«Агапи, мне страшно! Я не понимаю, что происходит, боюсь за керсов — они такие беззащитные, боюсь за кладки. Ответь, нам действительно ничего не угрожает?»
«Зуб даю!» — вырвалось у меня.
«Что ты даешь?! Зуб?! А зачем мне твой зуб?!»
Пришлось рассказывать, откуда в моём мире появилась эта фраза. Правда, о тюрьмах и уголовниках я упоминать не стала, боясь, что мои объяснения затянутся до утра. Но то, что в некоторых слоях общества это выражение — сродни гарантии честного слова, объяснила, удивляясь сама себе: с чего такое ляпнула? Но слово не воробей, вылетит — не поймаешь.
«У тебя интересная жизнь. Ты знакома с разными людьми, жила в другом мире. А я нигде не была. Даже то, как было раньше, плохо помню», — поделилась эмоциями королева.
«Знаешь, Лиза, у меня есть подруга. Она Разумное Древо…»
«Как это — дерево с разумом?!»
«Есть во Вселенной планета, на которой произрастают Разумные Древа. Удивительная раса древовидных учёных. Странное развитие цивилизации, но так случилось. Они способны собирать информацию из космоса, систематизировать и анализировать её, на основе этого рассчитывать и производить опыты. Они придумали отправить свои семена во Вселенную, чтобы так расселиться. Для того чтобы молодые Древа могли помогать населению тех планет, где они смогут укорениться. Так моя подруга попала в другой мир. Там мы встретились. И очень подружились. Однажды я посочувствовала ей, что, имея такой пытливый разум, ей приходится находиться на одном месте. На что она мне ответила: зато у меня есть время для моих исследований».
«Но я же не учёная!» — не приняла доводы Лиза.
«Зато у тебя есть миссия. Ты, как первая королева, можешь возродить планету к жизни. Сделать её еще более разнообразной растениями и чоттами».
«Ты думаешь, я смогу так же, как она, возродить мир к жизни?» — недоверчиво переспросила царица.
«Конечно сможешь! Не забывай, что тебе обещали помощь, значит, ты сможешь сделать быстрее и больше».
Успокаивая и развлекая королеву, я наблюдала за происходящим. После задержания ректора Инк отдал короткий приказ в нарукавный переговорник и, дожидаясь исполнения, подошёл к деду. Не обладая тонким слухом стража и постоянно отвлекаясь на общение с Лизой, я не слышала, о чем говорили мужчины, но видела, как недовольно нахмурился дед и как он несколько раз отрицательно покачал головой на очередные доводы инспектора.
«Как ты думаешь, с чего мне начать?» — вернула меня к теме разговора Лиза.
«Наверное, надо подобрать растения, которые следует высадить в первую очередь», — предложила я.
Но тут распахнулись двери, через которые керсы вывозили меня и одурманенных потерпевших, и к нам ввалился боевой отряд. На голове шлемы, лица закрыты забралами из непрозрачного пластика, бронированные комбинезоны. Моя собеседница заволновалась и начала было трансформироваться в оборонительную форму, напугавшую меня вчера, но я подошла к ней вплотную и стала успокаивать. Погладила по лапке, сделав шаг, дотянулась до брюшка и тоже погладила:
«Моя королева, они не опасны. Мы здесь все за вас, за керсов и ваши кладки. Вам не о чем беспокоиться».
Лиза трещала что-то непонятное, забыв о том, что владеет менталом. Из прохода выскочили керсы и бросились к своей жене.
«Уголь, послушай!» — позвала я своего приятеля.
Чёрненький остановился и повел головой в мою сторону.
«Новые люди испугали Елизавету. Ты же встречался уже с ними и знаешь, что они не опасны. Успокой королеву!»
«Да», — ответил керс и метнулся к Лизе, что-то чирикая на ходу.
Я, выбравшись из толпы чоттов, издали наблюдала, как керсы трогали королеву усиками, терлись об её крылышки и как она, привстав на задние лапки, обнимала их всех передними. Нежность и забота, проявленная в каждом движении, напомнила мне водяника Нила и его дочку Масяню. Вот так же сидели они на берегу и без лишних слов демонстрировали свою любовь друг к другу.
— Вот бы Ол'лию сюда, чтобы поучилась нежности, — прошептал подошедший дед.
— Думаю, они без нас разберутся, — так же тихо ответила я, имея в виду Рактия и его будущую жену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Туристка, мы уходим, — как всегда неслышно, подошел архимаг. — Пора окончательно решить вопросы в Совете и сдать Матами. Тес'шас идёт с нами.
— Только не говори, что я здесь за главную остаюсь.
— Спаси меня Вселенная от такого решения! Но хотел тебя попросить: постарайся, пока нас не будет, никуда не вляпаться.
— Постараюсь. Сейчас с Лизой попрощаюсь, потом пойду ужинать и отдыхать.
Он махнул рукой бойцам, держащим на весу сеть с пленённым ректором, и пошёл к выходу. Дед чмокнул меня в висок, наказал беречь себя и поспешил следом.
«Почему ты его не возьмёшь керсом? Он так к тебе светится», — дотронулась лапкой до моего плеча королева.
«Кого керсом? Тес'шаса?!»
«Другого. Инк, да? Он к тебе светится. Тес'шас тоже светится, но по-другому».
«Не понимаю. Как это?»
«Не знаю, как рассказать. Могу видеть так, — и у меня в сознании появилась бесцветное, размытое изображение меня самой. Как видео, снятое на плохую камеру наблюдения. — И так могу тоже».
Я даже пошатнулась от цветового удара, который получило моё сознание. Картинка была яркой и чёткой. Человечек, в котором опознала себя, переливался радужными цветами. Преобладали сине-зелёные оттенки, но вот вспыхнул жёлтый, который изменился в оранжевый, но скоро опять стал зелёным и синим. Как я поняла, холодные цвета — это спокойствие, а теплые — волнение.
«Елизавета, ты видишь эмоции!» — восхитилась я.
«Да. Тес'шас к тебе вот такой, — дед светился желтым цветом, в котором искрился оранжевый и изредка красный. — Инк вот такой».
Оранжевый, в котором фейерверком непрерывно вспыхивал красный, алый, малиновый и пурпурный. В таких эмоциях и сгореть недолго! Может, Инк сам по себе такой, а не ко мне пылает. Словно услышав мои мысли, Лиза переключила картинку.
«Это он с Тес'шасом разговаривал, — внутри абриса человечка преобладал сине-зелёный фон, по которому изредка метались фиолетово-жёлтые молнии. — Видишь разницу?»
«Вижу, — вздохнула я. — И что мне теперь с этим делать?»
«Не всегда надо что-то делать. Иногда надо просто подождать, и всё само сложится. Так учила меня старая королева».
Из прохода, который вёл в пещеры, высунулся Уголь и что-то прощебетал.
«Говорит, что пора отдыхать».
«Он прав. Я тоже пойду».
«Постой, Уголь отвезёт тебя. Ты же устала. Я вижу».
Она что-то чирикнула керсу, и тот мигом оказался рядом со мной. Я подошла к королеве и погладила по протянутой ко мне лапке. Похоже, чоттам очень нравится прикасаться к тому, что нравится, и они любят, когда их гладят.
«Спокойной ночи, ваше величество!»
«Хорошего отдыха, Агапи!»
И вдруг я вспомнила, о чём хотела давно уже спросить королеву:
«Лиза, мне снились сны. До того, как мы встретились, я видела тебя в гневе и ты кричала: "Убейте их!" Но прошлую ночь я спала спокойно. Ты не знаешь, что это было?»
«Мне тоже были эти видения. Ты видела не меня. Это было последнее послание старой королевы. Она просила своих керсов убить дезинсекторов, чтобы защитить последнюю кладку. Но мы не способны к убийству. И они все погибли».
Лиза подхватила меня лапками за талию и аккуратно опустила на спину Уголька. Тот сорвался с места, как болид на гонках Формулы-1, а я едва удержалась на шершавой поверхности хитина.
«Милый Уголь, ты мог бы немного медленнее бежать?»
«Да», — ответило моё транспортное средство, но хода не сбавило.
«Ты боишься надолго оставлять королеву?»
«Да».
«Можешь не переживать. Она светится к тебе».
«Знаю».
«Тогда зачем так спешишь?»
«Скучаю».
«Зайка ты мой ласковый!» — погладила я керса по загривку.
«Зайка — это кто?»
«В моём мире живёт небольшой пушистый зверёк. И ласковое название для тех, к кому относишься с нежностью. То есть светишься».
«Лизу могу зайкой назвать?»
