ангельской внешности.
Когда восторг учеников улёгся, что весьма порадовало Тартоса, он дал им последний совет.
— На последок запомните. Не всё должно быть в памяти третьих глаз, самую важную информацию лучше держать в собственной голове. И решение принимайте вы, покумекав собственными мозгами. Не позволяйте третьим глазам за вас ни одного решения принять. Они не друзья вам — зарубите себе на носу это раз и навсегда. — Давал последние наставления он. — Пусть знают своё место.
— Хорошо. — Пообещали ребята и через полчаса, полностью экипированными вышли из лавки оружейника.
7. Клоуны
— Ха-ха-ха! — Не сдержавшись, во всё горло рассмеялся Димка. Да и как тут было не рассмеяться, если из сильно поредевшей толпы покупателей к ним вышли Вовка с Ленкой в до жути смешных одеяниях. Он был с ног до головы опутан какими-то ветками, а она по ходила на толстую курицу на тонких ножках и двумя облезлыми крыльями за спиной, причём смехотворного размера.
— Вы чё так вырядились? Клоунами себя возомнили? — Поинтересовался, едва сдерживая смех Никита.
— Нет. Они опозорить нас решили перед всеми избранными, слетевшимися в этот мир с разных планет. — Недовольно заявила Катька, презрительно окидывая Ленку взглядом.
— За то вы, супер модные, как я погляжу. Не боитесь в таком лёгком шмоте за куполом замёрзнуть? Там зима, как — никак. — Не обращая внимания на насмешки.
— И вообще, скоро мы узнаем, кто из нас смешно выглядит, а кто модно. — Высоко задрав носик, заявила Ленка подруге.
— Ой, вот только не надо из себя крутышку строить. — Перекривляя Ленку, сказала Катерина. — Ты похожа на амура переростка. На тебя смотреть смешно, а идти с тобой рядом вообще стыдно.
— Ну так и не иди со мной рядом. Держитесь позади нас, раз вы такие стыдливые красавицы. — Обиделась Ленка и подошла к Вовке поближе.
— Да не обращай внимания на идиотов. Красота шмота ещё не говорит о его полезности. — Попробовал успокоить напарницу Владимир, но понял, что ему это не удалось.
— Судя по всему. — Важно молвила Катька, чувствовавшая себя просто сногсшибательной красавицей на фоне Ленки. — Мы уже полностью готовы отправиться в путь. Так может, пойдём уже? А то не хочется лишнее время светиться в городе рядом с этими клоунами.
— Да. Пора выдвигаться. — Согласился с девушкой Никита, одетый в добротные легкие доспехи, сшитые из кожи.
— Пора так пора. — Кивнул Вовка и без лишних слов направился к южным воротам из Аджадана. Ленка быстро посеменила следом за ним, стараясь держаться за его спиной ровно так, как её учили.
Катька же взяв под руки Димку и Никитку, потянула их следом за клоунской парочкой.
— Это плохая идея. — Выдернув свою руку, заявил Димка. — Я, конечно, понимаю, что ты желаешь остаться в памяти горожан несравненной красавицей, ушедшей в Застенье под руки с двумя защитниками, но лучше оставь эту ерунду в мечтах.
— Но почему? — Наигранно надув губки, спросила девушка.
— Потому что наши с Никиткой руки, должны быть свободны, чтобы вовремя выхватить оружие. — Раздражённым тоном пояснил парень и, не сбавляя шаг, пошел дальше, но уже один. Его просто бесили такие девки как Катька. Ведь он рос в достаточно обеспеченной, даже весьма обеспеченной семье и об этом мгновенно узнавали красотки, где бы он ни появлялся. Узнавали и начинали липнуть к нему как банные листы к пятой точке. И каждая вела себя до жути приторно и неестественно. Все как одна пытались казаться лучше, чем они есть на самом деле. Все как одна готовы были сразу прыгнуть к нему в постель. Но больше всего его бесили эти надутые губки по поводу и без повода. Неужели, эти девчонки не понимают, как нелепо выглядят, пытаясь косить под малых детей, что капризничая, или обижаясь, не могут сдержать свои эмоции и начинают мило дуть губы? Неужели не понимают, что это смешно смотрится на девушках.
— Брр. — Передёрнул плечами Димка от отвращения. — И с ней, придётся так долго путешествовать, кошмар какой-то. Но делать нечего, больше никто не согласился из ребят играть с самого старта вместе.
Тут взгляд богатенького мальчика, упал на облезшие крылья, смехотворно маленького размера, что Ленка прикрепила к своей спине поверх вполне добротной шубки. В ней не было ни капли стиля, не было и намёка на красоту, но почему-то именно по этой причине, ему захотелось общаться именно с ней, а не с Катькой.
— Ха. — Продолжая идти под аркой купола к выходу из города, думал Димка. — Да она на меня ни разу не взглянула как на парня, словно я просто один из многих. Может, поэтому мне так легко рядом с ней? Потому что она не пытается соблазнить меня? Скорее всего, так. Понимает, что не красавица, а значит, никаких шансов не имеет, вот и ведёт себя со мной нормально, а не как эти однотипные красотули. Точно — точно, я прав. Тогда, жить буду, просто стану держаться с Вовкой и Ленкой и меньше с Катькой болтать. Вон, пусть Никитос с ней нянчится, ему по ходу это даже нравится. Неужто влюбился? Или просто в койку хочет затянуть, пока шанс есть? Хотя, мне всё равно, главное, чтобы от меня держал её подальше.
— Всем приготовиться. — Громко приказал Вовка, и Димка встрепенулся, отбросил размышления в сторону, пришла пора испытать свои силы.
Яркий солнечный свет, отражённый от снежного покрывало резко ударил в глаза, ослепляя. В голову ударила резкая боль, вызванная ярким светом, глаза невольно заслезились, и Вовка инстинктивно поднял щит, желая укрыться в его тени от ослепительного света.
— Дух! — Раздался приглушённый, но довольно сильный удар угодивший прямо в щит и Вовка мысленно поблагодарил капитана за науку. Если бы он не приучил его в любой мало-мальски неприятной ситуации поднимать щит, чтобы даже от солнца и дождя со снегом укрываться, то сейчас этот сильный удар пришёлся бы прямо в его милое личико. А этого допускать ни как нельзя, он ведь в кое-то веки с дамами путешествует. А значит, нужно хотя бы с непобитой мордой ходить.
Вовка думал, а в это время глад ударов не прекращал сыпаться на его щит. Каждый удар был сильнее и мощнее предыдущего. Каждый удар наносился в новую точку на щите, словно кто-то прощупывал его в поисках слабого места.
— Если так и дальше пойдёт. — Подумал юный танк, подметив, что снег начинает скользить под ногами, из-за чего после каждого нового удара он скользил обратно к воротам из города. Пусть на пару сантиметров, но двигался в обратном направлении.
