По замыслу американских генералов, в идеале, эта сеть будет обеспечивать платформу для реализации операций, когда и где это необходимо, обеспечивать сдержанную реакцию в стране пребывания и обязывать региональных партнеров исполнять большую часть бремени, насколько они могут ее осилить. Это будет максимизировать ценность и осуществление решений на местах. Кроме того, сеть может быть в состоянии держать врагов и потенциальных соперников на грани риска, угрожая навязать непосредственные и косвенные расходы на необходимые ресурсы или сделав их дорогими, если они пожелают нарушить стратегический статус-кво. Эта возможность может заставить экспансионистские силы подумать дважды, прежде чем действовать за пределами своих границ.
Теоретически глобальная сеть Landpower могла бы занять стратегическую высоту и сохранить глобально распределенное выгодное положение, что эффективно сдерживает значительные действия противника, то есть потенциально полезную форму стратегического маневра. Как определено в Joint Publication 3–0, «маневр – это движение сил по отношению к врагу, чтобы получить или сохранить позиционное преимущество, как правило, для того, чтобы нанести либо угрожать нанести прямой и косвенный огонь маневрирующими силами. Эффективный маневр выводит противника из равновесия и, таким образом, также защищает дружественные силы. Это способствует материально в эксплуатации успехов, сохраняя свободу действий, снижая уязвимость, постоянно создавая новые проблемы для врага».
Когда сдерживание не срабатывает, или если ситуация нуждается в других эффектах, сеть предоставляет гибкие опции для старших офицеров министерства обороны и лицам, принимающим решения, для дальнейшего формирования, принуждения, изоляции, нарушения, навязывания долгосрочных затрат, или решительного уничтожения и победы над врагом по всему спектру угроз, от традиционного национального государства к нерегулярным или гибридным вызовам. Это потребует структуризации взаимозависимых обычных сил, сил специальных операций, а также межведомственных партнеров для успешной реализации национальных стратегий безопасности и обороны, что лучше стратегий, сдерживаемых частично оптимизированной силовой структурой с неполными возможностями, отношениями и взаимодействием.
Императивы, лежащие в основе глобальной сети Landpower, могут включать:
• стойкое участие: построение долгосрочных, прочных отношений и военного потенциала с союзниками, региональными партнерами и силами принимающей страны;
• стратегическую оценку: понимания последствий военно-стратегической деятельности/бездеятельности и эффективности силы в контексте ситуации и с точки зрения соответствующих заинтересованных сторон; информирование с помощью постоянного присутствия и участия;
• взаимозависимость: взаимная зависимость членов друг от друга. Каждый имеет «долю в игре» в той или иной степени, как того требует ситуация;
• доверие: выстраивается медленно и не спеша, до возникновения кризиса; достигается через постоянное присутствие и взаимодействие;
• сотрудничество: достигается доверием и осуществляется непрерывно по всей сети.
Принципы глобальной сети Landpower могут включать:
• универсальность: возможность предоставлять широкий спектр жизнеспособных стратегических вариантов, от открытого, многонационального, комбинированного вооруженного маневра, когда требуются решительные действия, до мелких, затяжных, нетрадиционных военных кампаний, которые поддерживают экономически внушительную стратегию и влияют на наших врагов, чтобы они изменили свое поведение или рисковали в течение долгого времени;
• гибкость: способность быстро и слаженно собирать в одно целое и разбивать силы и возможности, военные и невоенные, в соответствии с изменением ситуации или условиями. Будущие «гибридные проблемы» потребуют гибридных, адаптивных, недоктринальных решений;
• масштабируемость: конструирование только того, что требуется для формирования и поддержки жизнеспособных и устойчивых решений на местном уровне без непоправимого нанесения ущерба культуре пострадавших народов;
• предупреждение: как инструмент хеджирования противостоит сюрпризам, это способность обнаружить существенные угрозы или кризисы, прежде чем они появляются или полностью проявляются, обеспечивая время для подготовки и реагирования с жизнеспособными вариантами соответственно.
По замыслу американских военных, императивы и принципы, лежащие в основе глобальной сети Landpower, сделают ее потенциально полезным инструментом. Документ The 2012 Capstone о совместных операциях говорит, что такой инструмент будет «давать возможности командирам справляться с неопределенностью, сложностью и быстрыми переменами. Это улучшит способности командиров адаптировать силы к ситуации. Это поможет командирам масштабировать военную силу в соответствии с требованиями. Это поможет командирам спускать вплоть до самых низших рядов инициативы по учениям и координации на местах, поддерживая широкую ситуационную осведомленность».
В полном объеме Force 2025 представляется в качестве важнейшего узла глобальной сети Landpower. Сделайте на один шаг больше и представьте эту сеть, состоящую из объединенных, межведомственных, межправительственных, международных, неправительственных и коммерческих партнеров. Они могут сотрудничать и доверять друг другу, объединяя свои уставные органы и функциональную экспертизу, чтобы обеспечить национальное руководство с жизнеспособной обороной и опциями безопасности, способными достигать желаемых стратегических результатов на суше. Предельным выражением этой идеи будет реализация известной цитатой Сунь Цзы: «высшее совершенство в том, чтобы сломить вражеское сопротивление без сражения».
Американские военные считают, что это идеал, к которому нужно последовательно стремиться для достижения национальных стратегий обороны и безопасности. А строительство и укрепление глобальной сети Landpower, как и концепция армии Force 2025 в поддержку глобально интегрированных операций, являются позитивным шагом на пути к достижению этого идеала, в то же время одновременно позволяя США и союзникам лучше реагировать и адаптироваться к вневременной реальности сюрпризов и неопределенности.
Хотя бюджет и размер этих особых войск увеличиваются и направлены на создание глобальной структуры, необходимо в качестве примера привести одну операцию, которая упоминалась ранее, так как она проливает свет на интересные взаимосвязи.
25 января 2015 года американский спецназ при поддержке филиппинской полиции вошел в город Мамасапано, который являлся убежищем Исламского освободительного фронта Моро. Официальной причиной была указана необходимость поимки или уничтожения малазийского создателя взрывных устройств, известного под прозвищем Марван. В результате было убито 44 полицейских, 9 американских спецназовцев, 18 повстанцев и четыре гражданских лица. Сам Марван (предположительно) тоже был уничтожен, но его тело не смогли захватить и у трупа отрезали палец, чтобы идентифицировать его по отпечатку.[92]
Однако для американского спецназа проблема только начиналась. При отступлении они вызвали по радио подкрепление для эвакуации, но им сообщили, что дежурнал группа находится на пересменке. В результате контратаки исламистов спецназовцы попали под огонь снайперов Моро, и только один американский солдат из элитного подразделения в 36 человек смог выжить, бросившись в ближайшую реку.
Политический кризис, последовавший после этого, обнажил существенную проблему: зачем было необходимо проводить эту операцию, если переговоры правительства Филиппин и повстанцев были на заключительной стадии? За голову Марвана была обещана награда в 5 млн долл. Его отрезанный палец очутился в лаборатории ФБР через несколько дней после «операции». Вопрос: кто получит вознаграждение, если все непосредственные исполнители были убиты (с большой долей вероятности можно предположить, что единственный выживший спецназовец вскоре тоже загадочным образом погибнет)? Что это дало для Филиппин – как государства, так и народа? Добавим, что ранее президент этой страны и так подвергся сильной критике со стороны национально ориентированных сил за то, что участвовал в переговорах с США по вопросу предоставления военных баз для американцев в рамках их программы по сдерживанию Китая.
Комплексные операции
Еще одной относительно новой доктриной являются комплексные операции, однако они подразумевают действия не только вооруженных сил и спецслужб, но и гражданских миссий. Эта «гуманизированная» версия военных вторжений используется для «мягкого» внедрения в различные страны, которые пострадали от природных или рукотворных катастроф.
