усталость, а Грета куда-то исчезла.
— Грета, ты где? — шептал безумец стоя посреди трупов.
Позади послышался гул, он шёл из глубин артефакта.
— Ты хочешь мне что-то сказать? — спросил мужчина ковыляя к каменному изваянию.
Резко и с шипящим звуком из символов и иероглифов на стенках артефакта вырвался поток жидкости. Как будто кто-то пшикнул пульверизатором. Одна из струй угодила Морбису прямо в лицо. Тот ещё несколько раз попытался поймать ртом воздух и рухнул рядом с грудой мяса, которая ещё совсем недавно была пятью людьми.
Дверь поврежденную Морбисом взламывали минут двадцать, пока по приказу Херцога не принесли тяжёлый домкрат, которым вскрыли проход на раскоп. Первой партией зашли двое солдат во главе с Херцогом, а следом за ними Гарза, Фусенко и группа спасателей.
— Тут некого спасать. — произнес Херцог смотря на бесформенную биомассу из человеческих останков.
— Какой же нужно обладать силой, чтобы такое сделать. — прошептал Фусенко.
— Человек иногда способен сотворить то, что ему не свойственно и казалось бы не под силу. — ответил полковник.
— Мне нужны камеры наблюдения. Полная запись происходящего.
— Что делать с… телами? — спросил один из спасателей.
— На осмотр, затем в крематорий.
Раздав указания Гарза прошёлся ещё раз по раскопу осматривая тот погром, что учинил слетевший в катушек Морбис. Артефакт горел ярче обычного и он это чувствовал. Всё это чувствовали. Но лишь Гарза обратил внимание на какое-то странное вещество стекающее по стенкам артефакта. Достав в пробирку из чудом не поврежденной коробки с расходниками он собрал эту густоватую массу в банку, надёжно закрыв убрал в карман и удалился с места побоища.
В это же время.
Меня долгое время куда-то везли, постоянно вводя мне все новую и новую дозу стимуляторов, которые должны были не дать мне вырубиться. Лиц и имен я не запомнил, возможно даже они их и не показывали и не говорили, но отчетливо помнил, как один бил меня по щекам, не давая отрубиться, когда действие очередного стипака подходило к концу. Я уже не знал, от чего мне хуже: от раны, которую ни кто даже не собирался перевязывать или от передозировки средств, что мне ввели эти уроды.
Следующий удар по щеке привел меня в чувства уже на улице, где на меня смотрел кто-то знакомый. Не только по голосу, но и внешне. Это был Сайкс.
— Ты…ты же мертв… — спросил я, выдавливая слова через силу.
— В каком-то смысле да Кригг, но явно не в том, в каком думаете ты и твоя дружка. — отвечал его знакомый, немного резкий голос.
— Что тебе надо?
— Да ничего особенного. Просто денег. Как видишь, я особо не поменялся, а вот ты…не стоило тебе принимать этот контракт, старик.
Только я хотел поднять голову и посмотреть в его глаза, как в уши пробился громкий звук выстрела, а живот скрутила резкая боль. Те, кто меня держал, выпустили меня, дав рухнуть на землю и услышать…
— От тела избавьтесь и приступаем к поиску девки. Кое кто готов за нее неплохо заплатить.
Лаборатория «Альфа», комплекс «Возрождение»
Немного позже.
Пока весь комплекс был на ушах от произошедшего на раскопе, а служба безопасности занималась выяснение обстоятельств жестокой расправы Морбиса над коллегами, Гарза уже привычно для всех находился в своей лаборатории и внимательно изучал жижу снятую со стенок артефакта. Внешне данная субстанция напоминала желе розоватого цвета, без запаха и ни как не реагировавшее на внешние раздражители. Гарза интересовался тем, откуда она появилась на артефакте. Если она была там, то как она сохраняла свое состояние на протяжении всего существования артефакта? Или может быть артефакт сам начинает вырабатывать эту субстанцию при определённых обстоятельствах?
Капнув каплю этой жидкости под микроскоп доктор перевёл взгляд на монитор компьютера. На экране появилось множество маленьких продолговатых объектов, они перемещались с помощью маленьких усиков и их поведение ни чем не отличалось от обычных микроорганизмов. Изменение состава атмосферы и плотности воздуха в боксе ни к каким изменениям не привели. И в этот момент Гарза начал слышать странные звуки. Но не ушами. Эти звуки словно были в его голове, как будто кто-то общался с ним телепатически. Звуки становились то громче, то тише, приобретали разные тональности, и сливались в единую, бессвязную какофонию звуков. Из всей мешанины звуков он смог разобрать лишь «кровь». При том, что звучало это все на неизвестном ему языке, но он был уверен, что смысл наиболее внятного из услышанных им слов, это «кровь».
Гарза ощутил на своём плече чью-то руку и испуганно взглянул вверх. Это был Фусенко.
— Всё нормально? — спросил гость.
— Да, все в норме. А что?
— Я стою и зову Вас уже несколько раз.
— Но я ничего не слышал. В общем, не важно. Какие новости?
— Тела с раскопа перевозят в морг. Служба безопасности оставила все кадры с камер наблюдения себе и не хочет их отдавать. Херцог упёрся и не пускает никого на раскоп.
— Я поговорю с ним, он предоставит Вам право доступа и к съёмкам и к артефакту — ответил Гарза вытирая пол со лба.
— С Вами точно все нормально?
— Да, я просто изучаю жидкость найденную на артефакте.
— Жидкость?
— Да, там каким-то образом появилась эта жижа. Я собрал её, хотел изучить.
— И что это?
— Похоже Морбис мастурбировал на артефакт.
— Что? Зачем?
— Он вроде как в галлюцинациях видел свою жену. Может это и повлияло. А вообще, господин Фусенко, слишком усталое у вас лицо.
— Да, думаю вы правы, как всегда.
Когда Фусенко покинул лабораторию Гарза выдохнул. Его самого испугало то, что он услышал у себя в голове, и делиться этим с Фусенко — человеком, доверие к кому хоть и не абсолютное, но весьма серьёзное, Гарза не стал. Оставшись в одиночестве он достал из холодильника пакет крови, на котором было написано «Паркер». Набрал в шприц немного и поднёс его к капле жидкости с артефакта.
— Ну что же, мистер Паркер, будете первопроходцем.
Красная капелька упала на неизвестную жидкость, и картинка на мониторе резко изменилась. Бактерии тут же принялись двигаться, поглощать кровь, расти и делиться. С каждой секундой колония бактерий увеличивалась покрывая под собой маленький прозрачный поддон. Сами микроорганизмы тоже изменились, отрастали более длинные усики, а тельце получало пластинки.
— Так вот что им надо, — прошептал Гарза, — Пища.
Всего за минуту колония увеличилась в несколько раз и из капли превзошла по размерам пластиковую ключ-карту. И это всего от одной капли крови! Вновь взглянув на экран Гарза заметил, что некоторые микроорганизмы начали сплетаться вместе, образуя единое,
