— Подожди, — Дина тоже повысила голос, — он не хотел тебя обидеть.
Мэнди, теребя сумочку, повернулась к Джорджу:
— Ты оттого такой желчный, что ты извращенец, и вообще завидуешь мне. — Она буквально выплевывала слова ему в лицо.
— Чему это я завидую? — саркастически уточнил Джордж.
— Тому, что я знаю, кого хочу. А ты не знаешь, вот и завидуешь. — С этими словами Мэнди направилась к выходу.
Пришлось пройти довольно долго, прежде чем удалось поймать такси. Дождь лил как из ведра, и Мэнди даже не пыталась от него укрыться. Домой она добралась промокшей до нитки, разбитой и донельзя расстроенной. Она даже не рассказала друзьям о предстоящей поездке в Лос-Анджелес — разговор весь вечер вертелся вокруг Джейка. Она взглянула на телефон. Одно новое сообщение. «Ну, слава богу», — вздохнула Мэнди.
«Прости, я вел себя как идиот. Люблю тебя. Джордж.»
С колотящимся сердцем Мэнди улеглась на подушку и натянула одеяло до самого подбородка. Постельное белье хранило запах Джейка. Сердце у Мэнди ныло. Ей очень хотелось завернуться с головой в одеяло и пролежать так всю ночь, но какая-то часть ее требовала сменить простыни и принять душ, чтобы доказать, что она сильнее, что он ей вовсе не так уж нужен. В конце концов она все же отправилась в душ и яростно терлась мочалкой, смывая с себя всякое воспоминание о Джейке. Застелив свежие простыни, она сбрызнула их «Chanel № 5». Мэнди плакала, пока не уснула, укоряя себя за то, что позволила растоптать свое сердце. Нет ему прощения за то, что он не написал и не оставил сообщение на автоответчике, а самой ей нет прощения за то, что она стала тем, чем стала, — любовницей.
6
Все смешалось
Откидная крыша автомобиля была убрана. Мэнди откинула голову назад и рассмеялась. Она вся укуталась в плед, спасаясь от холодного ветра. Роскошный «Aston Martin» стремительно мчался по шоссе. Мэнди посмотрела на Джейка — тот вел машину и во все горло подпевал Фрэнку Синатре: «I’ve got you under my skin». Фальшивил он при этом невероятно. Ни в одну ноту не попал.
— Бог ты мой! — взмолилась Мэнди. — Можно, я сделаю Фрэнка погромче, а то это просто жуть какая-то!
— Ничего ты не понимаешь, — хихикнул Джейк. — Это я научил его петь!
— Так ведь он уже давно умер! — не осталась в долгу Мэнди.
— Ну ладно, умница, убедила. — Джейк улыбнулся. Он обожал в шутку препираться с Мэнди.
Все складывалось просто чудесно. До Рождества оставалось три дня, а предыдущие несколько недель были самыми счастливыми в жизни Мэнди и Джейка. Они все время были чем-то заняты, и это было великолепно. Вечерами они с наслаждением бродили по магазинам. Все покупки: от забавных елочных игрушек до маленьких черных платьев — они относили в маленькую квартирку Мэнди. Они слегка выпили, пока украшали рождественскую елку, и все кончилось страстными объятиями прямо на полу под елкой. Поначалу они хотели там и продолжить, но осыпавшиеся иголки жутко кололись и все время попадали, куда не надо.
Джейк внезапно застыл и поморщился от боли. Мэнди придвинулась ближе, но он опять скривился.
— Пожалуйста, не трогай, — пробормотал он. Лицо у него страдальчески исказилось, он прикрыл низ живота руками, хватая ртом воздух.
— Да что с тобой такое, Джейк?
Говорить Джейк не мог, он даже дышал с трудом. Вид у бедняги был такой, словно он вот-вот умрет. Мэнди вскочила, отряхнула прилипшие к коже иголки, быстро влезла в узкие джинсы и полосатую водолазку. Наскоро зашнуровав высокие ботинки, она попыталась поднять Джейка на ноги и натянуть на него спущенные джинсы. Он стонал, и было видно, что ему невыносимо больно. Мэнди не на шутку перепугалась. Справившись с его джинсами, она взялась за молнию.
— Нет!!! — завопил он в ужасе.
Мэнди кое-как усадила его в машину и помчалась в травматологический центр на Уимпол-стрит — у нее там был знакомый врач, доктор Доукин, который буквально творил чудеса. За соответствующее вознаграждение, разумеется. Мэнди буквально на себе втащила едва переставлявшего ноги Джейка в здание центра. Тот не мог даже сесть.
Пришедший через некоторое время доктор пригласил в кабинет посеревшего от боли Джейка:
— Похоже, придется принять вас без очереди.
Он опустился на колени, чтобы осмотреть беднягу Джейка — тот все еще не мог сидеть из-за острой боли. Врач ощупал его пенис, отвел его влево, потом вправо, а потом резко хлопнул по нему. У Джейка на глазах выступили слезы.
— Что со мной такое, доктор? Что бы это ни было, вылечите меня, пожалуйста, а то я прямо здесь и умру.
Доктор взял медицинские инструменты и быстро что-то вытащил.
— Похоже, кто-то тут слишком любит Рождество, — хихикнул он. — Это всего лишь еловая иголка. Она попала в отверстие мочеиспускательного канала… — Врач посерьезнел. — Неудивительно, что вам было так больно.
Джейк смутился.
— Ранка от иголки осталась, прямо скажем, немаленькая. Не думаю, что ее придется зашивать, но во избежание инфекции необходимо содержать поврежденный участок в чистоте.
— Ну конечно! — пробормотал Джейк. — Я всегда мою его с мылом «Imperial Leather».
Тут Мэнди не выдержала и расхохоталась во весь голос. Ситуация была довольно пикантная. Доктор Доукин был настолько любезен, что не обратил внимания на ее нервный смех.
— Вполне достаточно и просто теплой воды. — В голосе врача звучали нотки сочувствия. — Аккуратно мойте его — и не успеете оглянуться, как опять будете в форме.
* * *
Сейчас в лицо Мэнди дул морозный ветер. Она улыбнулась при воспоминании о том случае и покосилась на ширинку Джейка. Их автомобиль сворачивал на тихую, живописную проселочную дорогу.
— Ну, как там поживает твой мальчик? — шаловливо прошептала она ему на ухо. — Может, мне его поцеловать, чтобы он повеселел?
Джейк широко улыбнулся.
— Ну, ты же знаешь, что поцелуи всегда идут ему на пользу, — сказал он со всей возможной серьезностью.
Мэнди расстегнула ему ширинку и перешла от слов к делу. Ловя ртом воздух и стараясь ни во что не врезаться, Джейк припарковался на проселочной дороге возле живой изгороди, подальше от чужих глаз.
Он уперся ногами в пол, поднимая бедра повыше. Мэнди взглянула на него снизу вверх. Глаза у нее сияли. Она в жизни не получала такого удовольствия, доставляя наслаждение мужчине, и ей не надоедало. Ей так хотелось завладеть им безраздельно, и в минуты близости она чувствовала, что он полностью в ее власти.
Спустя какое-то время Джейк со вздохом закусил губу.
— Ты сумасшедшая! И я тебя за это обожаю! — Он улыбнулся, потряс головой и оглядел пустынную дорогу. — Тебе ведь все по барабану, да?
