— Иди. Мы сразу на площадку пойдем, займем столик. Так что потом веди его туда.
— Хорошо, спасибо.
Я еще раз бросаю контрольный взгляд в зеркало, отмечая, как аккуратно легли волосы, как красиво оттеняет цвет кожи тональный крем. Кажется, я добилась совершенства. Брызгаю капельку духов на запястье и быстрым шагом выхожу из номера. Спускаюсь вниз, на улицу. Оглядываюсь и пытаюсь вспомнить, откуда мы заходили, где тут центральный вход. Солнце уже зашло, а в сумерках при свете уличных фонарей парк выглядит совсем иначе. Извилистые дорожки среди клумб цветов ведут куда-то вправо и теряются в тени деревьев.
— Катя? — Чертыхаюсь про себя.
Словно джинн из лампы, на моем пути внезапно появляется Стас. Я знала, что встречу его сегодня, знала, что Горов, скорее всего, не оставит меня в покое, но не думала, что так скоро: стоило только выйти из номера — и вот он.
— Здравствуй, Стас. — Пытаюсь казаться спокойной, хотя сердце уже пустилось вскачь.
— Рад тебя видеть. Отдыхаешь?
Отдыхала. Пока ты не появился.
— Не заметно?
— Как твои дела? Как работа? — пропускает мимо ушей мой язвительный тон.
В сумраке аллеи его глаза кажутся черными, а тихий голос с приятной хрипотцой проникает под кожу, запуская там необратимые процессы.
— Все замечательно, спасибо, — пытаюсь не поддаваться его обаянию.
— Ты подумала над моим предложением?
— Над каким? — Мозги отказываются ясно работать, когда рядом этот мужчина.
— Сменить род деятельности. Уволиться с должности официантки и устроиться по профессии.
Горов стоит напротив меня, загораживая собой тропинку. Взгляд сам собой скользит по его фигуре. Расслабленная поза, руки в карманах брюк.
Помню, как я восхищалась его широкими плечами и крепким торсом. Как обнимала за эту мощную шею, целуя в ушко и нашептывая, как сильно его хочу. Льнула к нему, как кошка, лохматила короткие темные волосы, дышала его запахом.
Боже, боже, боже, дай мне сил! Дай мне выдержки и терпения.
— Я вроде бы ответила сразу. Мне не нужна твоя помощь.
— Катя, послушай…
— Нет, это ты меня послушай! У меня давно своя жизнь. У тебя — своя. И я не желаю больше, чтобы наши пути пересекались. Мне не нужна твоя забота, помощь и прочее. Мне. Не. Надо. Это понятно?!
Выходит убедительно. Стас шумно выдыхает, опуская голову, а я мысленно радуюсь счету один-ноль в мою пользу.
Правда, так же быстро все порчу:
— Перенаправь свою благотворительность на того, кто в ней действительно нуждается. Брюнетке своей помоги, — вылетает само собой.
Прикусываю язык, но уже поздно. Горов с ухмылкой выгибает бровь.
Да что ж я за дура?!
— Ревнуешь?
Вздергиваю подбородок, собираясь его обойти, когда слышу:
— Подожди. А о сыне ты подумала?
От упоминания о Ромке меня ведет. В темноте я не замечаю трещину в тротуарной плитке, куда точным движением и попадаю шпилькой. Теряю равновесие, неловко взмахиваю руками, но упасть не успеваю: Стас хватает меня за руку, дергая на себя. Я снова оказываюсь в его объятиях, в тесном кольце сильных рук. Почти как в прошлый раз в клубе, на лестнице. Только сейчас я не обслуживающий персонал и вокруг слишком романтическая атмосфера. Летние сумерки, шум крон деревьев, доносящиеся звуки музыки с площадки, аромат свежескошенной травы, тепло мужского тела. И запах дурманящего парфюма. Кедр и сандал. Настолько вкусный, что я не удерживаюсь, вдыхаю его полной грудью, всего разок, чувствуя себя воровкой и законченной дурой.
В голове снова каша, мысли ушли водить пьяные хороводы. Я плавлюсь, как желе, рядом со Стасом и ничего не могу с этим поделать. Это сильнее меня.
Не встречая сопротивления, руки Горова крепче сжимаются на моей талии. Он не стесняясь чертит носом по моей шее, касается кожи губами, ласкает. Мурашки бегут по телу врассыпную. Меня накрывает горячей волной возбуждения. Неправильной, но такой сладкой, такой манящей, что закатываются глаза.
— Как же я по тебе соскучился, малышка, — шепчет он сдавленно.
А в следующий момент мой телефон взрывается знакомой мелодией, установленной на контакт Леши, и меня резко выдергивает в реальность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я вздрагиваю, понимая, что снова угодила в ту же ловушку. Что опять позволила коснуться себя. Что в который раз проявила слабость.
Тебе мало, Андреева? Он сделал это пять лет назад, он повторяет это снова! Где-то в номере его ждет очередная протеже, а он шепчет тебе, что соскучился. Такие, как он, не меняются, пора бы уже уяснить раз и навсегда. Запомнить и не растекаться лужицей от одного его взгляда
Я резко отталкиваю Стаса, едва сдерживая эмоции. Мне хочется разрыдаться от собственной глупости. Права была Рита, когда говорила, что бывший прекрасно понимает, как действует на меня. Поэтому и ведет себя так. Поэтому и наглеет.
— Да, Леш? Приехал? Я уже иду, — глядя прямо в глаза Горову, отвечаю на звонок.
Не скрывая, что мне звонит мужчина. Пусть знает, пусть видит, что все не так, как ему хочется. Что у меня есть парень и я не игрушка.
Горов понимает.
Взгляд темнеет, на скулах играют желваки. Руки прячет в карманы, но я успеваю увидеть, как от злости сжимаются пальцы в кулаки.
Вот так, милый. Не нравится?
— И сына моего не трожь. Ты ему никто, не строй из себя заботливого… — чуть было не ляпаю "папашу", но вовремя затыкаюсь.
Еще и здесь не хватало накосячить.
Разворачиваюсь и, пока не натворила новых глупостей, быстрым шагом ухожу вглубь аллеи. Пора бы уже уяснить, что ничего хорошего встречи с Горовым не несут, поэтому, завидев его на горизонте, нужно тут же менять траекторию.
Все, выдохнула, успокоилась! Взяла себя в руки. Ничего страшного не произошло.
Я оглядываюсь вокруг, доходя до конца аллеи, но центральных ворот так и не нахожу. Даже топаю от досады. Да что за невезуха такая! Где-то же они должны быть?
— Катя! — слышу со стороны парка и вижу спешащего ко мне Лешу.
Слава богу!
Он сам меня нашел.
У меня как гора падает с плеч.
— Я заблудилась немного, — виновато развожу руками. — Не в ту сторону пошла, и вот.
— Да, тут большая территория, я тоже заметил. Держи. — Вручает мне скромный букет из пяти роз.
Я с благодарностью принимаю цветы. Для меня сейчас внимание Леши как бальзам на сердце. Как спасительный круг, за который я отчаянно цепляюсь, пытаясь не утонуть в терзающих меня чувствах.
— Ты потрясающе выглядишь, — тянется Алексей, чтобы поцеловать меня в щечку.
Краем глаза я замечаю Горова вдалеке, который открыто наблюдает за нами, и вместо того, чтобы довольствоваться приветственным чмоком, обнимаю Лешу за шею и подставляю губы для настоящего поцелуя.
Хотел? Смотри!
Глава 19
В груди такое ощущение, будто кто-то дал под дых. Больно, тяжело дышать и хочется кому-то врезать. А еще лучше что-то сломать. Например, нос одному ублюдку или его костыли, которыми он тискает Катю. Жаль только, что мне это ничего не даст. А в перспективе может получиться еще хуже: она встанет на его сторону, начнет за ним ухаживать и сблизится еще больше. Хреновый вариант. А другие в голову пока не приходят.
Вместо того чтобы уйти, я достаю пачку сигарет, закуриваю и продолжаю наблюдать за этой парочкой. Едкий дым наполняет легкие, ложится горьким вкусом на язык и немного глушит ярость. Отвлекает.
Все пошло не по плану. Вернее, покатилось к чертям собачьим. Еще и Карина увязалась со мной. Ведь чувствовал, что не стоит ее брать, не сюда, не в этот город, где я в любой момент могу пересечься с Андреевой. Но почему-то согласился.
Наверное, чтобы жизнь медом не казалась?! Чтобы добавить себе проблем?
Катя со своим хмырем продолжают целоваться, пока я как одержимый травлю себя никотином, вдыхая дым без остановки. Самое хреновое, что я могу ее понять. У нее есть все основания мне не верить, отвергать. Что она сказала в конце? У нее давно своя жизнь, у меня своя. И она права. Так и есть. Только почему-то смириться с этим не выходит.
