Петр вздохнул, наклонился и быстро поцеловал ее в губы.
– Если что-то изменится, дай мне знать! – И сунул ей в руку свою визитку.
Занес вещи в вагон и подождал, пока не тронулся поезд. Ксюша смотрела в окно, с сожалением глядя на его удаляющуюся печальную фигуру, махала рукой и не могла понять, почему она не согласилась на более близкие отношения. Это лучший шанс на счастье, который когда-либо давала ей судьба. Петр верный, надежный, красивый. Живет в таком замечательном городе. Что же ей еще надо?
Пришлось признать, что Максим запал ей в душу гораздо сильнее, чем она считала. Если раньше ей казалось, что достаточно встретить хорошего человека и она забудет его, как дурной сон, то теперь стало ясно, что не все так просто. Растревоженное им тело не хотело признавать больше никого и требовало только его объятий и поцелуев. Так, может, броситься в омут страсти с головой, а там будь что будет? От этой мысли по всему телу прошла нервная дрожь. Нет, это не для нее. Она хочет постоянства, надежности, верности, всего того, о чем мечтает каждая нормальная женщина, а способен ли на это Макс? Сомнительно…
Она не могла понять, чего же сама хочет от жизни. Прежние представления о счастье, как о чем-то надежном и незыблемом, смешались и расплылись, потеряли четкие очертания. Может быть, тот огонь, что охватывал ее в объятиях Максима, и есть счастье, а она этого не понимает?
В первый день семестра Ксения сидела как на иголках. Ей хотелось увидеть Максима, чтобы разобраться в себе и решить, как жить дальше.
После занятий она выскочила из университета и, спустившись с крыльца, замерла, увидев знакомую фигуру. Высокий, широкоплечий, в черной зимней куртке, с искрящимися снежинками на непокрытой голове, Максим стоял на центральной дорожке напротив входа и увлеченно беседовал с очень симпатичной высокой девушкой. Ксения, нехотя отдавая дань справедливости, признала, что они очень красивая пара. Девушка умильно заглядывала в склоненное к ней лицо и тихонько чему-то смеялась, открывая в соблазнительной улыбке ряд острых жемчужных зубок.
У Ксюши сразу испортилось настроение. Так интимно улыбаться можно только очень близкому человеку. Значит, перед ней одна из подруг Максима. Она перевела взгляд на мужчину, заметила в его глазах так хорошо известный ей зазывный огонек и нахмурилась. Сердце обожгли досада и разочарование.
Какая же она глупенькая, наивная особа! С чего это она решила, что он так улыбается и смотрит на нее одну? Таких, как она, у него не один десяток… Ну что ж, она была права, когда не считала себя чем-то исключительным в его жизни и не верила его сладким обещаниям и лживым клятвам! По крайней мере, ей не о чем жалеть…
Ксения нервно закусила губу и постаралась как можно незаметнее пробежать стороной от центральной дорожки, чтобы не столкнуться с Максимом. Но он резко повернулся, почувствовав, что она рядом, безошибочно нашел ее взглядом, небрежно бросил собеседнице «Извини, мне пора!» и ушел следом за Ксюшей, оставив спутницу обиженной и разочарованной. Ксения, краем глаза наблюдавшая эту картину, назидательно попеняла себе: смотри, вот твое будущее, если не проявишь достаточного благоразумия! Он так же походя бросит и тебя, устремившись за новой любовью. Максим из тех, кто не останавливается на достигнутом, а рвется покорять все новые и новые вершины…
Максим, в два прыжка догнав Ксению, привычно взял ее под руку и, не давая освободиться, повлек за собой мимо автобусной остановки.
Девушка, с досадой проводив глазами ушедший полупустой автобус, сердито рявкнула, не считая нужным поздороваться:
– Ну и чего тебе от меня надо?
– Что, ты серьезно не знаешь, чего я от тебя хочу? – Он непритворно удивился ее странному вопросу. – Я что, плохо тебе это объяснил? Надо повторить? – Он остановил пристальный взгляд на ее пухлых губках.
Ксюше послышалось тихое довольное урчание, как у поглаживаемого кота. Она покраснела и уставилась на носки своих до блеска начищенных сапог.
– Ничего мне повторять не надо. – На душе было так же холодно, как на морозных улицах. – Я тебе тоже уже все разъяснила и напоминать не собираюсь. Вспомни, что было сказано, и отстань.
Он немного опешил от столь гневной отповеди и обернулся назад, полагая, что за ними наблюдает Игорь и ее пыл предназначен ему. Никого не заметив, снова перевел взгляд на ее недовольное лицо.
– Ты можешь понять, что я прошу тебя просто оставить меня в покое? Или это так сложно? Отстань, ясно?! – Она произнесла последнюю фразу четко и по слогам, но тут заметила, что Максим ее просто не слышит.
Он с такой страстью смотрел на ее губы, что и слепому было ясно: парень сгорает от вожделения. Ей захотелось с размаху швырнуть его в высокий сугроб около дорожки. Была бы она здоровым мужиком, непременно так и сделала бы. Но, поскольку по капризу судьбы относилась к слабому полу, лишь крепко сжала кулаки и сердито посмотрела на него, удивляясь, почему от ее свирепого взгляда у него не прогорела дырка во лбу. Ощутив ее недовольство, Максим с тяжелым вздохом оторвал блаженный взгляд от ее губ и перевел его на рассерженные глаза, потемневшие от беспокойства и ставшие темно-синими.
– Как я по тебе соскучился! Почему ты не предупредила меня, что уезжаешь?
В ответ Ксюша недовольно передернула плечиком. Ничего она ему объяснять не должна.
Вздохнув, он обреченно, без надежды на согласие предложил:
– Пойдем в кафе? Заметь, я тебя не домой к себе зову, а в совершенно нейтральное место! – Голос звучал глухо и измученно.
Она молча, ничего не отвечая, попыталась развернуться и пойти обратно к остановке, но он снова задержал ее, перегородив дорогу.
– Ну, если не хочешь сидеть в душном помещении, пойдем покатаемся на горках, смотри, как весело!
Она обернулась на взмах его руки и увидела целый ледовый городок, выстроенный студентами во дворе центрального корпуса. Там поднималось несколько высоких, разрисованных со всех сторон горок с длинными, до сотни метров, раскатанными дорожками. С них с громкими воплями скатывались студенты и дети из окрестных домов. Девушка поразилась:
– Как странно! Почему я никогда его не видела?
– Ну, наверное, не ходила сюда, только и всего. Ты же учишься в другом корпусе. Городок уже месяц здесь стоит, построили еще в середине декабря. Преподаватели, наверное, недовольны, столько шума прямо под университетскими окнами.
Ксения как зачарованная смотрела на сверкающие ледяные игрушки.
Макс, воспользовавшись ее рассеянностью, обхватил за плечи и повлек за собой.
– Пошли, пошли! Ты когда в последний раз скатилась с горки?
Она неохотно призналась, даже не пытаясь сопротивляться его объятиям:
