Читаем без скачивания Пуля для вдовы - Валерий Карышев

Виктор Михайлович подъехал к зданию Следственного управления точно к назначенному времени. У проходной его ждала Марина. Они поздоровались. Адвокат автоматически взглянул на часы, словно уточняя, не опаздывают ли они.

– Паспорт не забыли? – спросил он.

– Нет-нет, паспорт со мной, – ответила Марина быстро.

Предъявив на проходной документы, они получили пропуска и поднялись на второй этаж, где находился кабинет следователя Вострикова.

– Разрешите? – Виктор Михайлович приоткрыл дверь кабинета.

– Да, входите, – раздался мужской голос.

Марина с адвокатом вошли.

– Вот мы и пришли, – улыбнулся адвокат, обращаясь к следователю.

– Очень хорошо, присаживайтесь. Я понимаю, что вы являетесь адвокатом Марины Андреевны? – уточнил Востриков.

– Да, я ее адвокат, меня зовут Виктор Михайлович. – Адвокат показал следователю удостоверение.

Следователь взял удостоверение и подошел к ксероксу снять копию.

– И ордер у вас есть? – обернулся он к адвокату.

– Да, конечно, ордер есть.

– Ордер я у вас заберу.

– Естественно, как всегда…

– Начнем допрос, – произнес следователь, вернувшись на свое рабочее место и усевшись за стол.

Допрос продолжался около четырех часов. Виктор Михайлович понимал, что следователь аккуратно подходит к тому, что Марина, может быть, сама и не поджигала баню, но, по крайней мере, организовала этот поджог, то есть убила своего мужа.

Наконец допрос был закончен, и следователь, закрывая папку, произнес:

– А теперь мы с вами должны проехать в суд.

– В суд? – переспросил Виктор Михайлович.

– Да. Я должен поставить вопрос о применении меры пресечения для Марины Андреевны.

– То есть вы хотите ее арестовать? – уточнил адвокат.

Следователь пожал плечами:

– Это уже как суд решит. У меня есть причины для определения меры пресечения заключение Марины Андреевны под стражу. Подождите меня в коридоре, я улажу кое-какие формальности. Марина с адвокатом вышли. Марина еле держалась на ногах.

– Виктор Михайлович, – тихо проговорила она, – сделайте что-нибудь! Меня сейчас могут арестовать!

– Хорошо, Марина Андреевна, не волнуйтесь. Сейчас я что-нибудь придумаю. У меня тут работает мой институтский товарищ. Он занимает высокую должность. Я попробую пробиться к нему. Может быть, он как-то повлияет на это дело.

– Я очень на вас надеюсь, Виктор Михайлович! – Марина умоляюще посмотрела на адвоката.

Виктор Михайлович быстро спустился на первый этаж и, поймав первого встречного, поинтересовался, где сидит Павел Константинович, его институтский товарищ.

– На шестом этаже, – ответил сотрудник.

Адвокат тут же поднялся на шестой этаж. Там он попал в просторную приемную. По ее размерам было понятно, что Павел Константинович занимал высокое положение в следственном управлении. Секретарша, сидевшая за столиком в углу, вопросительно взглянула на адвоката.

– Можно увидеть Павла Константиновича? – спросил он.

– Вы записаны? – спросила девушка.

– Нет, не записан, но Павел Константинович меня хорошо знает. Доложите обо мне, пожалуйста.

Секретарша встала и вошла в кабинет своего начальника. Через пару минут она вышла и, улыбнувшись, проговорила:

– Проходите, пожалуйста, Павел Константинович вас ждет.

Виктор Михайлович вошел в кабинет.

– Паша! – с порога произнес он.

– Витя! Сколько лет, сколько зим! – Из-за стола поднялся крупный мужчина с седыми висками. Он подошел к адвокату и обнял его. – Сколько же мы с тобой не виделись!

– Помнишь, в институте был вечер выпускников? Лет десять назад.

– Да, точно, десять лет прошло! Ты почти не изменился.

– А ты немножко поседел.

– Есть такое, – усмехнулся Павел Константинович. – Ну, как дела, адвокат? Столько к своему товарищу не заходил… Что, повода не было?

– Да, точно. Берегу его, не хочу от важных дел отрывать, – улыбнулся адвокат.

– Понятно, – кивнул Павел Константинович. – Значит, если ты пришел, то появилось какое-то дело ко мне. Так?

– Да, есть дело. Паша, можешь помочь? У вас есть следователь Востриков…

– Да, помню такого. Он в моем подчинении.

– У него дело моей клиентки. – И адвокат назвал фамилию Марины.

– И что ты хочешь?

– Можешь узнать, что там и как? Он под нас копает откровенно.

– Вообще-то, как ты понимаешь, Виктор Михайлович, – произнес Павел Константинович, – мне этого делать нельзя.

– Но он же твой подчиненный!

– Мой подчиненный руководствуется законом. Но для тебя… – Павел Константинович хитро подмигнул. – Моего старого товарища, я все сделаю. – Он поднял трубку и обратился к секретарше:

– Соедини меня с Востриковым!

Через несколько секунд он уже разговаривал со следователем.

Виктор Михайлович понял, что тот вводил его в курс дела. Павел Константинович говорил время от времени:

– Да… Понял… Ясно… Понял тебя… Хорошо…

Когда разговор подошел к концу и следователь, видимо, спросил, что делать дальше, Павел Константинович ответил:

– Как это что делать? Все должно быть в рамках закона. Работай, Востриков!

– Ну что? – тут же спросил Виктор Михайлович.

– Похоже, твоя доверительница в круге первом по обвинению.

– Даже так?

– Да. Скажу тебе честно, этот следователь непростой, как бы не от мира сего. Копает и копает. Мы специально бросаем его на важные дела.

– А сейчас важных дел у вас нет и решили сделать такое дело из дела моей клиентки?

– Не кипятись, – успокаивающе махнул рукой Павел Константинович. – Никто еще ничего не решил. Он даже не подозревал ее. Но канистра с бензином, которую нашли пожарные, и их акт подтверждают поджог, а значит, и убийство. А что касается твоей клиентки Марины…

– Марины Андреевны, – поправил его адвокат.

– Да, Марины Андреевны. Так тут некоторые факты есть. Конечно, я не обязан тебе о них говорить, но по старой дружбе… У следователя есть аудиозаписи встречи Марины с мужем в ресторане, где она ему угрожала, когда предъявляла ему какой-то компромат. Это первое. Во-вторых, свидетели показали, что у них были неприязненные отношения. Наконец, был мотив не потерять при разделе имущества ничего, потому что ее бывший муж начал потихоньку прятать часть имущества. По крайней мере, она так думала. И, конечно, есть еще записи их скандала в доме, точнее, видеозаписи с камер слежения. Там очень хорошо слышны угрозы и скандал.

– Но ведь нет доказательств, что именно Марина Андреевна подожгла эту баню!

– Пока нет. Но Востриков может нарыть. Ладно, – проговорил Павел Константинович, вставая, – я буду следить за этим делом, а ты поезжай в суд, следователь готовит меру пресечения.

– Ты можешь как-то на него повлиять?

– Ты мне такие вопросы задаешь? – удивился Павел Константинович. – Это ты должен повлиять на суд. Ты же адвокат! Думаю, что с судом ты договоришься.

– Ладно, спасибо!

Виктор Михайлович вышел и через несколько минут уже стоял рядом с Мариной.

– Ну, что? – с нетерпением спросила она.

– Похоже, дела наши не очень. – Адвокат пересказал ей разговор с Павлом Константиновичем.

– То есть сейчас поедем в суд и там меня могут арестовать?

– Теоретически это возможно, – ответил адвокат, – но не думаю, что судья на это решится.

– Почему же не решится? – усмехнулась Марина. – Все факты против меня.

– Но мы тоже будем за вас бороться!

– Да, ситуация очень неприятная, – сказала Марина.

В суд Марина с Виктором Михайловичем добрались за тридцать минут. Как только они переступили порог здания, Марина почувствовала сильное волнение. Волнение стало еще сильнее, когда появился следователь Востриков с двумя крепкими мужчинами, один из которых демонстративно вертел в руках наручники. Марина вопросительно взглянула на адвоката:

– Что это за люди?

– Похоже, ситуация меняется, и не в нашу пользу. Следователь привез с собой оперативников, значит, полагает, что вас арестуют, и они наденут на вас наручники и повезут в следственный изолятор. Но вы не бойтесь. Я постараюсь вас отбить.

– Виктор Михайлович, я умоляю вас, сделайте так, чтобы меня не арестовали! – чуть не плача, проговорила Марина.

– Конечно, Марина Андреевна, – ответил адвокат, – это моя обязанность.

Вскоре он вошел в комнату судебных заседаний. Марина осталась ждать в коридоре. Оперативники расположились неподалеку, время от времени поглядывая на нее, словно проверяя, не собирается ли она бежать. Неожиданно открылась дверь соседнего кабинета, и оттуда вышли несколько человек, в том числе заплаканные женщины, одна из которых села рядом с Мариной, закрыла руками лицо и расплакалась. Марине стало жаль женщину. Она повернулась и протянула ей платок.

– Возьмите, пожалуйста, платок, – тихо проговорила Марина, – и постарайтесь успокоиться.

Женщина, не глядя, взяла платок и стала молча утирать слезы. Марина обратила внимание, что оперативники насторожились – видимо, решили, что она собирается убежать. Один из них даже подошел к выходу. Но Марина, не обращая на них внимания, заговорила с женщиной: