Читаем без скачивания Любовь от кутюр - Ирина Масарновская

— А вы сентиментальный человек, оказывается, — сказала Юлия как бы про себя. — Вот уж не думала.

— Почему же? — искренне удивился Григорий Львович. — Я нормальный мужчина. Люблю все красивое… И красивых женщин… Никогда этого не скрывал и не скрываю.

Он помог Юлии переступить через канаву. Но она оступилась, подвернула ногу и у нее оторвалась лямка от босоножки.

— Теперь вам уж точно придется везти меня к дому, — засмеялась Юлия.

Шлепая босоножкой, Юлия вбежала в подъезд и нажала кнопку лифта своего этажа. Она решила ни за что не возвращаться к ним. Окна ее квартиры выходили на противоположную сторону, и она не могла видеть, уехала машина или нет.

Сняв с себя плащ, затем платье, Юлия принялась мыть босоножки. Вдруг в дверь позвонили.

— Кто там? — испуганно спросила Юлия.

— Юлия, это я!

Это был Алик.

— Как вы меня нашли?

— Откройте, не бойтесь. Я тогда скажу, как я вас вычислил.

Несколько секунд она стояла в нерешительности. Но чтобы не привлекать внимания соседей, решила все же открыть дверь.

— Входите! Простите, я уже разделась.

— Ну что вы! Вы и в халате выглядите прелестно!

— Давайте без комплиментов!

— Давайте. Юлия, считайте меня кем хотите. Но я не уйду до тех пор, пока вы не соберетесь. Мы отправимся в ресторан.

— А почему не в кабак?

— Я же этого не сказал. А-а, — неожиданно рассмеялся Алик.

— Вы хотите сказать, что для музыканта ресторан — кабак. Как я для вас — лабух? Так?

— Да, так.

— Благодарю за откровенность. Только, Юленька, иногда лабухи бывают классными музыкантами. Вот так!

Он попытался приблизиться к ней. Удивительно, но от этого красивого мужчины шло приятное тепло и не менее приятный аромат. Он обнял ее за плечи и сказал:

— Одевайтесь, Юлия. Я вас подожду.

— Алик, я поеду, но только с вами. Дайте мне слово, что я вовремя буду доставлена домой. Я не хочу, чтобы это сделал Григорий Львович. Он мне неприятен.

— В принципе, он хороший мужик. У него связи… Понимаете, Юлия? Он мой шеф. Я не то, чтобы от него завишу, нет… Но он мне пока нужен, — и, помолчав, добавил. — Я сделаю все так, как вы хотите. Даю слово.

Через несколько минут Юлия стояла перед ним обворожительно красивая, стройная, в черном, подчеркивающем фигуру платье. Алик был искренне поражен.

— Юлия, я вас точно и вовремя доставлю домой… Вы очаровательны.

Голубоглазый, с копной вьющихся волос, стройный, подтянутый, Алик был симпатичен Юлии.

Галантно открыв дверцу автомобиля, в котором уже почти что дремал Григорий Львович, Алик усадил Юлию на переднее сиденье, а сам сел сзади. Григорий Львович поспешил сказать комплимент:

— Вы очаровательны, девочка! Я уже было подумал, что вы оба не вернетесь, — в его голосе прозвучала обида. — Куда едем?

— В «Аэропорт»! — как можно спокойнее ответил Алик.

— Ладно. В «Аэропорт», так в «Аэропорт».

И машина, взвизгнув тормозами, рванула с места.

Некоторое время ехали молча. Первым заговорил Григорий Львович.

— Алик, хоть ты мне к друг, но я, наверное, на тебя обижусь.

— Не стоит, Григорий Львович, я — человек свободный, ну… и все такое прочее.

— Все понял, молчу.

Припарковав машину, они направились в здание ресторана, прилегающее к служебному корпусу аэропорта. Швейцар поздоровался с мужчинами за руку, а Юлии вежливо кивнул головой. Свободных столиков было немного, им хотелось сесть где-нибудь у окна. Метрдотель быстренько опрокинул табличку «Занято» и предложил столик в углу. Все чувствовали себя здесь, как дома, кроме Юлии. Она то и дело натыкалась на взгляды посетителей. Она знала, что привлекательна, красива, но что-то осуждающее было в этих взглядах. Это она точно определила. Видно, Григорий Львович водил сюда всех своих новых и не новых знакомых. Юлия чувствовала себя неуютно.

— Юлия, расслабьтесь! Шеф-повар этого заведения мой очень хороший друг. А посему — прошу, заказывайте все, что душе угодно. Я сегодня добрый!

И Григорий Львович протянул ей меню. Юлия не стала его изучать, легонько хлопнула по нему ладошкой и сказала:

— Я полагаюсь на ваш вкус, Григорий Львович.

— Спасибо, ангел. Тогда — цыплята табака, «столичный» салат, коньяк, семгу, лимон.

— Согласна. А вы, Алик? — она ласково улыбнулась.

— Я тоже согласен.

Алик проводил Юлию домой. К ее удивлению, он не стал проситься «зайти в гости», вежливо поцеловал ей руку и только спросил номер телефона.

На следующий день Алик позвонил ей.

— Доброе утро!

— Доброе утро!

— Как вы себя чувствуете?

— Спасибо, превосходно!

— Юлия, а не махнуть ли нам в кино?

— А что будем смотреть?

— У меня есть газета, сейчас изучу. Так… кинотеатр «Мир» — «Разиня». С Луи де Фюнесом. Пошли?

— Это же старый фильм!

— Но зато какой!

— Ладно, уговорил! — она неожиданно для себя назвала его на «ты».

— Значит, Юлия, через пятнадцать минут я за тобой заеду.

Фильм доставил им колоссальное удовольствие, хоть оба видели его не впервые. Затем, взявшись за руки, они долго бродили по городу, покупая во всех попадающихся на путь лотках мороженое.

Простившись у подъезда, Алик пообещал позвонить ей после работы. Сегодня у Юлии был не очень загруженный день. Просто надо было дождаться возвращения с дачи родственников. Они забыли ключи, поэтому Юля была привязана к дому.

Она приняла душ, набросила на себя тонкий махровый халатик и улеглась на диван. Просмотрела газеты, журналы… Мысли, как снежинки в пургу, плясали в голове. «Нужна работа. Может, скоро решится вопрос с жильем. Только бы дяде не отказали в квартире! Алик… Алик…»

Кажется, она влюбилась.

Так продолжалось около месяца. Когда Алик поинтересовался, чем Юлия занимается, то был изумлен, что она без работы.

— А что бы ты хотела делать?

— Хочу быть моделью, не манекенщицей, а моделью.

— Хорошо, Юленька, но для того, чтобы это осуществилось, надо поговорить с Григорием Львовичем.

— А тебе это удобно?

— Нет, не очень, но я хочу тебе помочь. Ты мне нравишься. Даже, наверное, больше, чем нравишься.

Через неделю Юлия была приглашена на художественный совет Дома моделей. Она произвела самое наилучшее впечатление на высокую комиссию. А затем она была представлена женщине с сантиметром, висящим на шее.

Тщательно сопоставив ее размеры с какой-то таблицей, женщина радостно захлопала в ладоши.

— У вас, девушка, идеальные параметры! Такое бывает не часто.

Юлия удивленно вскинула брови.

— У меня был случай, — продолжала женщина, — я встретила на улице очень красивую девушку. Ну просто — картинка: статная, высокая, копна роскошных русых волос. Я уговорила ее прийти для отбора. Она пришла. И вы знаете… — как вас зовут?

— Юлия.

— И вы знаете, Юлия, когда я ее обмеряла, со мной чуть не случился инфаркт. Все прекрасно, но… Правое плечо ниже левого на три сантиметра. А это уже брак. На нее нельзя шить. Я чуть не плакала от огорчения. Она была так красива, что моя фантазия тут же выдала мне около сотни вариантов одежды. Я кое-что успела зарисовать. Теперь у меня есть вы. Я очень рада. Да, простите, я не сказала, как меня зовут.

И она по-мужски протянула Юлии руку:

— Марианна Васильевна.

— Юлия! — и она засветилась от радости.

Алик ожидал Юлию на скамейке, на которой она когда-то сидела от нечего делать. Здесь она познакомилась с Григорием Львовичем, а затем и с Аликом.

— Ну, как дела?

— Прекрасно! Завтра надо идти оформляться.

— Ну, поздравляю! Это надо отметить!

Поднявшись по крутой лестнице мимо проектно-архитектурного института, они зашли в «Потсдам», выпили шампанского за удачу.

Юлия с удовольствием бегала на работу. Ей нравились примерки, занятия по хореографии, гимнастике, отработке профессиональной походки. Времени для личной жизни оставалось немного. Свидания с Аликом были мимолетными.

Наконец наступил час выхода Юлии на подиум. Вечернее шифоновое платье Марианна Васильевна сделала безукоризненно. Выход Юлии был тщательно продуман. Разноцветное световое оформление, лирическая музыка и тончайший макияж — все вместе создавало картину необычайной, утонченной красоты и изысканности. Немногочисленные зрители этого костюмированного представления буквально взорвались аплодисментами, увидев выходящую из-за выгородки Юлию. Она же от этого стала еще красивее. Мягкая доброжелательная улыбка не сходила с ее лица Юлия поняла, что нравится зрителям. Ее распирало от счастья: наконец, сбылось!

Но счастье ее длилось недолго. Девушки, с которыми она вместе работала, не соизволили даже поздравить ее с «крещением». Отработав все выходы, демонстративно молча собрав свои вещи, они покинули закулисное помещение, даже не попрощавшись с ней.