Я стиснула зубы так, что челюсть заболела.
— Кстати… — он направился ко мне, и я напряглась. Он протянул руку в перчатке. — Отдай мне нож.
Я смотрела на его предплечье. Грубые розовые шрамы тянулись от его запястья до локтя с внутренней стороны, словно его разрезали острые когти. Шрамы пересекали темную татуировку, которую я не могла различить из-за такого ущерба.
Он тряхнул пальцами, ожидая, и я сосредоточилась.
— А?
— Я не пойду с тобой никуда, пока ты вооружена. Отдай мне нож.
— Иди ты.
— Ты источаешь харизму каждой клеточкой, — сухо отметил он. — Отдай его, или я заберу сам.
Я была сильной — для женщины — но его мышечная масса все еще превосходила мою в опасной степени. Плюс два сторожевых пса. Рыча под нос, я опустила свой нож на его ладонь.
Он убрал нож в карман.
— Я обыщу тебя.
— Еще чего.
— Ты можешь сотрудничать, или придется все делать жестоким образом.
У меня был выбор? Я вытянула руки в стороны, подняла голову, передавая взглядом все свое презрение. Шагнув ближе, он скользнул большими ладонями по моим бокам к талии, а потом вдоль пояса, проверил задние карманы. Я стиснула зубы.
Он сел на корточки, провел ладонями по каждой ноге, сунул пальцы в мои сапоги, потом выпрямился. Я отклонила голову. Он был на половину фута выше меня, и мне это не нравилось.
Он опустил взгляд на мою грудь.
— Ты из тех женщин, которые хранят вещи между грудей?
Я прижала ладони к грудям, грубо придавила их сквозь майку.
— Моя грудь выглядит достаточно большой, чтобы что-то там спрятать?
— Нет, — он приподнял бровь. — Но, уверен, она очень красивая.
— Уверена, твой мелкий стручок тоже хорош.
— Готовая убить и оскорбить. Ты просто воплощение соблазна, солнышко.
Я зарычала, встала на носочки, чтобы быть ближе к его лицу. Он смотрел на меня, изогнув губы в холодной улыбке, глаза впивались в мои.
— Имя есть? — спросил он.
— Не для тебя.
— Тогда «солнышко».
— Сейбер, — рявкнула я.
Он чуть приподнял брови.
— Подходит.
— Я уже знаю твое имя, — я оскалилась. — Закария.
— Зак. Никто не зовет меня Закария.
— МП зовет.
Мышца на его челюсти дрогнула. Он нахмурился.
Поняв, что нас разделяли дюймы, и наши лица были неприлично близко, а взгляды были прикованы друг к другу, я опустилась на пятки и отпрянула.
Он окинул меня взглядом и повернулся.
— Сюда. Увидимся позже, Баллигор.
Последние слова были адресованы пруду, звучали как угроза, а не прощание. Камыши зашуршали в ответ, но темная голова в слизи не появилась.
Я пошла за друидом от воды, держась в паре шагов за ним, моя ладонь сжималась и разжималась, я хотела вернуть складной нож. Он вернет нож? И что мне делать? Вернуться домой, возможно, в руки МП, я не хотела. Но у меня не было плана.
Я не видела и не ощущала Рикра, но знала, что он был неподалеку. Он прятался в тенях или среди деревьев, как хитрый маленький охотник.
Зак… друид помахал мне.
— Скорее. Тут просто разлучиться.
Он это уже упоминал. Я оглядела тени деревьев и шторы цветущих лоз, искала подходящее место для…
Он схватил меня за запястье, не оглядываясь. Я попыталась вырваться, когда он повел меня вперед.
— Забудь, — он потянул меня к себе. — Тут прячутся фейри страшнее келпи. Ты хочешь умереть?
Я фыркнула.
— Но для меня так выглядело. Ты болтала с келпи, как с беззубым хобом. И ты даже не вздрогнула, когда мои варги были перед твоим лицом.
— Я говорила в первую встречу, что меня сложно напугать.
— Есть разница между храбростью и глупостью. Ты бьёшься, как загнанная в угол рысь, но это не делает тебя равной гризли по силе.
— В этой аналогии ты — гризли?
— Я говорю, что ты не такая крепкая, как думаешь.
— Откуда тебе знать?
Он закатил глаза к веткам туманного леса над нами.
— Тебе кто-нибудь говорил, что ты чересчур едкая?
— Я думала, что была очаровательна, ты сам это сказал.
— В своем стиле, — парировал он, сарказм вернулся в полную силу. — Ты всем, кого встречаешь, угрожаешь разрезать их?
— Только тем, кто мне нравится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он издал смешок, и я прикусила щеку изнутри, подавляя желание снова едко ответить. Обычно я не была общительной… хотя это не считалось беседой.
Он потянул меня за запястье, обходя рушащуюся колонну.
— Есть причина, по которой ты так хочешь перерезать мне горло?
— Тебе нужно это спрашивать? Я видела список твоих преступлений.
— Дело в этом? В твои хобби входит помощь на ферме с животными, работа помощницей ветеринара и кровожадное наказание виновных?
Это было близко к правде, хотя я не стала бы называть свои порывы мести хобби.
— Или ты хочешь денег? — рассуждал он. — Тот миллион соблазняет многих мификов.
— Мне плевать на деньги. Ты похититель и убийца.
— Слухи о похищениях были сильно раздуты.
— Дай угадаю. Ты и десятки убийств не совершал.
— Я не считаю, но эта часть, наверное, точная.
Я нахмурилась. Почему он отрицал одно, но не другое?
Он сильнее сжал мою руку, притянул меня к себе. Я врезалась в его твердую грудь, он посмотрел на меня холодными глазами, странное сияние эфемерного леса бросало тени на его лицо.
— Ты не просто так за мной пришла, — его низкий голос стал хриплым от угрозы, вызвал дрожь на моей спине. — Говори, чего ты хочешь.
Я прикусила губу, и боль ударила по нервам.
— Я еще не решила.
— Почему?
— Я обдумываю варианты.
Его грозная аура сменилась смятением. Я смотрела на него, кусая губу, и он прижал свободную ладонь к моей, не дав мне полезть в карман в поисках складного ножа.
Он убрал мою руку от его штанов, теперь сжимал оба моих запястья, и его губы изогнулись в печальной улыбке.
— Ты — нечто, Сейбер.
Странная невесомость внизу живота застала меня врасплох. Я оскалила зубы.
Он направил меня вперед себя, сжал мое плечо, чтобы я не убежала. Я тихо выдохнула с облегчением, что его лицо пропало из поля зрения и уже не путало мои мысли.
Потому что он путал мои мысли, и я не понимала, почему.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Друид и я шли по распутью, туман таял, и деревья становились плотнее. Когда последние цветущие лозы пропали, вернулся свет дня, и солнце выглянуло из-за клочков облаков.
Я оглянулась. Лес выглядел нормально.
Зак… друид направил меня к ручью, рассекающему долину, и остановился. Я кусала щеку изнутри, злясь, что у меня все еще не было плана. Я ждала, что он заговорит. Он молчал, и я повернула голову к нему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он смотрел на ручей, стиснув зубы.
— Блин.
— Что за блин?
— Ты идешь в ту сторону, так что все равно узнаешь, — он огляделся. — Твой фамильяр вернулся?
