Я кивнул, вспомнив поучения Нино Феррари и его совет надевать шерстяной свитер.
— Поехали, — сказал Джони, — на сегодня достаточно. Попробуем еще раз днем. В свободное время вам нужно много есть и заниматься физическими упражнениями. Когда мы начнем работать, увидите, как быстро иссякнут ваши силы.
Мы отцепили лодку от коралла и оттолкнулись. Начался отлив. Через час лагуна превратится в полоску песка, появятся отвратительные мертвые рифы. В небольших лужах будет кипеть жизнь.
Джони взялся за весла. Мои глаза были прикованы к пляжу, где под брезентовым тентом лежала Пэт Митчел. Я думал о предстоящем разговоре. Что может соединить пропасть между нами? Я хотел, чтобы она уехала, но несколько дней нам придется быть вместе. Тропический остров — рай, но может стать адом, если люди не могут жить в гармонии.
— Мисс Пэт очень сожалеет, Ренбосс. Она хочет это сказать, но не знает как.
— Беда в том, что и я не знаю.
Джони мягко улыбнулся.
— Она хорошая девушка и сделает все, что обещала. Настанет время, и она уедет. Она повторила мне то, что сказала вам.
— Хорошо, Джони. Я поговорю с ней. Приготовь поесть и оставь нас одних. Попытаюсь что-нибудь придумать.
Он молча опустил весла и больше не проронил ни слова. Когда мы подъехали к берегу, между нами не было недомолвок.
Глава 9
Полуденное солнце прожигало брезентовый навес, мы перенесли Пэт Митчел к большой палатке в тень деревьев. Я оставил Джони устраивать ее, а сам пошел переодеться и приготовиться к разговору.
Когда я вернулся, она лежала обложенная подушками с косметичкой в руках. Только сейчас я увидел, что она удивительно красива. Ее щеки обветрились и разгорелись здоровым румянцем. Волосы, которые раньше висели, как пакля, были расчесаны и сверкали. Точеные скулы, маленький, гордо вздернутым подбородок, темные, застенчиво прищуренные глаза, поверх одеяла — спокойные руки.
Она была настоящей женщиной — маленькой, древней, золотой статуэткой. Я сел в ногах, достал сигарету и предложил ей, но она молча покачала головой. Закурив, выждал несколько минут, чтобы собраться с мыслями.
— Мисс Митчел… Пэт…
— Нет, мистер Ландигэн, позвольте мне!
Она наклонилась вперед, боясь забыть отрепетированные фразы и потерять их значение:
— Сегодня утром я вела себя безобразно. Ненужная жестокость. Не знаю, почему я это сказала. Хотя нет, знаю. Потому, что вы видели меня раздетой, вы не имели права… Да… Я очень сожалею и готова покинуть остров в любой момент, когда вы пожелаете. Я никому не скажу, что была здесь… Никому!
Она устало легла на подушки, испуганно глядя на меня в ожидании ответа. Я попытался улыбнуться, но у меня ничего не вышло. Улыбка — признак доверия.
— Мне тоже жаль, что все так случилось, — ответил я. Я впервые вернулся сюда… после отпуска с женой. Трудно объяснить, что я почувствовал. Я не мог допустить и мысли о том, что кто-то…
— Вторгается?
— Да, — совершенно верно — вторгается. Но это не ваша вина, а моя. Вы были больны, вы… Черт возьми, я был настоящим грубияном. Извините! Теперь давайте поговорим о чем-нибудь другом.
Она улыбнулась. Брешь недоверия была заделана. Она попросила сигарету, я дал ей прикурить. Разговор увел нас далеко от опасной темы.
Я рассказал, что о ней говорили на побережье, о молодом влюбленном аптекаре, о жителях островов, которые удивлялись тому, что она в одиночку плавает на маленькой лодке. Пэт рассмеялась.
— Удивлялись? Они подумали, что я сумасшедшая.
— Я с ними согласен, ваша лодка непригодна для глубоководья.
Она пожала плечами.
— Ничего страшного, если быть осторожной и следить за погодой. Мне почти всегда везло.
— Почти всегда?
Они кивнула.
— Хуже всего было здесь. Дул сильный ветер, на море волнение. Я не особенно испугалась — берег был близко, но я долго не могла найти проход.
— И что же вы сделали?
— Плавала вдоль рифа, пока его не нашла.
— Опасно.
— Да, очень. Но мне не оставалось ничего другого. Даже когда я попала в течение прилива — это напоминало объездку дикой лошади. Но я все равно справилась.
Маленькие крепкие руки лежали поверх одеяла. Слишком упрямый рот, улыбающиеся губы. Отважная девушка с чистым сердцем. Пэт становилась все более и более привлекательной. Это было опасно.
— Вы — натуралист. Странное занятие для женщины, как вы думаете?
Она гордо вздернула подбородок.
— Не вижу причин, почему. Я люблю свою работу, хорошо зарабатываю, у меня много свободного времени для разных вещей.
— Ну, да?
— Совершенно верно.
— Над чем вы работаете сейчас?
— Докторская диссертация. Экология Haliotis Asinina. Для вас, Ренн Ландигэн, это просто рыба-баран.
Она моментально поставила меня на место. Мне оставалось только удивляться ее оперативности. Наступила ее очередь задавать вопросы.
— Чем вы сейчас занимаетесь, Ренн?
— Учусь плавать с аквалангом.
— Ради удовольствия?
— Да. Вы что-то имеете против?
— Нет, это отличный отдых, но что вы будете делать дальше? Я имею в виду, чем зарабатывать на жизнь? Вы же не можете провести всю жизнь на этом острове.
Я ступил на тонкий лед: ее не сбить пустой болтовней. Пожав плечами, сделал горестное выражение.
— Я не могу больше преподавать. Ни один университет теперь не согласится принять меня на работу. Но я неплохой историк и вокруг полно материала, чтобы написать одну-две книги. Знаете, — я развел руками, — вы слышали о старинных кораблях, пиратах, поисках жемчуга? Все это никогда не было систематизировано.
Она вспыхнула, в глазах появился живой профессиональный интерес.
— Да, Ренни, это очень интересно! Ведь побережье Австралии называют варварским. Здесь полно материала — пираты, жестокость, романтика — все что хочешь. Если бы я была писателем, то не прошла бы мимо. Хочу вам кое-что показать.
Она щелкнула косметичкой, вынула маленькую коробочку и, достав из нее круглый предмет, положила его мне в руку. Я окаменел — это была точная копия той старой испанской монеты, которую мы нашли с Джанет. От моего лица отлила кровь, губы пересохли, мои мечты разлетелись как карточный домик. Монета с ладони смотрела на меня немигающим золотым взглядом. Я поднял голову и тихо спросил:
— Где вы ее нашли?
Объяснение Пэт оказалось простым и бесхитростным.
— Здесь, на острове. Я копалась во время отлива среди скал и увидела плоский, круглый предмет, похожий на коралл. Не знаю, почему я его подняла? Наверное, у него была не совсем обычная форма. Потом под налетом травы я увидела потускневший металл. Принесла его в палатку, очистила, и вот результат.
