Читаем без скачивания Тайна обезьяньей головоломки - Кэролайн Кин

Мапонни и девушки продолжили свой путь по руинам. Они выкликали имя Нэнси, но она не отзывалась.

Карла помалкивала, но подруги видели, что она сильно встревожена.

— А может быть, — сказала она наконец, — Луис Льоса силой увёз Нэнси в своей машине? Пожалуй, лучше нам вернуться и все сообщить полиции!

Ей ответил Мапонни, тоже долго до того молчавший:

— Когда мы были здесь в первый раз, мы не ходили на другую сторону горы. Давайте пройдём туда, а уж потом будем звонить в полицию.

Девушки последовали за старым индейцем по крутому подъёму. Первой до вершины добралась Бесс.

— Нэнси! — закричала она. — Я её вижу! И она в полном порядке!

И Бесс радостно засмеялась.

В конце зелёного, поросшего кустарником склона открывалось живописное зрелище — в землю были воткнуты четыре палки, а на них было натянуто пончо. Пончо прикрывало от дождя Нэнси, рядом с которой сидел пожилой индеец. Нэнси что-то быстро записывала, по-видимому то, что ей говорил индеец. Она была до такой степени поглощена своим занятием, что даже не заметила, как на вершине показались её друзья.

Мапонни и девушки стали спускаться с той скоростью, которую допускал скользкий от дождя склон.

— Нэнси! — громко позвала Джорджи. На этот раз Нэнси подняла голову.

— Послушайте, что он рассказывает! Такие важные для нас вещи! — воскликнула Нэнси. — Как хорошо, что вы здесь, Мапонни. Этот человек говорит только на кечуа, а я просто записывала его слова по звучанию, ничегошеньки не понимая.

Нэнси представила друзьям своего собеседника. Его звали Панситимба. Девушки и Мапонни представились ему.

— Если этот человек ни слова не говорит по-английски, — недоуменно спросила Бесс, — то каким же образом ты с ним договорилась?

Нэнси засмеялась:

— Я ему сказала: Мунанки, имаянан каскианки! Помните? Это на кечуа значит «здравствуйте, как поживаете!»-

Все подхватили её смех, а Карла спросила:

— И что же было дальше?

— Я поинтересовалась, не слышал ли он про человека по имени Агилар.

Случилось так, что, услышав это имя, индеец как-то странно посмотрел на Нэнси и очень быстро заговорил.

— Он так часто упоминал имя Агилара, — продолжала Нэнси, — что я решила попробовать записывать за ним — так, как слышала, конечно, чтобы потом попросить Мапонни перевести его рассказ.

Всё это время Панситимба молчал, но при упоминании имени Агилара он обратился к Мапонни:

— Варм ккате качауссуа!

— Ну и ну! — поразилась Джорджи. — Что же это значит?

Мапонни широко ухмыльнулся.

— Это значит, — он помедлил, — это значит — не шпионка ли эта девушка?

— О Господи! — изумилась Карла, а остальные расхохотались.

Мапонни стал быстро объяснять индейцу, кто эти девушки и что они пытаются узнать. Выслушав его, Панситимба тоже засмеялся.

После этого он пустился в долгие объяснения. Он жестикулировал, указывал в сторону руин, а Мапонни слушал и с пониманием кивал. Наконец индеец смолк, а Мапонни стал переводить девушкам его рассказ:

— У племени Панситимбы есть предание о том, что один из их предков был доверенным слугой испанца по имени Агилар. Испанец откуда-то узнал о существовании Мачу-Пикчу и пришёл посмотреть на город. Индейцы, никогда до того не видевшие белого человека, приняли его за бога. Отчасти причина была в его белой коже, но главное, что поразило индейцев, была его способность рисовать. Агилар привёз с собой бумагу, кисти и краски и написал прекрасные портреты самого Инки и его придворных. Однако по прошествии времени при дворе стали бояться Агилара. Он очень много знал, и жрецы решили, что он может повести народ за собой. Тогда Агилара лишили свободы.

— Какая грустная история! — вздохнула Бесс. Мапонни только улыбнулся.

— Но Агилар оказался не так-то прост — он сумел бежать. Побег помог устроить его доверенный слуга, тот, о котором говорит Панситимба. Они бежали вместе, и больше о них ничего не известно.

— Поразительно! — воскликнула Нэнси. Карла кивнула.

— Теперь мы знаем, что художник, о котором нам рассказал Мапонни, был действительно Агилар.

Нэнси согласилась с подругой и обратилась к Мапонни:

— Спросите у него, не говорится ли в семейном предании о сокровищах, спрятанных испанцем или его доверенным слугой?

Мапонни перевёл индейцу вопрос, выслушал ответ и перевёл его — о сокровищах в предании упоминания не было.

— А спросите его, — продолжала Нэнси, — что говорится в преданиях его племени о судьбе Мачу-Пикчу?

Но индеец не успел ответить — налетел сильный порыв ветра с дождём. Ветер подхватил и понёс палки и пончо. Панситимба прямо застонал — ему, в его возрасте, было не поймать пончо!

— Я сейчас! — крикнула Джорджи, понимая, как необходимо индейцу его пончо.

Палки, на которых оно было распялено, катились вниз по крутому склону. Подруги бросились подбирать их, пока Джорджи ловила пончо.

Ветер трепал пончо, и оно никак не давалось Джорджи в руки, но она улучила миг, подпрыгнула и поймала его в воздухе. Другие все ещё скользили по склону, собирая палки. Наконец две подобрала Нэнси, а другие две — Бесс и Карла.

Взглянув на Нэнси, Карла просто пришла в ужас:

— Ты же промокла насквозь! Надо бежать в отель, чтобы ты поскорей переоделась в сухое! А то, — Карла лукаво улыбнулась, — это уже становится привычкой — мокнуть из-за меня под дождём!

Нэнси с улыбкой отмахнулась и сказала, что если кто-то из подруг одолжит ей свой свитер, то этого будет достаточно.

— Мне хочется дослушать рассказ Панситимбы, — сказала Нэнси.

— Он может оказаться длинным, — предупредила подругу Бесс, — может быть, лучше пригласить Панситимбу к нам в отель? Кстати, ему тоже надо пообсохнуть!

Но индеец с благосклонной улыбкой отклонил приглашение, когда ему его перевели. Нэнси попросила Мапонни сказать ему, что девушки очень просят принять приглашение.

— Я бы показала ему тарелку — вдруг он увидит на ней что-то, чего мы не заметили! — настаивала Нэнси.

Мапонни перевёл, и Панситимба согласился. Все медленно зашагали в сторону отеля. Там Нэнси сразу побежала к себе, переоделась в сухое и просушила волосы. Затем юная сыщица завернула в старый свитер тарелку и понесла её вниз.

Панситимба сидел в холле, его одежда и волосы уже просохли. Нэнси попросила его продолжить рассказ.

— Вы хотите узнать, отчего погиб город Мачу-Пикчу? — задал вопрос Мапонни. Девушки закивали.

После довольно долгой беседы с Панситимбой Мапонни начал говорить:

— У племени Панситимбы существует ещё одно предание. Вскоре после того как Агилар бежал из Мачу-Пикчу, город разграбила банда испанских авантюристов, которых поддерживали индейцы, совращённые ими. То были страшные времена. Завоеватели увели всех девушек и женщин, а мужчин перебили и сбросили трупы в реку.

— Какой кошмар, — пробормотала Бесс.

— Не осталось ничего, — продолжал Мапонни. — Нет ни рисунков, ни изваяний, ни утвари, которые помогли бы составить представление о том, как некогда выглядел великолепный город.

— Я вот чего не могу понять, — сказала Нэнси, — куда девались неиспользованные камни, из которых индейцы строили свои дома и храмы?

Мапонни перевёл Панситимбе вопрос Нэнси.

Тот пожал плечами:

— Говорят, потом приходили разные люди и уносили их. Город ведь считался священным, поэтому люди, наверное, думали, что камни в их домах принесут им удачу.

Выслушав ответ, Нэнси спросила, не может ли Панситимба взглянуть на тарелку, а Мапонни попросила рассказать индейцу историю вещи.

— Может быть, Панситимба сумеет прочитать, что на ней написано?

Панситимба внимательно всматривался в головоломку…

Мапонни попросил у Нэнси листок бумаги и карандаш. Нэнси быстро достала их из сумочки. Панситимба принялся медленно, с напряжением переносить на бумагу буква за буквой написанное на тарелке. Увидев, что на бумаге появились слова «моно», «кола», «меза», девушки затаили дыхание.

Неужели сейчас будет прочитано загадочное слово на верху кроссворда, неужели…

КОНТРАБАНДИСТ

— Последнее слово — «чина»! — вскрикнула Карла.

— Что это значит? — быстро спросила Нэнси.

Карла немного растерялась, она сказала, что у этого испанского слова много значений — оно значит «китайский», «фарфоровый», «чайная посуда»…

— Оно даже может означать «галька», — растерянно добавила Карла.

— Галька;-раздумчиво повторила Нэнси, глядя куда-то вдаль, и спросила: — Возможно, нам нужно искать плоскую вершину, усыпанную галькой?

— И с обезьяньим хвостом на ней? — съехидничала Джорджи.

Все посмеялись, но скоро смолкли, сосредоточенно размышляя над тем, какой смысл должен был вложить Агилар в слово «чина». Что это — плоская вершина, на которой живут китайцы? Или это какое-то место, где производят фарфор?