Читаем без скачивания Последняя схватка - Николай Андреев

Крис оперся на левую руку и вскрикнул от боли. От иронии Саттона не осталось и следа.

— Проклятье! — выругался землянин. — Серьезно задело. Жжет, словно огонь…

— Перевяжи его, Олесь, — сказал японец, бросая русичу аптечку. — Я пока осмотрюсь…

Шаги Аято гулким эхом разносились по тоннелю саркофага. Голубая электрическая дымка по-прежнему мерцала и искрилась. При каждом прикосновении к ране англичанин тихо стонал.

— Хорошо хоть кости и мышцы не пострадали, — заметил Крис, шевеля пальцами.

— Молчи лучше, — улыбнулся Храбров. — Ты ошибаешься второй раз.

— Мне просто не везет, — возразил Саттон, отрывая ненужный рукав.

— Впереди еще одна западня, — послышался голос самурая. — Я обнаружил знак, но не понимаю смысл испытания. Внешних признаков ловушки не видно. Надо разбираться…

Друзья неторопливо направились к Тино. Они нашли японца сразу за поворотом. Аято стоял перед широким длинным коридором. Самурай молчаливо указал на предупреждающий символ. Странная птица с широко расправленными крыльями. Опасность где-то близко.

— «Ищите звезду», — вспомнил подсказку англичанин. — «Не успеете за три секунды, жизнь оборвется».

— Надоела мне игра со смертью, — выдохнул русич. — Создатели явно переусердствовали…

— Слишком велики ставки, — бесстрастно произнес Тино.

— Я нашел! — неожиданно воскликнул Крис. — Звезда справа от нас, в пяти метрах на полу.

Саттон оказался абсолютно прав. Пятиконечное изображение было начертано на идеально отполированном камне. Разглядеть его труда не составляло.

— А вон, еще одна, — вымолвил англичанин. — Слева, примерно в десяти метрах…

— И в чем же подвох? — задумчиво проговорил японец.

— Во времени, — ответил Олесь. — С трехсекундными паузами в тоннеле что-то будет происходить.

— Мы к тому моменту должны занять место на звезде, — догадался Крис.

— Пожалуй, — кивнул головой Храбров. — Без проверки тут не обойтись. На этот раз я пойду первым. Тино и так искушал судьбу достаточно.

Русич сделал резкий рывок вперед и встал на изображение. Ровно через три секунды стены, пол и потолок пришли в движение. Гигантские блоки полностью перекрыли коридор. На мгновение Олесь потерял друзей из виду. Он оказался в замкнутом пространстве. Храбров находился на квадрате со стороной не больше одного метра. Вскоре тоннель приобрел прежний вид, и русич вернулся к товарищам.

— Впечатляет, — произнес Саттон, утирая пот со лба. — Создалось впечатление, будто тебя раздавило.

— Если задержишься хоть на долю секунды — превратишься в кровавое пятно, — сказал Олесь. — Ни малейшего шанса на спасение. Блоки движутся и горизонтально и вертикально.

— И за короткий отрезок времени надо обнаружить следующую звезду, — вставил Аято.

— Задача не простая, как кажется на первый взгляд, — заметил Храбров. — Видимость ограничена, а коридор достаточно широкий. Кроме того, неизвестно на каком расстоянии расположена безопасная точка. Торопиться в подобной ситуации нельзя.

— Согласен, — вымолвил самурай, — но внешняя простота задачи меня настораживает.

— Будем соблюдать дистанцию, — усмехнулся русич. — Кто-нибудь обязательно дойдет.

— Удачи, — Тино хлопнул Олеся по плечу. — Не расслабляйся и соблюдай предельную осторожность.

— Постараюсь, — проговорил Храбров. — Умирать в шаге от «Ковчега» не хочется.

Стоило тоннелю освободиться, как русич рванулся к первому изображению. Достигнуть второй звезды тоже труда не составило. Дальше было сложнее. Спасительное место находилось точно по центру метрах в восьми от землянина. Выдержав паузу, Олесь быстро занял нужную точку. Каменные блоки с тихим шорохом скользили мимо русича.

Больше половины коридора Храбров преодолел без серьезных проблем. Нервы, конечно, напряжены до предела, мозг и зрение работают на грани возможностей, по спине градом течет пот. Главное, что Аято и Саттон видят маршрут прохода. Им будет легче.

Вот и очередное изображение… Куда теперь? Глаза землянина судорожно искали остроконечную звезду. Поблизости ничего нет. Олесь отступил чуть в сторону. В голове отчетливо стучал метроном: «Один… два…». На счете три Храбров вернулся назад. Вокруг кромешная темнота. Короткая передышка и снова поиски. Увы, они снова не увенчались успехом. Третья попытка — результат тот же. Только не спешить и не паниковать! Неожиданно плитка под ногами русича задрожала и поехала влево.

— Черт! — испуганно воскликнул Олесь, покидая изображение.

Землянин стремительно бежал вперед. Где же звезда? «Один… два…». Надежды таяли, как весенний лед под яркими лучами солнца. В ушах стоит ужасный звон. Неужели это конец? Отметку Храбров заметил в самый последний момент. Отчаянный прыжок и Перед лицом мелькнула серая стена. Жадно глотая воздух, русич зло закричал:

— Сволочи! Хватит издеваться! Силы человека не беспредельны.

Постепенно Олесь приходил в себя. Когда блоки вернулись на место, землянин громко произнес:

— На знаке разрешено стоять три цикла. На четвертом вас постараются прикончить.

— Мы уже поняли, — откликнулся японец. — Не трать время на разговоры.

Храбров миновал белую линию и рухнул на пол. Ноги его просто не держали. Сердце бешено колотилось. Перед глазами плыли разноцветные круги. Подобной встряски русич не испытывал давно. Даже под плитой было легче. Там он хотя бы знал, что делать. Олесь поднял руку вверх. Пальцы нервно дрожали. Глоток крепкого вина сейчас бы не помещал. Блоки разошлись, и на площадку выбежал Крис.

— Как себя чувствуешь? — спросил англичанин, приближаясь к товарищу.

— Дерьмово, — честно признался Храбров. — Коленки до сих пор дрожат.

— Неудивительно, — вымолил Саттон. — Со столь сложной преградой мы еще не сталкивались.

— И надеюсь, больше не придется, — сказал русич. — Из меня словно все соки выжали…

Вскоре появился Тино. Самурай сел рядом с Олесем и бесстрастно произнес:

— Отдохнем пять минут и в путь. Впереди еще два испытания.

Аято ни словом не обмолвился о пройденной ловушке. Какой смысл обсуждать то, что уже преодолено. Закрыв глаза, Храбров думал о жене и ребенке. Он очень давно не видел Олис и Вацлава. Судьба редко бывала к ним благосклонна. Короткие радостные встречи постоянно чередовались с частыми и длительными разлуками. Тихой и спокойной жизни никак не получалось.

— Пойдем, — японец дружески хлопнул русича по плечу.

Тяжело вздохнув, Олесь последовал за Тино. Самурай снова шел первым. Храбров и Саттон чуть отстали. Земляне находились на грани нервного и физического истощения. На часы никто не смотрел. Время потеряло свой смысл. Человек из лабиринта либо выходит, либо нет. И когда это произойдет, уже не имеет значения. Все мысли подчинены лишь одному — добраться до цели.

Офицеры миновали очередную контрольную точку, и в тоннеле тотчас вспыхнули яркие лучи лазеров. Вертикальные и горизонтальные линии полностью перекрыли коридор. На первый взгляд препятствие непреодолимое, но друзья знали его секрет.

— Третий снизу луч является ложным, — проговорил англичанин.

— Проверим, — вымолвил Аято, доставая из кармана блокнот.

Японец вырвал лист бумаги и провел им по линии. Красноватый луч сразу прервался.

— Обыкновенный пучок света, — догадался русич.

— Верно, — кивнул головой самурай, поднимая лист чуть выше.

Бумага коснулась следующей линии и тут же вспыхнула. Обгоревший клочок медленно опустился на бетонный пол. Указания хранителя в точности соответствовали действительности. Преграда не была сплошной. Существовала сложная, визуально неразличимая схема прохода. Изумленно глядя на почерневшие обрывки листа, Крис с нескрываемым возмущением в голосе сказал:

— Тино, я располосовал всю свою рубашку, а у тебя, оказывается, был целый блокнот…

— Ты его не спрашивал, — бесстрастно пожал плечами Аято.

Ответ японца окончательно обескуражил Саттона. Ища поддержку, Крис посмотрел на Олеся, но Храбров лишь улыбнулся и развел руками. Спорить с Тино бесполезно. Логика самурая многих ставила в тупик. Пора бы англичанину и привыкнуть.

— Здесь восемь полос, — не обращая внимания на Саттона, произнес Аято. — Горизонтальные и вертикальные лучи чередуются. Расстояние между ними сантиметров пятьдесят. Не развернешься… Малейшая ошибка, и тут же поджаришься.

— Мне не привыкать, — зло заметил Крис, трогая обожженную руку.

— Тогда вперед, — вымолвил японец. — Я с удовольствием уступлю право первенства.

— Хитрец, — рассмеялся англичанин, — оставь лучше детские трюки для других.

— Как хочешь, — улыбнулся Тино, тщательно заправляя одежду.

Друзья еще раз повторили подсказку хранителей. Память никого не подвела. Самурай без лишних слов наклонился и осторожно перешагнул через две нижние линии. Самое сложное в таком положении переставить вторую ногу. Аято это удалось без видимых усилий. Японец выпрямился и медленно, боком, двинулся к правой стене. Ложным являлся крайний вертикальный луч. На всякий случай Тино его проверил. Береженого — бог бережет.