Кэсси лежала неподвижно, загипнотизированная взглядом его синих глаз.
– Если хочешь, я повернусь спиной и буду тихо лежать до утра, – хрипло проговорил он.
– Тогда я снова замерзну, – прошептала она.
Из его груди вырвался прерывистый стон, и он обнял ее и поцеловал так неистово, что она едва не задохнулась, с восторгом отвечая на его ласки.
– На этот раз, – прошептал он в ее полураскрытые губы, – я покажу тебе, как надо заниматься любовью по-настоящему. Я сделал тебе больно, милая?
Она молча кивнула, задыхаясь от волнения.
– Я знала, что так должно быть.
– Теперь все будет иначе.
Вскоре Кэсси убедилась, что это воистину так. Когда они наконец достигли кульминации, она позабыла обо всем, сгорая от нетерпения, распаленная его нежными ласками. Он овладел ею стремительно и страстно, сжав ее в объятиях с такой неистовой силой, что ей стало больно. Но это не имело значения.
Они все еще дремали в объятиях друг друга, когда утром громкий треск и ворчание батарей возвестили о возвращении долгожданного тепла. Кэсси шевельнулась, но Ник крепко обнял ее, пробормотав сквозь сон что-то невнятное, и она снова погрузилась в дрему. Когда она наконец проснулась, сквозь штору пробивался дневной свет. Было слышно, что хозяева уже на ногах.
Ник поднял голову, глядя в ее заспанное лицо.
– С добрым утром, – прошептал он.
Кэсси смущенно отвела взгляд.
– С добрым утром, – ответила она, не зная, что теперь делать.
Он взглянул на часы.
– Господи, уже девятый час! – Поцеловав ее в губы, он проворно поднялся и бросился в ванную.
Кэсси задумчиво посмотрела ему вслед, размышляя над тем, что произошло этой ночью. Одно было несомненно хорошо: она получила свой первый урок любви от человека, искушенного в таких делах, как никто. И в то же время Ник Сеймур способен запросто разрушить ее жизнь, стоит только забыть об осторожности. Когда-то она была влюблена в него, но разрыв Джулии и Макса, произошедший по его вине, излечил ее от этого чувства, и с тех пор Кэсси смотрела на Ника как на врага. И вот неожиданный поворот судьбы меняет все. Такую ночь трудно забыть. Ник не виноват, любой мужчина на его месте поступил бы так же. Хотя никому другому она просто не позволила бы прикоснуться к себе, тем более не стала бы умолять любить ее. Ник вовсе не случайный прохожий, он – брат Макса Сеймура.
– Теперь твоя очередь, – сказал Ник, появляясь из ванной. Он успел одеться, побрился, причесал влажные после душа волосы. Его глаза под сенью темных ресниц светились какой-то новой, особенной теплотой. Однако когда Ник наклонился поцеловать ее, она раздраженно отвернулась.
– Какая недотрога, – поддразнил он.
– Ты почистил зубы, а я еще нет, – пробормотала она в ответ.
– Так иди. – Он подошел к окну и отдернул шторы. На улице все было белым-бело от снега, поблескивавшего под лучами утреннего солнца. – Снегопад кончился. Пойду спрошу у хозяев, нет ли новостей, а заодно закажу завтрак. Умираю от голода.
Слава Богу, дали электричество, и Кэсси смогла принять горячую ванну. Затем привела себя в порядок, смущенно заметив, что на нежной коже щек остались чуть заметные царапинки от казавшейся ей столь привлекательной мужской щетины. Когда Ник вернулся в комнату, она уже успела одеться в ярко-желтый свитер поверх теплой рубашки и бежевые вельветовые брюки.
– Узнал что-нибудь? – сдержанно проговорила она, укладывая в чемодан костюм.
– Рано утром приехал помощник Теда Беннета и включил мини-электростанцию. Дорогу уже расчищают, но нам посоветовали подождать пару часов. – Прислонившись к дверям, он обеспокоенно посмотрел на нее. – Ты уверена, что все в порядке, Кэсси?
– Разумеется.
– Знаешь, чего мне сейчас больше всего хочется? – спросил он, направляясь к ней.
– Чего же? – насторожилась Кэсси.
– Вернуться вместе с тобой в постель и как следует выспаться. Просто выспаться, – подчеркнул он, заметив, как она испуганно попятилась.
В этот момент в дверь постучали: Теней принесла завтрак, и Кэсси облегченно вздохнула.
– Пока ты принимала ванну, я позвонил домой Максу, а потом его агенту. Никаких новостей. Не нравится мне все это.
– Да уж, ничего хорошего, – ответила Кэсси, устыдившись: за все это время она ни разу и не вспомнила о Максе. – А если… если вдруг случится худшее, – осторожно спросила она, – тебя назначат опекуном Элис?
– Да. Я очень удивился, когда Макс сам попросил меня об этом еще до поездки. Не волнуйся, я не стану запрещать Джулии с ней видеться.
«Еще бы, – промелькнуло в голове у Кэсси. – Великолепная возможность видеться с ней, когда пожелаешь».
Взяв ее за подбородок, Ник приподнял ее лицо.
– Я прекрасно вижу, о чем ты думаешь, – строго сказал он. – Это неправда. Если до сих пор у тебя еще были сомнения, то сегодняшняя ночь уж точно должна была расставить все по местам.
Она отодвинулась.
– То, что произошло этой ночью, – случайность. Мы не могли этого предвидеть, просто так сложилось…
– Это неважно, – перебил он. – Не этой ночью, так следующей, но рано или поздно мы все равно были бы вместе. Поверь.
– Прости, но мне все же не верится. – Отодвинув тарелку, Кэсси налила кофе. – Я понимаю, тебе не хочется меня расстраивать, но не волнуйся – ты ничего мне не должен только потому, что был у меня первым. Это ни к чему нас не обязывает: ни тебя, ни меня… – Она нервно отпила кофе.
В глазах Ника блеснул опасный огонек, но, к счастью, в этот момент появилась Теней с очередной порцией тостов и спросила, не желают ли они еще что-нибудь.
– Мама говорит, в маленькой комнате растопили камин на случай, если вы захотите спуститься, – сказала она, собирая пустую посуду. – Пришли папины помощники. Говорят, на дороге еще довольно опасно, так что лучше подождать. Думаю, через час уже можно будет тронуться в путь.
Они поблагодарили, затем Ник снова сел за стол и взял еще тостов.
– Ты тоже подкрепись, Кэсси. Неизвестно еще, когда теперь удастся пообедать.
– Надеюсь, довольно скоро, – уныло отозвалась она.
– А я с удовольствием остался бы и встретил Рождество прямо здесь. И дело не в том, что прошлой ночью нам было так хорошо. А это так, Кэсси. – В его глазах вспыхнул огонь, заставивший ее сердце тревожно сжаться. – Такого мне еще ни разу не приходилось испытывать.
– Еще бы! – запальчиво проговорила она, намазывая ломтик тоста маслом, хотя у нее вдруг совершенно пропал аппетит.
– Да перестань, – сердито сказал Ник. – Я лишь хотел сказать тебе, Кассандра Ловелл, что, хотя эта ночь была восхитительна, мне не менее приятно просто спокойно позавтракать с тобой.
