Я скорее убью каждого Галло, чем позволю вам нас потопить.
– Рад, что мы понимаем друг друга, – говорит Данте.
Он разворачивается и тяжелой походкой уходит прочь. Я отправляюсь за выпивкой.
За прошедшую неделю я насмотрелся на Галло до конца жизни. А мы только начали «близкие» отношения.
Данте может взять свою братскую заботу и засунуть себе в задницу.
Думает, у Аиды ранимая душа?
Что-то сомневаюсь.
Она животное, такое же, как ее братья.
И это значит, что ее нужно сломать.
Оливер не смог приструнить Аиду – она просто кинула его. Выставила при всех дураком. Что ж, со мной этот номер не пройдет. Если Аида скала, тогда я чертов океан. Я буду биться об нее снова и снова, обтачивая раз за разом. Пока не сломаю и не поглочу целиком.
Аида
Следующая неделя проходит в идиотских предсвадебных хлопотах. Большинством из них руководит Имоджен Гриффин, потому что Гриффины помешаны на контроле, а моей семье глубоко насрать на то, как будет проходить эта свадьба. Тем не менее Имоджен согласовывает со мной план рассадки, цветы и меню, словно мне на это не плевать.
Проводить время с семьей Кэллама довольно странно. Меня не покидает чувство, что они вот-вот набросятся на меня, стоит нам остаться наедине. Тем не менее мы все играем в эту игру, в которой они притворяются, что это все правда, а я отыгрываю роль взволнованной невесты и их будущей родственницы.
Я никак не могу раскусить Имоджен. Внешне она кажется типичной состоятельной светской львицей – блондинка с идеальной укладкой и гладкой речью. Но по ней видно, что она умна, и, подозреваю, гораздо больше вовлечена в семейное дело, чем кажется на первый взгляд.
Свадьба будет небольшой, так как организована на скорую руку. Тем не менее моя будущая свекровь настаивает на том, что мне нужно настоящее платье. Поэтому я в свадебном салоне, примеряю наряды в компании Нессы, Рионы и Имоджен.
Мне некого пригласить со своей стороны – впрочем, не то чтобы я хотела задействовать кого-то еще в этом фарсе.
Несса взволнована больше всех – тащит платье за платьем мне на примерку, а затем хлопает в ладоши и пищит над каждым из них. Это все сплошные зефирные платья и бальные наряды, словно сошедшие с экрана мультфильма. Половину времени я путаюсь в тафте, а Несса расправляет многочисленные складки и застегивает молнии.
Хоть я и ненавижу каждое из этих платьев, не могу перестать смеяться от ее заразительной энергии. Несса такая милая со своими большими карими глазами и румяными щечками.
– Почему бы тебе тоже не примерить? – предлагаю я.
– Ой, нет, – мотает она головой и заливается краской так, что не видно веснушек. – Я не могу.
– Почему нет? Их тут миллион. Дело пойдет быстрее, если ты мне поможешь.
– Ну…
Я вижу, что Несса умирает от желания примерить платья. Я сую ей самое воздушное из них.
– Ну же, давай посмотрим.
Девушка отправляется переодеваться. Смиренно вздыхая, я натягиваю платье номер шестьдесят семь. Оно весит около ста фунтов, а шлейф у него длиннее, чем у принцессы Дианы.
Несса выходит. Она выглядит, как и полагается настоящей балерине, – тонкая шея возвышается над лифом, юбка пышная как пачка.
– Что думаешь? – спрашивает девушка, кружась на подиуме. Теперь она похожа на одну из тех балерин из музыкальной шкатулки.
– Думаю, что это ты должна выходить замуж, – отвечаю я. – Тебе оно идет гораздо больше.
Я протягиваю ей руки, чтобы мы покружились вместе. Наши юбки такие огромные, что нам приходится наклоняться вперед и тянуться изо всех сил, чтобы хотя бы дотронуться друг до друга, и в итоге Несса падает с подиума, приземляясь невредимой на пышный шлейф собственной юбки. Мы обе хохочем.
Риона наблюдает за нами без улыбки.
– Поторопитесь, – резко говорит она. – Я не могу потратить на это весь день.
– Тогда бери любое, – огрызаюсь я в ответ. – Мне насрать, в каком платье я буду.
– Это твое свадебное платье, – говорит Имоджен своим тихим спокойным голосом. – Оно должно отзываться в тебе. Ты должна чувствовать его. И тогда однажды ты передашь его своей дочери.
У меня сжимается желудок. Она говорит о какой-то вымышленной дочери, которую я должна родить от Кэллама Гриффина. Мысль о том, что я буду расхаживать, беременная его ребенком, вызывает у меня желание сорвать эту юбку и выбежать из магазина. Это место набито таким количеством белоснежной тафты, бисера, блесток и кружев, что я едва могу дышать.
– Мне действительно плевать, – говорю я Имоджен. – Я не разбираюсь в платьях. Да и вообще в одежде.
– Это видно, – с сарказмом отмечает Риона.
– Ну да, – огрызаюсь я, – я же не одеваюсь как корпоративная Барби. Как это, кстати, работает? Твой папа разрешает тебе делать записи на заседаниях, или ты сидишь там просто для красоты?
Лицо Рионы пылает так же ярко, как ее волосы. Имоджен вмешивается прежде, чем она успевает ответить.
– Может, тебе понравится что-то более простое, Аида.
Имоджен дает знак ассистентке и называет несколько платьев по номеру и имени дизайнера. Она явно готовилась перед приходом. Мне плевать, что мамаша Кэллама там выбрала – я просто хочу, чтобы это все скорее закончилось. В жизни не застегивала столько молний.
Не знаю, что случилось с платьем моей матери. Но знаю, как оно выглядело – у меня есть фото со свадьбы родителей. Она сидит в гондоле в Венеции, прямо на носу лодки, длинный кружевной шлейф разложен по носу, почти касаясь бледно-зеленой воды. Она смотрит прямо в камеру, гордая и элегантная.
Кстати, одно из платьев, которое выбрала Имоджен чем-то похоже на платье моей матери – рукава-бабочки, ниспадающие с плеч, облегающий лиф с вырезом сердечком, кружево под старину и без лишней пышности. Простые, плавные линии.
– Мне нравится это, – с сомнением говорю я.
– Да, – соглашается Имоджен. – Такой кремовый оттенок тебе идет.
– Ты выглядишь ПОТРЯСАЮЩЕ, – говорит Несса.
Даже Риона не находит, что бы такого гадкого сказать. Она просто вздергивает подбородок и кивает.
– Тогда давайте заворачивать, – говорю я.
Ассистентка забирает платье, сетуя, что у нас нет времени переделать его до свадьбы.
– Оно отлично сидит, – уверяю ее я.
– Да, но стоило бы немного ушить бюст…
– Неважно, – говорю я, вручая ей платье. – Меня вполне все устраивает.
– Я договорилась, чтобы тебе сделали прическу и макияж с утра в день свадьбы, – сообщает мне Имоджен.
Кажется, суеты вокруг всего этого чуть больше, чем требуется, но я заставляю себя улыбнуться и кивнуть. Нет повода
