вся их бюрократическая система рухнет, как только они попытаются поставить тысячи людей на содержание, ведь главной закон тауматургии, как и большинства аномалий, таков: ты можешь воздействовать лишь на то, о чём знаешь. Если тысячи тауматургов в один момент узнают о существовании Фонда, и если этот самый Фонд будет представлять для них угрозу, они тут же направят свои силы на деструкцию оного. Отдел «П», и его попытки повсеместной чистки, тому подтверждение. Но благодаря Меморандуму, негласный договор позволяет наблюдать за потенциальными Евклидами и Кетерами в естественной среде обитания. По крайней мере, до тех пор, пока они остаются безвредны для этой самой среды.
Перемещение в пространстве, как и вся тауматургия второго уровня, давалось Вере с некоторым трудом. Ещё в детстве, когда она жила в доме Полуночи, мать научила её самой важной части этой дисциплины, а именно снятию. Это своего рода откат или сброс неудачной попытки телепортации, когда твоё тело оказывается не там, где ты рассчитывала оказаться. Девушка отлично помнила, как первые шаги в сверхъестественных перемещениях оканчивались болезненными застреваниями внутри деревьев, когда части тела перемешивались с чужеродной материей.
Чтобы попасть в ту часть леса, где жила Полночь, нужно было телепортироваться на другой берег реки, что Вера проделывала уже в не первый, и даже не в десятый, раз. Тем не менее, раза два или три она оказывалась на дне Волги, что было крайне неприятно, ведь методика снятия не возвращает время вспять; она, буквально, откидывает носителя обратно к старту.
Поэтому, стоя в тенистых зарослях, в той части набережной, куда забредают разве что бездомные собаки, Вера пыталась сосредоточиться на точке назначения, устремляя взгляд зелёных глаз в глубину леса, через воздух над рябившей поверхностью реки.
Телепортироваться на очень большие расстояния было опасно по двум причинам. Первая — это шарообразность земли, не дающая точно предугадать местоположение почвы, что может привести к тому, что точка назначения окажется либо под землёй, либо высоко в воздухе. И в том и в другом случае есть риск того, что человек не сможет успеть сосредоточиться, чтобы сделать снятие.
Вторая причина — вектор перемещения. Телепортация по ощущениям похожа на луч, который исходит от носителя в направлении точки назначения. Чем больше расстояние, тем больше разброс конечной точки, и уже на протяжении пяти километров, радиус будет составлять примерно сто метров, что может привести к распылению тела носителя в этом пространстве.
Не менее важным аспектом является уверенность в том, что твой вектор случайным образом не пересекается с вектором другого тауматурга, иначе столкновение будет неизбежно. Метод снятия в такой ситуации использовать крайне не рекомендуется по той причине, что тлееды не смогут разобраться какая часть тела вышла из нужной точки, и в пункт отправки могут вернуться лишь безжизненные останки носителя.
Впрочем, Вера была почти уверена в том, что над Волгой нет векторов, помимо её собственного, и, наглядевшись в противоположный берег вдоволь, она опустила веки, вдохнула поглубже и ощутила, как вихрь, родившийся внутри её вен, поднял тело девушки, и протащил сквозь толщу материи туда, где должна быть точка назначения.
— …лять!
Барахтаясь по пояс в густом месиве из воды и ила, девушка цеплялась за растущий у кромки берега тростник, пытаясь вылезти на твёрдую почву. Она была относительно опытным тауматургом, и аномальные действия всегда проходили как надо, единственное, что могло порушить все планы — это её мозг, который иногда будто переставал работать. Перемещение тела входило в обязанности песочных тлеедов, а вот корректировка назначения…
— Сука! Падла! Ещё и без одежды, отлично, Вера! — Ворчала девушка, выползая на берег.
Оказавшись на суше, Вера двинулась вглубь чащи, искренне надеясь, что на пути к дому матери, ей не встретится какой-нибудь грибник. Сложно было бы объяснить её появления в этом месте в таком виде.
— Скотство. — Сокрушалась про себя девушка. — Скотство и тупость! Хорошо, по крайней мере, что сейчас лето.
Явившись на пустырь перед хижиной, Вера остановилась в недоумении. Обычно Полночь за километр видела её присутствие, и потому встречала дочь уже на подходе к жилищу, но в этот раз её не было. Вера бы заподозрила неладное, думая о Ржавчине, но она однажды стала свидетелем, как Полночь рвёт Блуждающих на части, используя жестовые атаки, а потому предположение такое было бы смешно.
Кстати, о силе жестовых атак. Часто, чтобы заставить мозг точнее направлять силу тлеедов, люди используют жесты. Это позволяет превратить обычный выброс аномальных сил в строго направленный удар, разносящий всё на своём пути, либо в устойчивую преграду на манер щита.
Когда Полночь столкнулась в битве с исповедником Ржавчины, со стороны казалось, будто она просто танцует, время от времени, то появляясь, то исчезая. Грациозно размахивая руками и кружась по всей поляне перед хижиной, она срывала с невидимого, для двенадцатилетней Веры, противника обширные части плоти. Завеса то накрывала её, во время возникновения связи с Ржавчиной, то вновь спадала, открывая её широкую, почти безумную улыбку взгляду дочери. Когда Полночь делала оборот вокруг своей оси, очерчивая двумя пальцами пути аномально созданных невидимых лезвий, разрезающих пространство. Полы её длинной юбки, слегка поднимались на ветру, как и чёрные, будто смола, извивающиеся волосы.
От воспоминаний Веру отвлёк шум, раздавшийся совсем рядом. Обернувшись, она наткнулась на пару зелёных глаз, таких же ярких, как и неё. Сестра Полночь материализовалась в нескольких шагах от дома, принеся с собой несколько песчинок.
Сестра Полночь
— Здравствуй, Вера, — сказала она, протягивая девушке её одежду. — Видела твоё убогое перемещение. Решила, что будет быстрее мне переместиться туда и обратно.
— Спасибо. Я пришла по делу. — Ответила девушка, засовывая голову в пространство бескрайнего свитера.
— Вся нечисть с области ползёт в город, — монотонно протянула Сестра, сводя тонкие чёрные брови.
— Есть мысли, почему это происходит?
Отстранившись от дочери, Полночь сцепила за спиной спицевидные пальцы рук, и медленно зашагала по округе, оглашая пустырь хрустом сухих листьев.
— Месяц назад я и Полдень стали замечать, что кто-то проводит обряды, предшествующие Вскрытию.
— Вскрытию?
— Насильственные действия, образующие дыры, ведущие в соседние миры. Методика была настолько древней, что мы так и не смогли узнать, кто или что за этим стоит.
— Это и есть причина происходящего? — Предположила Вера, прыгая на одной ноге, в попытке обуть сандалии.
Полночь покачала головой.
— Не совсем. На днях все следы Вскрытия просто исчезли. Кто-то будто переписал реальность целой вселенной.
— В смысле? Такое вообще возможно?
— Создать вселенную заново нельзя, но можно сменить направление, по которому движутся события внутри.
