Читаем без скачивания Жаждущий крови - Томейдж Пауэлл

- Отлично. Пусть Риверс отыщет нужный след.

- Ко мне?

- Прямо к вам.

- Но те люди, о которых вы упомянули... Они не должны раскрывать моего имени.

- В этом будьте уверены.

- Тогда как...

- У Риверса свои методы.

Спроул быстрыми, короткими шажками подбежал к тумбочке, коснулся ее верха пальцами и застыл в раздумье. Потом он обернулся и посмотрел на меня.

- Не вижу возможных вариантов...

- Вы фотограф. Риверс прощупает всех профессионалов и любителей в городе.

Зеленоватый оттенок кожи Спроула поблек и уступил место ярко-белому. Белизна особо проявилась вокруг губ.

- Это займет у него несколько дней.

- Или часов. Все зависит от того, каким путем решать эту задачу. Риверс опытный человек. Он всегда выбирает короткие пути. Итак, мы будем болтать или займемся делом?

Он стоял и не двигался. Мозг его работал с полной нагрузкой. Я нетерпеливо щелкнул пальцами.

- Идемте, идемте. Сложим весь товар, унесем отсюда и где-нибудь спрячем, пока не появился Риверс.

Я шагнул к Спроулу и не знаю, каким образом заметил, что его глаза потемнели. Фотограф открыл тумбочку и достал пистолет, затем быстро развернулся, поставив тумбочку между нами. Он посмотрел на меня и сказал:

- Я вас не знаю. Если вы можете соображать, то поймете, о чем я говорю.

Левой рукой Спроул подтянул к себе телефонный аппарат, не сводя с меня глаз, набрал номер и дождался ответа.

- Это Астон, - произнес он в трубку. - Ко мне пришел какой-то парень... Говорит, его прислали... Огромный, похож на медведя... Нет, имени не назвал... После вчерашнего... Что? а, я уже сказал, похож на медведя... Описание точное... Хорошо... Я еще позвоню.

Трубка легла на рычаг.

- Вы Риверс, - произнес фотограф тонким голосом. - Чертовски остроумно, не правда ли?

- Это была только попытка, - ответил я. - В чем моя ошибка?

- Вы начали сразу с цели своего визита. В этой студии нет ничего, что нужно собрать и спрятать, как вы предполагали.

- Значит, товар высылается немедленно, а не накапливается пачками.

- До сих пор не имею понятия, о чем вы все время говорите.

- О фото и кинопленках, помогающих набить кошелек. Где они, кстати, хранятся?

- Ничего не знаю.

- Когда Квинтон собирается смотаться?

- Не в вашем положении задавать вопросы, - злобно заявил Спроул.

- Знаю. У вас пистолет, но, подумав минуту-другую, я решил, что совсем не боюсь вашего оружия. Вы давно знакомы с Квинтоном?

- Никогда не слышал этого имени.

- И Делани?

- Да. А теперь убирайтесь.

- С Рассом Леппертом вы хорошо знакомы?

- О нет. - Его голос достиг на этой фразе высоты женского сопрано. - Не двигайтесь! Говорю вам...

- А я говорю вам, что вы всего лишь маленькое пятно грязи. Меня тошнит всякий раз, как я вспомню о делишках вашей банды. Сумасшедший убийца работает на вас. Он заслужил самую страшную кару, но достойного наказания для тех, кто им управляет, человечество еще не придумало.

- Стойте, Риверс! Я вас предупреждаю!

- Вы дерьмо, Спроул, такое же дерьмо, как то, которое плавает в канализации.

- Я знаю, что говорю...

- Не верю, - перебил я его. - У вас не хватит мужества воспользоваться оружием.

- Ошибаетесь! Я выстрелю в целях самообороны.

- Ну, ну, покажите свою храбрость. Никогда не поверю, что человек, занимавшийся такими делами, как в Луизиане.., и такими, какими, по моему глубокому убеждению, занимаетесь здесь, может смотреть другому в глаза прямо. С оружием или без него.

Мои слова звучали довольно убедительно, но мерзкий, липкий пот все же катился по груди. Я не заметил, каким образом мои внутренности вдруг стали разбухать и заставили меня начать движение по направлению к Спроулу. Его лицо побледнело еще больше. Он попятился, пока не уткнулся в стену и не мог отступать дальше. Он был загнанным в угол трусом, и опасность приближалась к нему.

Сейчас!

Спроул слишком долго медлил. Я изогнулся и ударил его. С коротким, застывшим в горле криком он попытался ответить мне рукояткой пистолета, но тонкое запястье лишь скользнуло по моей ладони. Упруго оттолкнувшись ногами, я врезался в Спроула, почувствовав плечом вдавившийся живот. Фотограф задохнулся, упал, и мне удалось вырвать из ослабевших пальцев оружие. Бедняга распластался на полу, держась за живот. Рот был широко раскрыт, язык вывалился наружу. Я дал ему отдышаться, а пока вынул обойму, опустошил ее и бросил пистолет в тумбочку. Затем я поднял Спроула за плечи и помог добраться до диванчика. Ему потребовался лишь легкий толчок, чтобы свалиться во все еще согнутом положении на более удобное, чем пол, ложе. Придвинув себе кресло, я сел на подоконник.

- Ну, теперь, мне кажется, мы сможем спокойно поговорить.

Глава 15

Когда дыхание Спроула восстановилось, он начал рыдать. Я вдруг понял, что фотограф на самом деле плачет. Это были слезы жалости к себе, ненависти к моей персоне и ко всему миру в целом.

- Начнем с Лепперта? - спросил я. - Вы не подскажете мне имя человека, нанявшего сумасшедшего на кровавую работу?

- Я ничего не знаю, - сквозь зубы пробормотал Спроул.

- Лепперта мог подослать Квинтой, - предположил я, - или Натали, или Делани и даже, может быть, вы, дружище. Любой из вас мог иметь причины заткнуть глотку Джерлу Эдкоку и Ине Блэйн. Но акция, подобно веселой попойке, имела и побочный эффект вроде похмелья. Сильная моральная травма нанесена приемной матери парня. В тюрьме оказалась молодая, красивая девушка. Теперь ее репутация подмочена, и она может потерять все, чего день за днем добивалась с таким трудом. Я попал в выгребную яму, куда мне совсем не хотелось. Так давайте начнем лечиться от похмелья, Спроул. Скажите мне имя.

- Клянусь, я не знаю никаких имен, Риверс.

- Вы делали фотографии для известного вам человека.

- Я делал их для очень многих людей.

- Вы прекрасно понимаете, снимки какого рода я имею в виду. Эти вы не станете отдавать незнакомому человеку.

Трясущейся рукой Спроул прикоснулся ко мне.

- Пожалуйста, оставьте меня, Риверс. Я ничем не могу вам ни навредить, ни помочь.

- Полагаю, вы уже никому не можете навредить.

- Правильно. Вы должны мне поверить.

- Ваши доводы не стоят и кучки собачьего дерьма, Спроул. Я устал от подобного разговора.

- Нет! - вскрикнул он. - Подождите! Пожалуйста...

Фотограф вскочил с диванчика и, шатаясь, проковылял к тумбочке. Я позволил ему открыть ящик. Он достал ключ и с трудом попал им в замок другого ящика. Мне очень захотелось узнать, что в нем. Спроул вынул тонкую пачку банкнот, не больше сотни долларов.

- Вы частный сыщик, работаете на клиента за деньги. Я заплачу вам. Здесь для начала сто долларов. Посмотрите, Риверс, целых сто долларов.

Он с нежностью взглянул на банкноты, затем с заметным усилием протянул их мне. Я взял деньги из его дрожащих рук и стал перебирать шелестящие бумажки. Лицо фотографа озарилось радостью. Полуистерический смех забурлил в его горле. Я начал рвать банкноты на мелкие кусочки. Глаза Спроула расширились от ужаса. Он попытался собрать обрывки бумаги, бывшей несколько секунд назад деньгами, затем отпрянул от тумбочки, закрыл лицо ладонями и зарыдал.

- Итак, Спроул, - произнес я.

- Нет, не могу... Даже если бы мне было что-нибудь известно... Эти люди не позволили бы мне оставаться живым.

- Как вы думаете, что я собираюсь делать дальше?

- Вы не убьете меня. Не можете. Это не принесет вам ничего, кроме новых неприятностей.

Фотограф опустил руки и отодвинулся от меня. Мгновенно, словно крыса, он развернулся, распахнул рамы с матовыми стеклами и наполовину высунулся наружу. Пронзительный крик Спроула эхом разнесся по улице до того, как я подбежал к нему.

- Помогите... Убивают... Помогите!

Я взглянул на его дрожащий кадык, почувствовал огромное искушение врезать по нему, но сдержался. В панике фотограф отпрянул в сторону, и это дало столь необходимую для него передышку. Мы больше не были наедине. Крики привлекли внимание жителей соседних домов.

Я вышел из здания и пересек улицу, когда из-за угла вынырнул торопящийся полисмен.

***

Пища в тюрьме Тампы была обильной и питательной, однако Эллен выглядела так, будто потеряла фунтов десять, питаясь ею. Симпатичное личико сильно осунулось, стройное тело казалось слишком худым в унылой, серой тюремной одежде. Каштановые волосы потеряли блеск. Только серые глаза оставались ясными и спокойными.

Дверь камеры захлопнулась за мной. Девушка стояла возле стены молча и не двигаясь, Пока я не произнес:

- Присядьте, Эллен.

Она подошла к койке и легко опустилась на краешек. Я расположился на грубо сколоченной табуретке. Секунду-другую мы смотрели друг на друга. Наконец Эллен Григсби сказала:

- Очень мило с вашей стороны навестить меня, мистер Риверс.

- К сожалению, у меня было много дел, иначе я оказался бы здесь гораздо раньше.

- Ко мне приходили мой сосед священник и.., мисс Найт. Она настаивала, чтобы я взяла у нее немного денег... Мисс Найт одинокая, несчастная женщина, мистер Риверс.