крепостная актриса.
— Тебе надо будет отрастить длинные волосы, как у Ленского, — посоветовал Григорий.
— Нельзя. Солдаты первого года службы должны стричься наголо.
— Это верно, — согласился Григорий.
Ада посмотрела на часы:
— Пора готовить ужин. А что касается прически, то хоть ты, Григорий, и полковник, командовать буду я. Он будет носить такую прическу, какую сочтет нужной. А пока, Борис, я привезла тебе спортивный костюм. Он у тебя в комнате. Иди переоденься.
Я отправился в отведенную мне комнату. На кровати лежал спортивный костюм, на полу стояли кеды. Когда я вернулся на веранду, там собралась вся компания. Кубик нес какую-то чушь о пользе витаминов.
На веранду вбежала Лимона:
— Художник там… На втором этаже. Его убили.
Этот маленький человечек в нелепом белом костюме лежал на спине. Кровавое пятно расплылось у него на груди. Кто-то ударил его ножом.
— Это должен быть очень маленький и острый нож, — авторитетно объяснил Григорий.
Оскар Уайльд кончился, начался Шекспир. Теперь самое главное — не оказаться тенью отца Гамлета.
Глава четвертая
Убийство номер два
27. Солдатские будни
Свидетель Борис Аристов, актер
Художника убили шпагой, прямо в сердце.
После ужина он спустился в подвал, где хранились картины. Потом вышел из подвала, и на лестнице его убили.
Кубик бегал по вилле, Григорий спокойно сидел в кресле на веранде.
— Как вы думаете, — спросил я, — кто мог его убить?
— Кто-то из гостей. Или кто-нибудь опять прошел сквозь стены. В этом доме такое случается.
— Но все гости были на виду.
— Значит, кто-то из них раздвоился. У тебя в пьесах такое бывало?
— Нет.
— Вот видишь! Жизнь, она сложнее, чем театр.
Я с ним согласился.
На следующий день все гости, кроме меня, разъехались. Снова приезжал Кубик, ходил по комнатам. Брал у Ады ключ и долго ходил по подвалу. Приезжали еще люди, говорили со мной, ходили по вилле.
Ада подолгу отсутствовала, и я коротал дни один на пляже. Обязанностей у меня не было никаких, кроме заданий, которые я получил от Дины и с выполнением которых я связывал свое освобождение. Второе задание я выполнил сразу. Я раздобыл лестницу и измерил интересующее Дину расстояние. С первым заданием оказалось труднее. Найти сейф художника на вилле я не смог и предположил, что он где-нибудь в подвале.
Ада дала мне ключ, и я спустился в подвал. Картины, наброски, рисунки на бумаге, старая утварь. Сейфа там не было.
— Ну как, интересно? — спросила Ада.
— Наверное, для специалиста интересно, а для меня не очень.
— Там полный беспорядок. Я надеялась, что художник поможет разобраться. Но так все получилось…
Через два дня приехали Вильма и Леонард.
— Ты уже был в подвале? — заговорщически спросил меня Леонард.
— Был, там ничего интересного.
— А мне Лимона рассказывала, там есть очень любопытные картины. Очень любопытные. Пойдем посмотрим.
Я взял у Ады ключ, и мы спустились в подвал.
— Лимона мне объяснила, как их найти.
Он провел меня между картинами:
— Здесь!
Рисунки голых женщин маслом, акварелью, карандашом. Леонард был в восторге:
— Как тебе эта блондинка? А у этой талия! Посмотри, какая талия!
Я вежливо кивал головой.
За столом Вильма сказала Аде:
— Не пускай их в подвал. Там отвратительные картины.
— Ты имеешь в виду голые натуры?
— Порнография.
Мы с Леонардом начали было протестовать, и Ада нас поддержала:
— Это очень хорошо, что им нравятся художественно написанные обнаженные тела.
* * *
Однажды вечером я стоял на веранде и смотрел на море. Подошла Ада.
— Ты плохо выглядишь, Борис.
Вероятно, я действительно плохо выглядел.
— Выгляжу я плохо, потому что меня мучает вопрос.
— Какой вопрос?
— Вечный. Быть или не быть?
— Быть, Борис. Конечно, быть.
— Я согласен, быть. Но с документами.
— Я звонила Морковко, справлялась о твоих документах.
— Почему Морковко?
— Он начальник банно-прачечного комбината, командует всеми банями… Скорее всего, твои документы пропали.
— Может быть, попросить его поискать еще?
— Попросить Морковку? Да нет. Лучше от Морковки подальше.
— Это верно, — согласился я. — Злоупотреблять морковкой не стоит. Когда я проходил воинские сборы, нам давали на обед по полморковки. Устав гарнизонной службы предписывает обязательное включение морковки в солдатский рацион. Однако злоупотребление морковкой может привести к изменению пигментации кожи, кожа становится цвета морковки. Причем, изменение пигментации начинается с задницы. Представляете, все тело белое, а задница морковного цвета. В баню стыдно пойти.
— Я не хожу в баню.
— А в «Ночную фею»? Там хороший бассейн. Я там был. Познакомился с одной дамой со странным именем Миранда.
— Миранда? Рыжая?
— Рыжая.
— Ты просто притягиваешь неприятности. Она — жена Морковки, а он очень ревнивый. Ходили слухи, что он из-за ревности даже убил кого-то…
Появилась Лимона:
— Ужинать будете на веранде?
— На веранде, — ответила Ада.
В строгом сером платье с белым воротником Лимона была похожа на служанок из пьес про девятнадцатый век. Я ее спросил:
— Ты служанок играла?
— Играла. У меня много было ролей. Иногда в одной пьесе было по две-три роли. А в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» даже четыре: ведьма, подруга Оксаны, торговка на ярмарке и «кушать подано».
Она удалилась, а я не мог сообразить, кто в украинской деревне мог говорить «кушать подано», и ограничился замечанием:
— Будем надеяться, что здесь она «кушать подано», а не подпольная ведьма.
Ада рассмеялась:
— Подпольная ведьма? Может быть. Она с Украины, а на украинку совершенно не похожа. Черты ее лица характерны для жителей северных стран. Открой энциклопедию и посмотри на фотографии людей из страны, откуда приехал Леонард, и ты поймешь, что я права.
— Заинтересовала. Завтра посмотрю энциклопедию.
Ада вернулась к моим солдатским будням:
— И что еще, кроме полморковки в день, рекомендует твой устав?
— Не рекомендует, а предписывает.
— Что еще он предписывает?
— Рядовому составу срочной службы положено трехразовое горячее питание.
— Будет тебе по утрам яичница с ветчиной. Договорились?
— Договорились. Теперь я — ваш и душой, и телом.
— А в отношении тела торопишься.
28. Подпольная ведьма
На следующее утро я поднялся в библиотеку, взял энциклопедию, нашел статью о стране, откуда приехал Леонард, и сразу же наткнулся на фотографию королевы. К моему великому изумлению, она оказалась похожей на Лимону.
Через полчаса в кабинете появилась Лимона с метлой. Я посмотрел на нее, потом на фотографию королевы. Действительно, похожи. Если на Лимону надеть корону, а королеве дать метлу, не отличишь.
Я подозвал Лимону, показал ей страницу из энциклопедии:
— Посмотри на эту даму. Это королева.
— Ну и что?
— Ты знаешь, что ты
