– А без меня никак нельзя? – добавив в голос заискивающих ноток, спросил Михаил. – Я потом кому хочешь скажу, что все было нормально, без нарушений, или чего там надо будет сказать.
Мужчина отрицательно покачал головой. А Седой пояснил:
– Говорить никому ничего не придется. Тебя никто ни о чем не будет спрашивать. Ты просто должен быть рядом.
– А если я чего не запомню? Или в самый важный момент, ну, там сознание потеряю? – привел последний аргумент Михаил.
Седой усмехнулся:
– Это неважно. Можешь вообще ничего не запоминать и никуда не смотреть. Твоя функция состоит не в том, чтобы что-то видеть. Ты просто временная метка. Если кому-то потребуется воспользоваться Регистратором события, он просто пройдет по твоей временной линии до необходимого ему момента. На тебе это вообще никак не отразится. А вот приобретешь ты многое.
– Что?
Седой ответил очень серьезно:
– Как минимум год ты сможешь не беспокоиться о смерти. Мы обязаны обеспечить Регистратору достаточный промежуток времени существования как до, так и после регистрируемого события. Иначе произведенная нами операция может посчитаться нерегистрированной. – Он сделал паузу и добавил уже с неким демонстративным безразличием в голосе: – Впрочем, ты действительно можешь отказаться. Это создаст нам некоторые трудности и отложит операцию до того момента, пока мы не подготовим нового Регистратора, но особенно серьезных проблем не создаст. – Седой замолчал. Некоторое время на поляне висела напряженная тишина, а затем мужчина спросил:
– Итак, что вы решили?
Миша нахмурился: это что, его на «слабо», что ли, проверяют? Ну нет – шалишь! Он решительно кивнул головой.
– Я иду с вами.
– Отлично! – Мужчина развернулся к остальным и начал быстро командовать: – Вы трое – гардиант, вы – оло, вы – имос, вы, – он кивнул подбородком в строну Седого, – охраняете Регистратора, при необходимости можете усилить свою группу за счет имос…
Михаил рукавом утер мгновенно вспотевшее лицо и, придвинувшись к Седому, тихо спросил:
– А где ваше оружие?
Седой терпеливо пояснил:
– Я же тебе сказал, мы сбежали на Землю совершенно без снаряжения. У нас нет возможности получить наше оружие.
– Ну и чего? – Миша нервно облизал губы. Ему совсем не улыбалось лезть в логово к загадочным Эббо в компании совершенно безоружных типов. – Хотя бы пистолетов, что ль, достать не могли? Да за один тот камушек, что ты мне тогда давал, сотню стволов купить можно, а за тот мешочек – дивизию вооружить.
Седой усмехнулся.
– Ваше оружие против Эббо бесполезно, но не волнуйся, у нас есть чем прижать их. Мы сами – очень неплохое оружие. Даже при нынешней ограниченной функциональности.
Михаил глубокомысленно кивнул, опять ничего не поняв. Ну да ладно, раз уж ввязался в эту бодягу, главное – запомнить. Потом они с Черным разберутся. Он – парень башковитый и про Эббо знал еще до того момента, как Миша ему рассказал о том, что о них упоминал Седой. Между тем мужчина с выраженными челюстными мышцами закончил инструктаж и развернулся к ним.
– Все готово?
Седой кивнул. И мужик, встряхнув плечами, рухнул вниз… то есть это Мише только так показалось в первый момент, а потом он понял, что тот странным образом буквально утек сквозь почву, даже вроде слегка струясь, как вода. Миша только успел вытаращить глаза, как в его плечи вцепились пальцы Седого, и он почувствовал, что сам летит куда-то вниз, к земле и глубже, как будто подзолистая лесная почва под ногами куда-то исчезла или превратилась даже не в воду, а в воздух.
Это было жутко. Если бы не спортивный опыт, когда приходилось лететь по льду и заметно прикладываться о бортик или получать коньком по руке, Михаил бы точно заорал. Он и сейчас еле удержался, но как-то сумел собрать в кучу силу воли и челюсти и даже не зажмурил глаза. Хотя пока они летели сквозь землю, ничего особенно видно не было. Только какая-то темная пелена. Но никаких неприятных ощущений, даже песок в глаза не набился. Спустя несколько секунд Миша вдруг обнаружил себя под куполом гигантского зала, высотой метров двести, а то и триста. Прямо под его ногами, метрах в ста ниже, возвышался купол летающей тарелки. И он стремительно падал прямо на нее. Михаил заорал. При падении с такой высоты от него должны остаться только ошметки.
– Не бойся, не разобьешься, – послышался со спины голос Седого, который все еще продолжал держать его за плечи. И действительно через несколько мгновений падение сначала резко замедлилось, а затем и изменило траекторию. Миша стремительно пронесся вдоль бока летающей тарелки и кубарем рухнул на гладкий пол, покрытый не плитами и не асфальтом, а каким-то странным покрытием типа плотной резины. Во всяком случае, когда Михаил, слегка очухавшись, попытался подняться, оно еле заметно спружинило под его руками. Кое-как встав на нога, Михаил напряженно огляделся. Все его спутники куда-то подевались, но Седой по-прежнему стоял рядом.
– А… где все?
Седой мотнул головой в сторону летающей тарелки.
– Большая часть там, внутри, остальные исследуют базу.
Михаил уставился на летающую тарелку. Никаких отверстий или входных ворот в ее бортах видно не было. Сверху он тоже ничего подобного не разглядел. Как же тогда они проникли внутрь? Впрочем, возможно, входной шлюз, или что там у них было, находился с противоположной стороны тарелки. Михаил покосился на Седого и осторожно двинулся вдоль крутого бока корабля. В конце концов он Регистратор или кто? Он же должен видеть все, что происходит.
Никакого шлюза с противоположной стороны тоже не нашлось. Михаил потыкал кулаком в странную поверхность тарелки, на вид шершавую, а на ощупь идеально гладкую, и нахмурился.
– А как мне попасть внутрь-то?
– Зачем? – спросил Седой.
– Ну, я же этот… Регистратор, значит, должен регистрировать, что вы тут вытворяете. И вообще, раз уж я в это ввязался, то хоть внутри летающей тарелки побываю.
Седой усмехнулся.
– Ты не понял. Твоя функция Регистратора заключается только в том, чтобы быть здесь. И все. Ничего видеть необязательно. Само твое присутствие в месте действия уже создает возможность всем, кому это может оказаться необходимо, увидеть и узнать все, что им нужно.
Михаил разочарованно скривился.
– И чего, даже посмотреть нельзя?
Седой вздохнул, пожал плечами, протянул руки и снова ухватил Михаила за плечи.
– Ну ладно, пошли, – после чего сильно толкнул его спиной прямо на стенку тарелки. Михаил судорожно сглотнул, прищурился, ожидая сильного удара о борт, и… в следующее мгновение оказался внутри тарелки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
