Кое-где всё же советы народного образования пустили корни. Вспомним, например, Арзамасский уезд Нижегородской губернии, Басманный район Москвы и др.
Гражданская война повернула все дело на другие рельсы. Она потребовала прежде всего ответа на запросы момента; нужна была агитация, сильная, яркая. Это было орудие борьбы. Некогда было думать об органической связи с населением, его надо было поскорее политически сагитировать. Так, выпячивая на первый план агитацию, работал ПУР, и не мог иначе. Плакаты, музыка, митинги, речи. Все это создавало настроение у красноармейцев и у окружающего населения. Без этого нельзя было бы воевать. Такие формы работы диктовала военным учреждениям железная необходимость. По мере того как гражданская война постепенно охватывала всю страну, и работа гражданских учреждений стала принимать тот же агитационный характер. Созданы были агитпоезда, агитповозки, агитпункты. Внешкольный отдел превратился в Политпросвет, а его агитационный отдел приобрел исключительно актуальное значение. Работа развивалась. В целях объединения и координации всей агитполитпросветработы республики в Главполитпросвет влиты были агитпоезда и агитпароходы, агитпункты, РОСТА, наконец, организации ПУРа, в значительной своей части часто знавшие и ценившие лишь одну агитработу, привыкшие к размаху военного времени. Штаты Главполитпросвета стали расти не по дням, а по часам и доросли до двух тысяч, штаты губернских политпросветов доросли до 150 человек и т. д. Число политпросветучреждений стало также расти с неимоверной быстротой. Ко II Всероссийскому съезду политпросветов мы имели около 80 тысяч изб-читален, 100 тысяч ликвидационных пунктов, 30 тысяч библиотек, 10 тысяч народных домов, 72 губернские совпартшколы, 300 уездных, 400 районных — всё в том же астрономическом стиле. Когда попробовали составить смету, вышло что-то около 143 триллионов. А условия работы были тяжелые, кормить работников было нечем, состав их в политпросветах менялся, как в калейдоскопе. Понятно, что при таких условиях места заговорили об углублении работы, о разработке методических подходов и т. п.
Было бы ошибкой, однако, думать, что агитационный период ничего не дал внешкольной работе. Его главная заслуга в том, что он без остатка стер старое крохоборство, придал работе должный размах, дал ей широкие перспективы, привлек к ней внимание партийных кругов, дал ей кадры новых, политически хорошо подготовленных работников.
Теперь гражданская война кончена, на фронтах пока что почти спокойно, море входит в свои берега. Теперь необходимо использовать завоевания революции. Нужна упорная длительная работа, и в первую очередь работа культурная, без которой невозможен и общий хозяйственный подъем. Никогда не была так велика жажда знания в массах, как теперь. Правда, обычная агитация уже не удовлетворяет потребностям выросшей массы, зато особенно чутко воспринимается углубленная, связанная с хозяйственным строительством агитация и пропаганда, зато возросло тяготение к книжке, желание учиться.
Новая экономическая политика, выдвинувшая вопрос о рационализации хозяйственной жизни, о рационализации управления, неизбежно поставила два вопроса: о сокращении штатов, во-первых, и о сокращении государственных расходов на все почти отрасли работы, во-вторых. Комиссия Ларина сократила почти вчетверо — а где и больше — штаты. Совнарком на работу дал денег много меньше, чем рассчитывали комиссариаты. Ноябрь и. декабрь были месяцами весьма трудными: переходить, на новые рельсы не так-то легко. И если необходимость сокращения штатов очевидна была для всех, то много хуже дело обстояло с кредитами. Сокращение последних стало вызывать закрытие политпросветучреждений. Отчаянные телеграммы и письма посыпались в Главполитпросвет. Местами сокращение кредитов повело чуть не к повальному закрытию клубов, школ, читален — их как ветром смело. И здесь особенно резко сказалась недостаточная связь политучреждений с населением. Не хватает рублей у государства — перестает существовать и политучреждение. Ясно, что корней оно в массу не пустило, а было насаждено сверху. Есть, конечно, и весьма жизненные учреждения, и их не мало — они выживают при новых условиях.
Как всякий кризис, и нынешний переживается болезненно, но причин унывать нет: и сокращение штатов, и сокращение кредитов принесет только пользу делу. Сократятся штаты — сократится бюрократическая машина, уменьшится ненужная переписка, упростится все делопроизводство. У каждого работника будет свое дело. Сокращение штатов сделает то, что из всей массы можно будет оставить наиболее квалифицированных и добросовестных работников, что тотчас же скажется на качестве работы. Снабжение работников поставлено будет лучше, что даст возможность спрашивать с них больше. Обслуживание самого аппарата потребует меньше сил, меньше забот. Интенсивная работа поведет за собой сокращение ненужных собраний и заседаний, и аппарат станет деловым.
Какая же задача стоит теперь в деле налаживания аппарата?
Во-первых, необходимо, чтобы все работники политпросветов, вплоть до занимающих самые незначительные должности, ясно представляли себе задачи работы отдела, заинтересовались бы идейной стороной дела и сплотились вокруг него.
Во-вторых, надо заботиться о повышении квалификации работников. Необходимо добиваться у губкомов закрепления за политпросветами известного количества определенных ответственных работников. Когда в полгода меняется шесть раз заведующий политпросветом, тогда ни о какой работе говорить не приходится. Громадное значение имеет также тщательно обдуманный подбор кадра работников. И наконец, работа должна быть так поставлена, чтобы каждый работник на ней учился, а к нему постепенно можно было бы предъявлять всё более высокие требования. Всякие педагогические школы, курсы, техникумы дают только общее понимание работы, научиться же работе можно лишь в самом процессе работы, если она правильно организована.
Наконец, надо поднять интенсивность работы. Прежде всего, конечно, необходимо добиться, чтобы всегда все были на своих местах. Но самбе главное — правильное распределение работы. Необходимо, чтобы каждый работник в каждый момент знал, что и как ему надо делать; чтобы в его работе не было перерывов, вызываемых отсутствием указаний; чтобы был постоянный контроль работы каждого — контроль, вытекающий из соподчиненности работы, а не какой-либо сторонний, внешний. Поскольку политпросветы стали вырабатывать на каждые три месяца планы своей работы, они вступили уже на путь правильной организации труда, но важно, чтобы этот плановый характер работы шел вглубь, чтобы у каждого подотдела, у каждой секции был свой недельный план, у каждого работника был свой дневной, разработанный наперед план. Только так мы можем научиться работать интенсивно, по-настоящему, как от нас повелительно требует этого жизнь.
Другой вопрос — вопрос о сокращении кредитов — гораздо более сложен. Тут еще не установлен детальный план работы при сокращенных кредитах, он требует проработки. Вообще следует различать два вида политпросветработы. Во-первых, работа, которая по существу должна носить государственный, централизованный характер. Возьмем, например, работу РОСТА. Его задача — собирать радиотелеграммы со всей России и из-за границы, выбирать из них самое существенное, показательное, яркое и снабжать таким профильтрованным материалом всю печать. В задачи РОСТА входит также инструктирование печати и снабжение ее статьями ответственных работников по наиболее важным вопросам советского строительства. Ясно, что содержание РОСТА должно лечь на государство. Однако не целиком. Газеты имеют теперь все шансы превратиться в доходное предприятие: они становятся платными, в них будут печататься объявления, и потому правильно будет, если они будут оплачивать содержание РОСТА в той его части, которая падает на радиотелеграфное агентство. Было бы неправильно, если бы доходы с газет шли лишь на повышение оплаты сотрудников, наборщиков и пр. Платность так платность, расчет так расчет. Газеты должны оплачивать телеграммы. С другой стороны, и РОСТА должно по одежке протягивать ножки — не делать неоправдываемых затрат. Тогда РОСТА будет обходиться государству много дешевле.
Возьмем другую отрасль работы — подготовку работников совпартшколами. Конечно, дело организации совпартшкол должно быть централизовано, проходить под непосредственным руководством центра, под его контролем.
Все, что преследует- цели агитации, должно падать на государство: агиткампании, агитпоезда, агитпароходы, агитпункты и агитпосты. Но тут надо всячески облегчить государство. Лекции по специальным вопросам той или иной агитационной кампании должны оплачивать клубы, школы, избы-читальни и т. д. Помещения для агитшкол должны предоставляться исполкомами безвозмездно, часть агитационной литературы должна пускаться в продажу для покрытия части расходов на бесплатную раздачу и т. д.
