– Да хоть новый, хоть со старыми дырками – мне фиолетово. Без понятия, чего на меня эти упыри взъелись. – Я покачал головой. – Теперь думаю, что знаю человека одного оттуда. С остальными… Ну не задалось как-то знакомство, как ты мог заметить.
– Что за человек? – поинтересовался Андрей. – Посредник тот, что подставил тебя?
– Ага.
– Ты так и не рассказал толком, что за тип. Если он давно работает – я его знать должен.
– Да, может, и знаешь, фигура заметная. Немец один. – Я мрачно усмехнулся и назвал имя человека, во второй раз разрушившего мою жизнь. – Гюнтер. Ганс. Слышал?
– Слышал. – Мой проводник странно усмехнулся в ответ. – Много чего слышал. Ладно. С этим понятно. Примем за рабочую версию. Правда, не стыкуется с тем фактом, что они тебя копам сдали. Зачем это делать? Ведь сейчас, как понимаю, они стараются, чтобы ты в полицию не попал.
– А может и не Гюнтер виноват. Может, я где-то сам прокололся, когда типа того подвозил.
– Слушай, а ты мне мозги, часом, не делаешь? – Наемник подозрительно посмотрел на меня. – Может сам да Силву приголубил, а мне тут звезду в лапти обуваешь? Бабло у тебя с собой, опять же. Откуда дровишки?
– А даже если и так, тебе-то что? Совесть замучает?
Он хмыкнул.
– Не. Совесть не замучает. Просто сумма вырастет. Мне вот интересно, а сколько «Рассвет» за тебя даст?
Меня аж передернуло от услышанного. Хотя, чего я ожидал, от наемника-то?
– Девять грамм тебе «Рассвет» даст. Думаю, не надо уточнять, что не бриллиантов?
– Да я шучу. – Наемник продемонстрировал подобие улыбки. – Но в каждой шутке, как ты знаешь… Цена-то и правда растет. Тащить тебя в Зону – это не до лагеря довести. Ты ж сам понимаешь.
Я вздохнул.
– Понимаю. Сколько?
– Ну, пока удвоим сумму, а там видно будет. Мало ли, куда тебя еще вляпаться угораздит.
– Сука ты, – беззлобно выругался я. – Сердца у тебя нет. Пользуешься тем, что земляк в сложную ситуацию попал, и обдираешь его, как липку.
– Не мы такие. Жизнь такая. – В тон мне Айвэн ответил цитатой из какого-то забытого фильма.
– Угу, – я невесело кивнул. Наемник же, в отличие от меня, всем своим видом демонстрировал превосходное настроение. Еще бы. Я бы на его месте тоже радовался.
Айвэн проверил оружие, сменил магазин и подтянул ремни на рюкзаке.
– Ну, вот и порешали. Пойдем, что ли?
– Веди, – только и оставалось ответить мне…
Мы выбрались из убежища и медленно, часто озираясь, двинулись по направлению к центру Зоны. Вокруг высились деревья, на вид ничем неотличимые от тех, что росли в «нормальной», не аномальной части Рио-де-Жанейро. Хотя мои познания в ботанике были скудны.
Природа воспринималась и использовалась мной как сейфовая ячейка. Место, куда можно спрятать то, что лучше не видеть посторонним. А вот сами люди мне были интересны. Правда, не как личности с яркими индивидуальностями, а чуть по-другому.
– А что это за человек-то? Борис? – Мне вспомнился усатый сталкер у костра. – Язык знает, но по выговору не наш. С Балкан?
– С них самых, – протянул наемник, подбирая с дорожки очередную горсть мелкого щебня. – Серб.
– Понятно. – Это вполне соответствовало моим гипотезам о его происхождении. – Так и думал, если честно. И как его сюда занесло?
– Да кто его знает. – Камни дробью простучали по стволам деревьев, и наемник снова двинулся вперед – видимо, ничего не распознал. – Вообще мужик странный, но доверять ему можно. Забыть он решил все, что до Зоны было. По слухам, за полтора года, что он здесь, ни разу не выбирался на Большую землю. Так и кружит от одного лагеря к другому, живет тем, что удается найти.
– Ну, думаю, он тут не один такой, – заметил я, двигаясь следом и стараясь ступать в те же самые места, куда и наемник.
– Ну да. Чем дома-то занимался? – вдруг спросил Айвэн.
– Бизнесом. – Я пожал плечами, будто это слово все объясняло. – Не всегда честным, и не всегда легальным. Хотя у нас там все, что не связано с оружием или наркотиками, легально. Сам знаешь.
– В этом ты прав… – протянул он, по широкой дуге обходя чем-то не понравившееся ему место. И вдруг без перехода продолжил: – Ну а Борис, насколько я знаю, ветеран.
– Косовская? – попытался угадать я.
– И не только.
– Ого. Даже так? – я вскинул брови.
– Ну да. Потому тут и торчит теперь.
– Что там произошло-то такое, что он здесь отсиживается? Десять лет же прошло.
– А кто его знает? – на секунду повернувшись в мою сторону, наемник вытер лоб рукавом и пожал плечами. – Я не спрашивал.
Некоторое время мы шли молча. Потом мне пришла в голову мысль, которую я тут же решил озвучить.
– Айвэн! – я тихо позвал наемника. – Ответь мне на вопрос один, пожалуйста.
– Спрашивай, – не оборачиваясь, проговорил наемник.
– Слушай, а как ты, такой практичный, мне артефакт этот отдал. Как его… «Прикосновение матери». Он же, небось, побольше, чем сто штук стоит, раз на ноги поднимает на раз? Сколько народа выложило бы все, что имело, за чудесное спасение?
Андрей хмыкнул.
– Стоил бы. Если бы не некоторые нюансы. Во-первых – и это, пожалуй, самое главное – он работает только в Зоне. Два шага за Периметр – и все. А во-вторых… Он лечить может только физические повреждения. Разрывы, переломы, пулевые. Если кто за Периметром по тяжелой попадет – то все равно добраться в Зону не успеет, чтобы артефактом воспользоваться. А легкие ранения и так лечатся.
– Да, но как быть с теми, кто здесь, в Зоне? Они-то точно не откажутся от такой штуки?
– Конечно не откажутся. Артефакт редкий. Вот только большинство тех, кто в Зоне – его себе позволить не могут. А кто может – вроде Рикарду того же, земля ему пухом, – у того уже есть. Вот и получается, что проще себе оставить. Смекаешь?
– Ага. А тут ты нашел, как его в дело пристроить. Выгодные инвестиции типа, да?
– Типа.
Проводник замолчал, с шумом втянул в себя воздух, и остановился, подняв руку. Я послушно замер. Айвэн достал из кармана на бедре какую-то трубку, щелкнуло, и вот он уже держит длинный углепластиковый щуп. Нагнувшись и вытянув вперед руку, наемник поворошил кучу крупных желтых листьев. В ней оказался обгоревший труп. Наемник тронул останки щупом, и с одежды мертвеца поднялись тучки пепла, заставив меня поморщиться.
– «Мангал», – констатировал Айвэн. – Полностью разрядился. А вот кто беднягу листьями накрыл – вопрос. Не нравится мне это.
Я присел на корточки и прикоснулся к куче обгоревшего мяса. По определению если не времени смерти, то уж, по крайней мере, времени захоронения меня можно было считать экспертом. Сколько тел было закопано мной по безграничным лесам и болотам Ленобласти – не счесть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
