и мы должны делать это осознанно – освобождаться путем прощения от плохого, чтобы расчистить дорогу хорошему.
Один юноша верно сказал: «Когда я в первый день освобождал свои стрессы, то подумал – ну и ужасный же я человек! Столько их у меня оказалось. Когда я позанимался этим два дня, то сказал: «Боже правый, да будет ли конец-то?»
Три дня спустя я испытал удрученность и отчаяние. Посвятив прощению три месяца, я стал с радостью ждать каждой свободной минутки, чтобы заняться своим любимым делом. Я не нашел ничего другого, что могло бы облегчить душу и наладить жизнь так, как это делает прощение. Более убедительной теории я не знаю!»
