— Спасибо, что рассказал, — искренне поблагодарила, толком ещё не решив, действительно ли мне стоило это знать? Хотя, наверное, лучше сейчас, чем по факту.
Я вытерла дорожки от слёз тыльной стороной ладони и обняла себя руками. Впервые за это лето мне стало холодно. От полученной информации и от того, что руки Деймина меня больше не обнимают.
— Ви, — Ратсел сделал шаг по направлению ко мне, и я сжалась, не зная, чего ещё ожидать и опасаясь собственных реакций и желаний.
— Деймин, так и знала, что ты здесь, — высокий женский голос раздался со стороны тропинки к лагерю. — Не помешала?
— Нет, Рокс, уже иду, — громко ответил Дей, положил ладонь на моё плечо в подбадривающем жесте и тихо, так, чтобы услышала только я, сказал: — До встречи, Колючка.
Они скрылись за кустами под весёлое щебетание девушки Деймина, а я продолжала стоять, обнимая себя, и думая, правильно ли поступила, согласившись на предложение Семаны приехать в лагерь на Великую ночь.
Наверное, хорошо, что это всё произошло. Теперь я перестану идеализировать Деймина в своей голове, а то я уже и забыла, что он напыщенный индюк, коллекционирующий кур в своей постели, забыла о том, что его папочка — извращенец, а яблочко от яблоньки, как известно…
И самое главное, теперь я буду гораздо чаще звонить Джейми. Этот мальчик — настоящий уникум. Такие дети рождаются один на миллион. И я не о его болезни. Джейми добрый, искренний, он учит окружающих ценить простые вещи. Очень хотелось бы сказать, что его родителям повезло с сыном… Но это такой тонкий вопрос…
Джейми действительно одним своим присутствием заставляет людей улыбаться. Там, где он появляется, словно загорается свет волшебного светильника, и этот свет исходит у мальчика изнутри.
Говорят, что целители с Ренхена, которые могут вылечить самые тяжелые травмы и болезни, не лечат заболевания сердца, потому что «сердечники» — избранные Великого, а с его волей никто не может спорить. И вот, глядя, на Джейми, в эту легенду легко поверить. Несомненно, мальчик мог бы быть избранником Великого Инопланетного Разума, посланным на Миит на время, чтобы подарить нам истинное счастье в награду за добрые дела.
Всё же его родителям повезло. Они — избранные, раз удостоились чести стать родителями такого ребёнка. Особенного ребёнка.
Глава 11. Третье лето
— Милая, ты невероятно выглядишь! — Вал смотрел на меня с неподдельным восхищением. Думаю, уже скоро я смогу привыкнуть к этому взгляду.
С Вальтером мы познакомились полгода назад перед зимней сессией. Его направили к нам для прохождения преддипломной практики. Вал учился на преподавателя гуманитарных наук: история миитской цивилизации, история Магитра, языки Миита.
Этот мужчина невероятно умён. Он свободно владеет шестью языками и неплохо изъясняется ещё на трёх. Ещё два планирует выучить во время подготовки к защите магистрской диссертации. В общем, будущий профессор. При этом Вал — одарённый маг, и через три года у него запланирована защита магической степени. А ещё через три — получение звания высшего мага. У него вообще всё запланировано.
И только меня в планах не было.
Изначально мы сблизились благодаря нашим фамилиям. Его полное имя — Вальтер ар Раминг. Как выяснилось, у нас есть какие-то общие предки, ведь «ар» — принадлежность к одному великому роду. Очень радует, что сейчас о великих родах уже все благополучно позабыли и такой градации на социальные слои нет. Официально. А неофициально — у кого деньги, у того и статус.
— Спасибо, Вал, — ответила я и скромно потупила взор — мамины наставления дают о себе знать. Всё-таки в моё подсознание она сумела вдолбить, что настоящая леди, коей я никогда себя не ощущала, должна быть скромна и обязана краснеть от комплиментов.
Я подошла к зеркалу и в который раз удивилась собственному отражению. Узнать меня в этой молодой женщине было сложно.
Да, я всё-таки дошла до салона мадам Мадом. Сделала подарок себе и своему парню на своё двадцатилетие, которое мы и направляемся праздновать прямо сейчас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Милая, если мы задержимся ещё на пару минут, боюсь, я уже не выпущу тебя из дома.
Вал подошёл ко мне сзади, обнял за талию и поцеловал в оголённое плечо.
Чего греха таить — я выглядела просто потрясающе.
Вальтер любил во мне всё и говорил об этом постоянно. Мои серые глаза, озорную улыбку, моё хрупкое тело и длинные ноги — парень мог долго перечислять всё то, что во мне прекрасно. И я ему верила. Благодаря Валу я стала увереннее в себе, осознала собственную привлекательность и поверила в то, что действительно могу нравиться таким мужчинам, как Вальтер. Умным, красивым, перспективным. Вал — мечта любой адекватной девушки.
И пусть рядом с ним моё сердце не замирает, но этот мужчина делает меня лучше.
И лишь одно ему категорически не нравилось во мне, о чём Вальтер честно говорил с самого начала наших отношений — мои кудри. Он говорил, что они меня удешевляют. И, учитывая то, что я была с ним абсолютно согласна, сомнений в выборе моего подарка для себя любимой не оставалось.
Сейчас из зеркала на меня смотрела взрослая девушка в длинном красном платье, на боку которого красовался глубокий разрез, открывающий чудесный вид на стройные ноги, украшенные чёрными лаковыми туфлями на шпильке. Серые глаза, казалось, стали ярче, а внимание к ним привлекала прямая чёлка, отрезать которую я бы никогда не догадалась, если бы не стилисты магического салона красоты, которые убедили меня, что с таким высоким лбом не носить чёлку — преступление.
Но самой большой неожиданностью для меня стал цвет волос. Меня сделали блондинкой. Белые волосы падали до плеч и были аккуратно уложены ещё утром умелыми руками мага-стилиста и до сих пор выглядели…аккуратно! «Аккуратно» и «мои волосы» — два несовместимых понятия.
Пока я рассматривала своё отражение, Вальтер перешёл к активным действиям и старательно лобызал мою руку.
— Вал, у нас ещё будет время, — я положила ладонь на его затылок, призывая остановиться, и парень, как всегда, внял голосу разума.
— Ты права. Пойдём уже, а то опоздаем.
Идея знакомства наших предков на мой день рождения возникла в гениальной голове моего парня. Я от такого развития событий была, мягко говоря, не в восторге, но спорить не стала. Просто потому, что спорить с Вальтером ар Рамингом — абсолютно бесполезное дело. Он выдвинет кучу веских аргументов и доводов, подтверждающих верность принятого им решения, вынесет мозг и испортит настроение, а в итоге ты согласишься даже на продажу собственной почки бомжу с соседней улицы за банку бычков от сигарет, лишь бы он заткнулся, и даже не поинтересуешься, зачем, собственно, бомжу твоя почка.
Думаю, его родители тоже не любили вступать в полемику с Валом, раз согласились на эту авантюру. Конечно, я прекрасно осознавала, что ар Раминги далеко не в восторге от выбора своего сына. И это — мягко говоря.
Да. Я представительница одарённого рода, принадлежащего когда-то к великим. Да, мои родители — обеспеченные люди, одарённые маги. Но я — немаг. Какова вероятность, что наши с Валом дети будут одарёнными? Хорошо, если они и вовсе не станут такими как я. Второсортными. Конечно, я с вероятностью в девяносто девять процентов испорчу ар Рамингам семейное древо и жизнь потенциальным внукам.
Но Вала это не останавливало. Пока он не говорил о свадьбе, но, наверняка, уже вписал торжество в свои долгоиграющие планы. Предполагаю, что и дата мероприятия уже запланирована.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А я… Рядом с Вальтером очень трудно решать наперёд. С некоторых пор он думает за нас двоих. А я, как марионетка, иду туда, куда поведут. И наслаждаюсь. Вот, правда. Так хорошо, когда тебе не надо ничего решать, ни о чём думать… Даже ресторан и моё платье на сегодня выбрал Вал. И самое главное, что я, чаще всего, остаюсь полностью довольна результатом.
Конечно, мы слишком мало встречаемся для таких серьёзных отношений, прошло всего лишь полгода, но Вальтер не сомневался. Я была его слабостью. Единственной слабостью.
