Читаем без скачивания Трудно быть богатой - Мария Жукова-Гладкова

Конечно, свое мнение прошлось оставить при себе, но такой внешний вид хозяйки бутика придал мне уверенности в себе, и я тоже решила держаться по-королевски. Надо тренироваться — ведь меня же, можно сказать, взяли в руководство нефтяной компании. Еще больше уверенности мне чуть позже придал акцент одной из продавщиц. Не знаю уж, откуда она приехала в Нигер, но, по-моему, если бы модельеры, чьи вещи мне предлагались, услышали, как звучат их имена в произношении этой девушки, то, не исключено, перестали бы шить. Или, по крайней мере, навсегда запретили бы ввозить свои изделия в Россию. Вторая девушка, судя по произношению, родилась в Питере.

Дама царственно мне кивнула и уточнила, по чьей рекомендации я прибыла. Говорила она без акцента, правда, манерой поведения напоминала выбившуюся в люди провинциалку из дремучей глубинки, для этих целей прошедшую через сотню-другую различных постелей. Теперь же, в связи с возрастом, бойкой провинциалке пришлось оставить прибыльное ремесло и податься в хозяйки бутика. Глядя на ее рот, я также подумала, что во время последней пластической операции хирург явно перетянул кожу.

Я ответила, что мне посоветовала к ней обратиться Надежда Георгиевна Багирова, моя свекровь.

По быстро меняющимся выражениям лиц Сюзанны Александровны и двух продавщиц я видела, как напряженно у них работают мозги — если те, конечно, имелись под прическами, каждая из которых стоила столько, сколько у меня в месяц уходит на питание всей семьи. Затем взгляд хозяйки бутика устремился на мою правую руку, кольца она не заметила (я вообще не ношу колец, они меня раздражают, в особенности, когда работаю на компьютере) и попросила уточнить, правда, гораздо более вежливым тоном, чем раньше, в каких именно отношениях мы находимся с постоянной и горячо любимой клиенткой Сюзанны Александровны. С первого раза что ли не поняла? Или не знает значения слова «свекровь»? Посчастливилось не иметь такую родственницу? Муж из детского дома — это, конечно, несбыточная мечта каждой женщины.

— Что-то я про вас никогда не слышала, милочка, — глазки Сюзанны Александровны, теперь опустившейся на диванчик рядом со мной, немного сузились.

Намекаешь, что я — самозванка?

— Мои дети — внуки Надежды Георгиевны, — повесила я на лицо дежурную улыбку кобры. — Родные внуки. Они также являются детьми ее единственного сына Алексея. Могу добавить, что теперь я — коммерческий директор компании «Алойл» и пришла к вам по совету Надежды Георгиевны, чтобы купить себе летний деловой костюм.

С этими словами я извлекла из сумочки визитку и вручила даме. После ее внимательного изучения хозяйка бутика непроизвольно кинула очередной критический взгляд на мой довольно простенький дешевый наряд, затем кивнула, заметив, что у них большой выбор летних деловых костюмов, повернулась к «девочкам», велев им показать модели, а сама опять удалилась в дальнюю часть магазина.

Но вернулась не более, чем через минуту.

Ее отношение ко мне за эту минуту претерпело кардинальные изменения. Сюзанна Александровна едва ли не оттолкнула продавщиц в сторону, и сама стала кружить вокруг меня аки наседка вокруг единственного цыпленка, и обхаживать, словно индюк индюшку в брачный период. Теперь она величала меня исключительно Оленькой, иногда добавляя «лапушка». Комплименты сыпались на меня, как из рога изобилия. И фигура у меня отличная, и ножки длинные, и прическа мне идет, и вообще странно, что мое фото не красуется на обложке «Космополитена».

Предполагаю, что был сделан нужный звонок, вероятнее всего, самой Надежде, и услышан соответствующий ответ. А члену семьи нефтяной королевы (я что — принцесса?) и коммерческому директору «Алойла» надо угождать. Немного нас таких проживает в славном городе на Неве. Бутиков тут значительно больше. А Сюзанне не нужно, чтобы кто-то из ее конкуренток хвастался, что дамы из «Алойла» одеваются у них. Лучше она сама будет всем рассказывать, что невестка «черной королевы» и, разумеется, она сама — постоянные ее клиентки.

Короче говоря, костюм мне выбрали замечательный, и сидел он на мне, как влитой. Нежно-голубой, что так шло к моим светлым волосам. В нем я даже показалась себе лет на пять моложе. Сюзанна Александровна, правда, настаивала, чтобы я лучше взяла что-нибудь известной фирмы, однако я предпочла модельера, имени которого никогда раньше не слышала. По-моему, главное — не фирма (кстати, одна из продавщиц говорила: «фирма»), а чтобы вещь хорошо сидела и нравилась. Я оставалась непреклонна, и дама в розовом была вынуждена со мной согласиться, так как желание клиента для нее — закон. К костюмчику пришлось купить туфли, выбор которых в бутике тоже оказался немалым. Сама хозяйка вместе с продавщицами с легкими поклонами проводили меня до самой двери, приглашая заходить еще. Правда, вид «запорожца» немного умерил их пыл. Одна из девиц не выдержала и поинтересовалась, почему я езжу на такой машине.

— Не хочется выделяться после покушения на Лешу, — невозмутимо ответила я.

Ответ всех удовлетворил, хотя в Питере на мой автомобиль чаще обращают внимание, чем на «шестисотый». «Запорожцев» гораздо меньше.

За все время моего пребывания в бутике туда не зашел ни один посетитель. Неудивительно, если взглянуть на цены. А я тратила Надеждины деньги. Свои кровные рука бы не поднялась, слишком тяжело они мне достаются.

Вечером позвонил Камиль, справился о здоровье и самочувствии, упомянул вскользь, что видел моих детей, отвалил в их адрес пару комплиментов, а затем поинтересовался, не желаю ли я завтра, то есть в четверг, составить ему компанию на одном мероприятии. Вечеринка для своих так сказать. У одного хорошего знакомого. Мой собеседник хотел, чтобы я его сопровождала.

Пойти или нет? Встретиться с Камилем хотелось. И еще хотелось выяснить, что же ему все-таки от меня надо. Кто мешает прямо спросить: ты тогда на шоссе оказался случайно?

— Хорошо, — сказала я. — Когда ты за мной заедешь?

В ответ Камиль заявил, что появится часов в пять, отвезет меня в один магазинчик, чтобы купить мне вечернее платье (ему, по его словам, хотелось сделать мне подарок), а потом мы вместе отправимся за город: вечеринка планируется в загородном особняке.

Камиль приехал ровно в пять (люблю деловых мужчин), одет был в летний светло-серый костюм, благоухал исключительно приятно (правда, на мой вкус парфюма следовало бы выливать на себя поменьше), оглядел меня в купленном вчера костюме, по-моему, несколько удивился, но тем не менее повез покупать платье.

Так я во второй раз оказалась в бутике Сюзанны Александровны.

Стоило черному джипу притормозить перед входом в культовое заведение для крутых бизнесменов или для тех, кто подвизается исключительно в нефтяном бизнесе, как две вчерашние продавщицы выскочили на улицу, повесив на лица самые радушные улыбки. Видимо, у них была разработана система оповещения, потому что дама в розовом (но в другом розовом) не замедлила появиться в дверях — секунд через тридцать. Камиль как раз открывал передо мной дверцу, помогая выйти. На продавщиц он не обращал никакого внимания, демонстративно повернувшись к ним спиной, хотя они очень старались, чуть ли не простирая руки к небу за то, что Господь (или Аллах?) послал им сегодня таких дорогих клиентов.

При виде моей особы Сюзанна вместе со своими девушками на мгновение лишились дара речи, но, надо отдать им должное, быстро пришли в себя. Двери перед нами распахнули, все также непрестанно выражая бурную радость и готовность нам услужить (еще бы: с такими-то ценами).

Хозяйка видела Камиля не в первый раз, величала его по имени-отчеству, наверняка зная, кто он такой. К счастью, мой спутник представил меня (Ольгой) и заявил, что на сегодняшний вечер мне нужно подобрать платье: не особо вычурное, но дорогое.

— Я поняла, — мяукнула тетка. — У нас есть как раз то, что подойдет Оленьке.

Ни она, ни продавщицы, ни я не упоминали нашу прошлую встречу и вообще не показывали Камилю, что знакомы. А меня распирало от любопытства: что, интересно, думает про меня Сюзанна Александровна? Она ведь вчера, наверняка, навела кое-какие справки. И теперь увидела меня с Камилем, сыном основного конкурента Надежды…

Камилю тем временем принесли кофе («Как вы любите, Камиль Муратович»), и он углубился в чтение «Делового Петербурга», сидя на диванчике для клиентов (или мужей клиенток?). По-моему бутик следовало бы назвать «Смерть мужьям», как когда-то в народе именовалось трикотажное ателье в начале Невского, в дальнейшем выселенное французским банком. Теперь, кстати, там вновь торгуют одеждой. Пожалуй, все магазины на Невском достойны такого названия.

На этот раз меня чуть не облизали и наговорили такое количество комплиментов, какое, наверное, не слышали Мерилин Монро и Софи Лорен вместе взятые. Мне оставалось только подать заявку на участие в конкурсе «Мисс Вселенная».