Графиня слегка улыбнулась шутке, но брови ее были задумчиво сдвинуты.
— Должна признаться, я совсем забыла про вашего капитана Гамильтона.
— Знаю. Но я не забыл. — Он бросил на нее взгляд, полный уверенности. — Не волнуйтесь, я обо всем позаботился.
Это такая у него черта характера, решила София, — обо всем заботиться. Не успели они вернуться в Слэйнс, а он уже отправил кобылу конюху Рори с наказом почистить и проверить на наличие ран и вызвал к Софии Кирсти, по большому счету, с той же целью. Сам же капитан остался в гостиной внизу в обществе графини.
— Я не поранилась, — сказала София, наблюдая за Кирсти, которая суетилась вокруг нее с тазом и полотенцами. — И вам вовсе не нужно мне прислуживать.
— Мне капитан Гордон велел, — ответила Кирсти голосом человека, с которого сняли ответственность. — Ой, вы только посмотрите на эту грязь!
— Боюсь, я испортила прекрасное платье графини.
— Да уж, вы его не украсили. Да и себя тоже. Боже, ваша спина! Наверняка огромные синяки проступят. Сильно болит?
— Нет, чуть-чуть, — ответила София, но вздрогнула и поморщилась от прикосновения.
— К утру занемеет. Попрошу миссис Грант сделать припарку, чтобы не распухло. Хотя я не удивлюсь, если капитан Гордон уже об этом распорядился. — Кирсти замолчала, как будто в нерешительности. София посчитала, что девушка, как и она сама, пока еще не понимала, где в их добрых отношениях проходит граница, за которую нельзя заходить, чтобы не показаться фамильярной. Наконец Кирсти снова заговорила: — Вы, должно быть, рады, что на вас обращает внимание такой важный господин, как капитан Гордон.
— Обращает внимание?.. О нет, я думаю, он просто очень воспитанный человек, — возразила София и, заметив, как на нее посмотрела Кирсти, поспешила добавить: — Ему, наверное, за сорок, и наверняка у него есть жена.
— Где это видано, чтобы такому мужчине жена запрещала смотреть туда, куда ему хочется!
София почувствовала, что лицо ее заливает краска.
— Вы ошибаетесь!
— Думайте, как вам заблагорассудится, — промолвила Кирсти, собирая измазанную грязью одежду. Но она улыбалась, и улыбка эта сделалась еще шире, когда София выбрала свое самое простое платье, которое ей меньше всего шло, чтобы спуститься вниз.
Не то чтобы София считала капитана непривлекательным мужчиной, просто ей не хотелось, чтобы его восхищение проявлялось подобным образом, и она почувствовала облегчение от того, что он почти не обратил на нее внимания, когда она присоединилась к остальным в гостиной.
Капитан спросил у мистера Холла:
— Вы окончательно надумали ехать? В эти дни ветер разыгрался не на шутку.
— Я не могу оставаться. Его сиятельство герцог Гамильтон срочно требует меня к себе в Эдинбург.
— Что ж, я с удовольствием довезу вас до Лейта. Но мы отплываем через час. Вы успеете собраться?
— Конечно, капитан. — Он повернулся к графине. — Миледи Эрролл, благодарю вас за то, что вы позволили мне задержаться у вас. Если бы не строгий тон недавнего послания его сиятельства, боюсь, вы бы никогда не отделались от меня.
— Добрый мистер Холл, в Слэйнсе вам всегда рады. Желаю вам безопасного возвращения домой.
Он кивнул, принимая благословение.
— Может быть, вы хотите что-нибудь передать герцогу?
— Ничего, кроме пожелания здоровья. Если он захочет что-нибудь передать мне, пусть обращается к лорду верховному констеблю, моему сыну.
Священник еще раз кивнул и обратился к Софии:
— Прощайте, моя дорогая. Я буду поминать вас в молитвах.
С этими словами он ушел, должно быть, собираться в дорогу.
Капитан Гордон задержался еще на несколько минут. Он сел и завел разговор о чем-то неинтересном, но было видно, что ему тоже не терпится уйти. Наконец он встал и начал прощаться.
— После Лейта я отправляюсь в Тайнмут, — сказал он графине. — Вернуться на север я смогу не раньше чем через две недели и, когда это случится, обещаю предупредить вас о своем прибытии.
— Благодарю вас, Томас, это будет не лишним.
— Госпожа Патерсон. — Он прикоснулся улыбающимися губами к ее руке, и с некоторым душевным волнением София вдруг поняла, что Кирсти была права, ибо в глазах его было нечто большее, чем дружеское участие. — Надеюсь, — сказал он, — в мое отсутствие вы постараетесь более не попадать в неприятные истории. Хотя, держу пари, очень скоро это случится.
София пробормотала какой-то вежливый ответ, не желая его задерживать, и лишь потом, когда на широком горизонте уже не было видно парусов «Короля Вильгельма», она пожалела о том, что не попросила его объяснить эти последние слова. Теперь ей казалось, что они прозвучали как предостережение.
Глава 5
Джейн, мой агент, отложила в сторону последнюю страницу и подобрала под себя ноги, уютно устраиваясь в кресле в гостиной моего коттеджа.
— И ты написала все это всего за два дня? Тут, наверное, страниц тридцать.
— Тридцать одна, — сказала я, подтаскивая стул к входной двери, чтобы встать на него и бросить в черный электрический счетчик несколько монеток.
— Не помню, чтобы ты когда-нибудь писала с такой скоростью.
— Не помнишь, потому что я и не писала. Знаешь, это отличное ощущение. Я как будто настроилась на нужную волну. Слова сами по себе появляются у меня в голове и вытекают через пальцы. Это так просто! Я рада, что ты предложила персонажа-женщину.
— Ну да, — сухо отозвалась она. — Я могу быть полезной иногда. — Она пошуршала листами бумаги, словно, как и я, не могла поверить, что они действительно существуют. — Такими темпами ты закончишь книгу за месяц.
— Сомневаюсь. — Стул качнулся у меня под ногами, и я, чтобы удержать равновесие, ухватилась за дверной косяк. — Доходя до середины, я обычно сбавляю обороты. Чаще всего так бывает. К тому же этот новый подход направляет меня на сюжетные линии, которых я не продумывала. Я-то почти все время потратила на разработку французской темы, узнавала взгляды Натаниэля Хука, чем он занимался в Париже. Нет, мне, конечно, известно кое-что и о том, что в это время творилось в Эдинбурге в среде якобитов, но, кроме записей Хука, я почти ничего не знаю о Слэйнсе и о том, что происходило там. Придется раскапывать.
— А мне нравится твой капитан Гордон, — подумав, сказала Джейн. — Хороший, сложный персонаж. Он настоящий?
— Да. Мне повезло, что я о нем вспомнила. — Монетки падали одна за другой в счетчик, и тонкая стрелка, приблизившаяся к отметке «О», неохотно поползла в обратную сторону. — Вообще странно, как в голове задерживаются случайные вещи. Капитан Гордон упоминается в бумагах Натаниэля Хука всего пару раз. Без подробностей. Хук даже не называет его имени. Но, я думаю, он все же чем-то зацепил меня, раз я его запомнила.
