Читаем без скачивания Курс лечения - Николай Романов

– Не уверен, что это правильно, – не согласился с ним кап-два Геннадий Кротов, главный специалист системы разведки и целеуказания. – Если сразу скроемся, поставленная командованием задача не будет выполнена. Предлагаю лечь в дрейф и, не снимая силовой защиты, оставаться в системе. Таким образом, нам, возможно, удастся хоть отчасти выполнить приказ.

– Если только наши сканеры не будут обнаружены противником, – заметил старпом. – А сканерами пассивного проникновения, к сожалению, много не наразведуешь.

– Еще какие мнения?

Мнения остальных офицеров свелись к двум, уже озвученным вариантам собственного поведения. Кирилл и Миланов промолчали. Да их пока никто и не спрашивал…

Контр-адмирал флота думал недолго.

– Я склонен отойти в пределы Мешка, – сказал он, снимая с рукава кителя невидимую соринку. – От места встречи с конвоем мы отправим к Сорок Седьмой автоматический разведчик. Если его и обнаружат, ИскИна не жалко. А уже по результатам его работы примем окончательное решение.

Естественно, что за помощью к Земле обращаться ему не хотелось. Контр-адмирала можно было понять: во-первых, он не являлся боевым офицером – где в Звездном Флоте найдешь такого? А во-вторых, ему претило сорвать выполнение своей первой настоящей задачи.

Впрочем, во Флоте тоже царят порядки единоначалия, и, в принципе, контр-адмиралу было начихать на мнение подчиненных о тех факторах, которые движут командиром. С него спрашивают, он и решает.

Что же касается Кирилла, он бы на месте капитана линкора поступил точно так же. Как говаривал Спиря, спешка нужна только при ловле блох… И уж в данной ситуации она не нужна вовсе.

На том и порешили.

23

«Юрий Долгорукий» скрытно убрался из системы 47 UMa[5] и вернулся внутрь Мешка.

Дополнительной помощи от Земли просить не стали.

Контр-адмирал Самсонов и капитан первого ранга Усольцев провели совместное совещание старших офицеров обоих боевых кораблей, после чего капитан линкора принял окончательное решение. О нем на Землю, разумеется, сообщили, но новых приказов не запросили. По крайней мере, именно такая информация была доведена до знакомых с ситуацией флотских и галактов.

Если кто-то из них и подумал, что контр-адмирал дезинформирует подчиненных – действовать, не дождавшись одобрения со стороны министерства обороны Конфедерации! – то свое мнение оставил при себе. Тем более что в молчании министра обороны ощущалась польза для всех. В том числе – и для самого министра…

В общем, автоматический разведчик был запущен с борта «Юрия Долгорукого» и отправлен в систему 47 Большой Медведицы.

Теперь оставалось только ждать результатов разведки.

Экипажи кораблей занялись повседневными делами.

Кирилл все-таки посетил десантные транспорты и рассказал галактам о новой тактике ведения боев гостями и против гостей. Умолчав, естественно, о своей скромной роди в победоносных завершениях этих «драконьих» боев. Словами главный «кентавр» не ограничился – он продемонстрировал десантникам выжимки из записей, сохраненных СОТУ планетного штаба обороны Незабудки.

Летающие гости произвели на галактов изрядное впечатление, однако все видели перед собой соратника, участвовавшего в этих боях и тем не менее оставшегося живым. Это тоже производило изрядное впечатление. И второе впечатление, судя по оживленным репликам зрителей, среди которых чаще всего звучал восхищенный мат, превосходило первое.

А потом контр-адмирал снова собрал общее совещание.

Докладывал на нем Геннадий Кротов, главный специалист системы разведки и целеуказания линкора.

– Автоматический разведчик вернулся, господа, – сказал он. – Возле Сорок Седьмой кораблей противника на сей раз не обнаружено. Ни новых, ни старых. Видимо, нас они в прошлый раз не заметили. Так что мы можем опять приступить к выполнению ранее поставленной задачи. Кроме разведки самой системы, ИскИн изучил обстановку на четвертой планете. Как ни удивительно, его сканеры не обнаружили там животной жизни.

– Это как? – удивился Петер Штанге, главный артиллерист «Юрия Долгорукого». – Когда мы находились внутри системы, жизнь наличествовала, а теперь, видите ли, отсутствует? Чепуха какая-то!

– А не заманивают ли нас туда? – сказал капитан первого ранга Усольцев.

– С какой целью? – спросил адмирал.

– С целью уничтожить! – Капитан «Волопаса» рубанул ребром ладони воздух.

– Маловероятно. Это означало бы, что они обнаружили нас еще во время первого вояжа. Пожелай они нас уничтожить, они бы непременно последовали за линкором сюда и навязали бы нам сокрушительное сражение.

Некоторое время шла дискуссия.

Потом контр-адмирал спросил:

– Господин Миланов, а каково ваше мнение? Что у гостей… Что у ксенов может быть на уме?

«А ведь верно он поправился, – подумал Кирилл. – Какие они теперь гости? Теперь гости, получается, мы».

Эксперт-ксенолог откашлялся:

– Находясь здесь, внутри Мешка, мы все равно ничего не узнаем. Полагаю, необходимо возвращаться в систему Сорок Седьмой.

А Кирилл в очередной раз убедился, что эксперт – не просто эксперт. Его соображения явно имеют определенное значение для контр-адмирала. Но раз флотские контр-адмиралы и каперанги считают необходимым скрывать истинную личину Петра Павловича, не нам, обыкновенным майорам-галактам, менять установленный порядок. Просто будем иметь в виду, что роль господина Миланова в этой операции не столь ясна, как нам хотят вдавить в мозги…

Во всяком случае, понятно одно: господину эксперту тоже нужна эта операция, есть у него в предстоящем деле какой-то профессиональный интерес. И уж всяко не гибель земных кораблей! Иначе бы он на борту «Юрия Долгорукого» не находился…

Поспорили еще немного. Новых объяснений происходящему ни у кого не появилось.

– Принимаю решение! – сказал контр-адмирал. – Мы вернемся в систему Сорок Седьмой всем соединением, в составе обоих боевых кораблей и трех транспортов. А там будем разбираться, исходя из складывающейся обстановки. Приближаться к планете будем под защитой силовых полей.

24

Приближаться к планете можно было хоть под защитой силовых полей, хоть вообще безо всякой защиты – система Сорок Седьмой и вправду оказалась пуста. И на четвертой планете никакого шевеления не наблюдалось.

Запущенные на околопланетную орбиту сателлиты исследовали каждый клочок поверхности. Вообще говоря, физическая цель экспедиции выглядела в определенной степени терраформированной. На ней имелись океаны и горные цепи, во множестве росла трава. В воздухе присутствовало двадцать четыре процента кислорода, остальное – азот, углекислота и аргон. Почти человеческая периферийная планета… Лесов, правда, не наблюдалось. И активно движущейся жизни – тоже. В глубь океанов также отправили пару автоматических разведчиков. Ничего они там не нашли – ни рыбы, ни земноводных, ни даже водорослей…

Странная планета для находящейся за пределами Мешка… И никаких следов гостей! То есть ксенов…

Впрочем, на периферийных планетах гости появлялись как бы из ниоткуда. Так, по крайней мере, считалось официально… Кстати, те НЛО возле Незабудки, сбрасывающие драконов, скорее всего, были пространственными порталами – только внепланетного типа.

Имел ли кто-нибудь из присутствующих представление об истинных механизмах доставки гостей на человеческие миры, Кирилл не знал. И спрашивать не собирался.

Миланов-то наверняка должен иметь такую информацию…

После завершения более тщательной разведки состоялось новое совещание командного состава. Никаких прений на нем не наблюдалось. Все понимали – сказавший «а» должен сказать и «б».

Раз подошли к планете, надо высаживаться.

– Будем осуществлять десантирование! – объявил контр-адмирал. – На поверхность отправляется… Как, кстати, мы назвали эту планету?

– А так и назвали, – сказал главный астронавигатор «Юрия Долгорукого». – Странная.

– Странная? – слегка удивился Самсонов. – А собственно, какая разница!.. Итак, на поверхность Странной высаживается отряд майора Кентаринова. Транспортное обеспечение – десантный бот модели «кашалот». На всякий случай, главным артиллеристам обоих кораблей – привести свою технику в полную боевую готовность. Разумеется, по району высадки ни в коем случае не стрелять! Упаси Единый, собственный десант заденем. Дальнейшие действия будем планировать, исходя из результатов высадки. Точка приземления – в экваториальной области, вблизи линии терминатора.

– Тут два континента экватор пересекает. На какой именно производим высадку? – спросил астронавигатор.

– Пусть майор сам выберет.

На центральном боевом дисплее появилась карта планеты.

И Кирилл выбрал.

Местом высадки станет край широкой травянистой равнины, ограниченной с запада невысокой грядой холмов.