Оба корабля спроектировал старший корабельный инженер Сойка (Soyka), хотя некоторые источники [7] упоминают в роли проектировщика Йозефа Кучинку (Iosef Kuchiyka), нового австрийского Директора военного кораблестроения. Возможно, что первый из них осуществлял непосредственное проектирование. Строителем броненосца “Stefanie”, осуществлявшим ежедневный контроль, был инженер 1-го класса Вайцнер.
С постройкой этих кораблей австрийцы впервые отошли от своего прежде излюбленного типа казематных броненосцев, по-видимому, полностью исчерпав резервы усовершенствования последних, и наконец-то приступили к созданию современных кораблей, аналогичных строившимся в то время в других странах. Впрочем Морское ведомство очень неохотно сделало этот шаг. Хотя эти корабли в общем плане и были однотипными, но все же несколько отличались по характеристикам механизмов, артиллерии, бронирования и даже по размерам. Создавалось впечатление, что они были построены в виде опыта для выбора наилучшего из них в качестве будущего образца.
Броненосец "Kronprinz Erzherzog Rudolf" (Наружный вид и план батарейной палубы с указанием расположения орудий)
Фактически у них были только две общие черты: калибр и наличие двух одиночных барбетных башен побортно в носовой части (защищенных одним общим овальным барбетом “редутом”). Впрочем, злые языки утверждали, что такая разнотипность этих двух построенных одновременно кораблей была следствием тенденции к экономии средств со стороны ответственных лиц, что привело не только к их незначительной боевой ценности, но и к тому, что один из них был просто меньшей, т.е. более дешевой версией другого. Иногда разнотипность этих кораблей приводится даже как пример абсурда и глупой экономии. Истинная подоплека их создания неизвестна.
Так или иначе, эти первые (и, как оказалось, последние) барбетные броненосцы австро-венгерского флота обозначили переход от казематных кораблей со вспомогательным парусным вооружением к современным линкорам с тяжелой артиллерией. Их главный калибр, кроме того, оставался самым крупным в Королевско-Императорском флоте в течение двух десятилетий с момента их вступления в строй.
Несомненно, что при их проектировании ориентировались на иностранные образцы, а именно на французские броненосцы “Devastation” и “Amiral Duperre” (оба спущены в 1879 г.). Как известно, эти корабли имели всю либо часть главной артиллерии побортно, в одиночных барбетных установках. По поводу выбора именно побортной схемы размещения барбетов можно сказать, что у австрийцев она являлась как бы логическим продолжением центральной батареи, как бы облегченным ее вариантом (как это было и у французов). Таким образом, барбеты были последней характерной чертой центральной батареи.
Что же могло сделать именно этот тип барбетных кораблей столь заманчивым для австрийцев? Видимо, то же самое желание иметь батарею, охватывающую больше “точек на горизонте”, чем было возможно на цитадельных кораблях, и которое привело в свое время к “кораблям с носовой батареей"’ Ромако, то есть большие сектора обстрела барбетных установок. Также побортное размещение барбетов на спонсонах позволило добиться мощного погонного огня для поддержки тарана. Продольный огонь был полезен и для задач береговой обороны – для блокады проходов между островами, которыми изобиловало побережье Адриатики.
Но почему был выбор наихудший из возможных вариантов – две одноорудийные башни вместо одной двухорудийной? Ответ, вероятно, заключается в том, что тяжелые орудия того времени требовали большого количества прислуги, а тогдашние гидравлические, механические и электрические устройства были примитивны и вдобавок не могли еще в достаточной мере заменить людей. Поэтому два соседних орудия на одной платформе не могли нормально обслуживаться. Конечно, за рубежом в то время создавались корабли со спаренными установками, но следует учитывать, что в том создании башенных установок уже имелся определенный опыт, в отличие от Австрии, и нельзя требовать от первых (такого рода) австрийских кораблей слишком многого, учитывая также ее промышленную базу.
В целом этот тип был выгоден австрийцам с экономической точки зрения – за счет внедрения барбетов, имеющих сектора обстрела, можно было обойтись еще меньшим количеством тяжелых орудий и прикрывающей их брони, по сравнению с казематными кораблями, а это значило, что корабли могли быть дешевыми.
“Rudolf' и “Stefanie” относились к классу барбетных броненосцев. По классификации того времени они именовались как “башенные корабли или “башенные фрегаты с бруствером” – последнее определение, хотя и было более архаическим, давало более точное определение их конструктивным особенностям и размерам, как бы причисляя их к рангу броненосцев 2-го класса (барбеты в то время считались разновидностью башен).
Корабли получили названия в честь наследников престола. Эрцгерцог Рудольф (1858-1889) был австрийским кронпринцем и единственным сыном императора Франца Иосифа I. Второй носил имя его супруги эрцгерцогини Стефании (1864-1945).
Броненосец “Kronprinzessin Erzherzogin Stefanie". 1890 г. (Наружный вид)
Это были австрийские броненосцы с полностью стальными корпусами, построенными по поперечнопродольной системе набора, имели двойное дно и были весьма хорошо подразделены стальными водонепроницаемыми переборками на небольшие отсеки, что обеспечивало непотопляемость даже при серьезных повреждениях в подводной части. Нос был вооружен сильным тараном.
Корабли имели следующие, весьма отличные друг от друга характеристики (на основании архивных данных [20]):
“Rudolf”:
Водоизмещение: проектное водоизмещение – 6939,23 т; в полном грузу – 7432,48 т; водоизмещение (вероятно, в анг. т., по данным [2,5]) – 6870 т (по данным [5,15] – 6900 т).
Длина: наибольшая – 97,06 м; по ватерлинии – 95,91 м (по данным [11] – 94,4 м); между перпендикулярами – 90,26 м (по данным [5] – 94 или 89,99 м).
Ширина: наибольшая – 19,2 м; по ватерлинии – 19,268 м; с обшивкой [5] – 19 м (по данным [2] – 19,05 м).
Глубина интрюма – 10,244 (по данным [2] – 8,84 м, [5] – 12,4 м).
Осадка: средняя при проектном водоизмещении – 7,39 м (при водоизмещении 6870 т), осадка при водоизмещении 6900 т [5]: 6,48 м.
Площадь погруженной поверхности миделя при среднем углублении [5]: 115,07 м² .
Погружение: 13,84 т/см.
Метацентрическая высота при полном грузу: 2,235 м.
“Stefanie”:
Водоизмещение: проектное – 5151,97 т (по данным [8] – 5130 м); порожнее – 4940; в полном грузу – 5631 т; по данным [2] (возможно в анг. т) – 5060 т; по данным [5] (возможно в анг. т.) – 5100 т.
Длина: по ватерлинии – 87,24 м; между перпендикулярами – 85,36 м (по данным [5] – 85).
Ширина: по ватерлинии – 17,06 м; (по данным [5] – 17 м с обшивкой); наибольшая -19,092 м. Глубина: интрюма – 7,77 м [2], 10,5 м [5]. Среднее углубление: проектное – 6,95 м; порожнее – 6,412 м; в полном грузу – 7,005 м. Погружение: 11,38 т/см.
Площадь погруженной поверхности миделя при среднем углублении [5]: 100,276 м² .
Метацентрическая высота при порожнем водоизмещении- 1,395 м; в полном грузу- 1,57 м.
В вооружении этих барбетных кораблей были как общие черты, так и отличия. Тяжелые орудия этих броненосцев оставались самыми крупнокалиберными в австро-венгерском флоте в течение 20 лет после их вступления в строй.
Также это были первые австрийские броненосцы, получившие на вооружение среднекалиберную артиллерию. Если на "Rudolf’ орудия главного и среднего калибров размещались на одной палубе, то на “Stefanie” – на разных. Впервые введенная среднекалиберная артиллерия, которая показала свою эффективность как грозное оружие в 1890-х гг., явно не предназначалась против слишком малых в то время миноносцев. Однако она могла быть предназначена для защиты от достаточно крупных крейсеров.
Наконец, они стали первыми австрийскими кораблями (по крайней мере, в своем классе), вооруженными “длинными” (длина ствола 35 калибров) или, как их тогда называли, "дальнобойными” орудиями – как главного, так и среднего калибра.
Броненосец “Kronprinzessin Erzherzogin Stefanie" (Сведения о корабле, опубликованные в английском справочнике “JANES FIGHTING SHIPS". 1900 г.)
“Rudolf”:
Вооружение корабля состояло из 3 30,5-см/35 орудий Круппа, 6 12-см/35 орудий Круппа, 2 7-см/15 десантных орудий Ухатиуса, 7 47-мм скорострельных пушек Гочкисса (5 44-калиберных и 2 33-калиберных), 2 37-мм/44 скорострельных пушек и 4 40-см аппаратов для торпед Уайтхеда (1 носовой, 1 кормовой, 2 бортовых).
3 30,5-см 48-тонных орудия Круппа были установлены на трех одиночных вращающихся лафетах фирмы Armstrong Mitchell amp; Со в двух открытых барбетных башнях. Два орудия располагались по одному с каждого борта в общем барбете овальной формы, размещенном поперек корабля в носовой части и занимающем всю его ширину, несколько выступая за пределы борта в виде спонсонов. Второй барбет-грушевидной формы и меньший по размерам для одного орудия – находился в корме корабля по диаметральной плоскости. Общее число боезапаса для этого орудия составляло 120 выстрелов.
