Читаем без скачивания 'Сибирский вояж' (версия 3.0) - Skif300

когда почувствовала на себе какую-то тяжесть и чьи-то руки, которые грубо сдирали с неё панталоны. Оглядевшись, она обнаружила себя на кровати, в компании с пьяным пожилым мужчиной. Слава богу, ничего страшного ещё не случилось. Оттолкнув от себя потного домогателя, что удалось на удивление легко, видно сказалось количество выпитого, она быстро накинула одежду и выскользнула за дверь. Ей удалось беспрепятственно покинуть дом, и даже дойти до соседней улицы. Но, видимо клиент поднял шум – и хозяйка успела послать за ней погоню. Я как раз застал тот момент, когда она настигла девушку – и давешние типчики, угрозами заставляли добычу вернуться. Вспомнив её состояние, я только покачал головой. На счёт, полностью очнулось – это вряд ли. Вела она себя тогда не совсем адекватно. Ну, да ладно. Всё хорошо, что хорошо кончается.

- Не боись, Наташка, мы Лизу в обиду не дадим!- улыбнулся я сестрёнке.

- Иди, позови её, разговор есть.

Девицу, которую привела сестра, было даже не узнать. Новое платье, не иначе Наташка своё отдала, длинная коса с синим бантом, а главное ожившее лицо – сделали из неё настоящую красавицу. Стройное гибкое тело угадывалось даже, под длинной до самых щиколоток, юбкой.

- Натуральная мужская погибель! Хорошо, что мне больше блондинки нравятся! – фальшиво подумал я. Однако это может быть проблемой.

- Как я понял, тебя Лизой зовут! Меня можешь звать Сергей Николаевич, с моей сестрой Натальей Николаевной, ты уже познакомилась.

- Вот, что Лиза, предлагаю тебе пока поработать у нас служанкой, в чине домоправительницы! – улыбнулся я.

- А там видно будет! Жалованье положу тебе двадцать рублей в месяц. Еда, одежда, жильё за мой счёт.

- Ну, как согласна?

- Я согласна. Большое вам спасибо. Век буду вам благодарна за помощь вашу вчера. Вы меня от такой беды спасли! – слёзы выступили и закапали по щекам девушки.

- Ну, хватит тебе сырость разводить.

- Всё будет хорошо. Не ожидая от себя такого поступка, я подошёл и приобнял девушку за плечи. Она доверчиво уткнулась головой мне в грудь – и заревела, уже не сдерживая себя.

- Всё-всё, тише-тише. Еле успокоив Лизу, мы с сестрой усадили её за стол и напоили чаем.

- Скажи Лиза, а паспорт твой где?

- Не, знаю, у хозяйки, наверное.

- А за работу тебе платили, ты говорила, что комнаты убирала, посуду мыла?

- Не помню, вроде нет.

- Ясно, - нахмурился я.

- Ничего, разберёмся.

- Вот, что девушки. Вы тут пообщайтесь, займитесь чем-нибудь, а я по делам отъеду.

Куй железо пока горячо. Надо, что-то решать с Лизиной легализацией. Навещу ка, я хозяйку того самого борделя, пожалуй.

Бедному собраться – только подпоясаться. Ну, или наган за пазуху, а ножик за пояс – и вперёд. Мой личный кучер, Степаныч, уже час дремал на облучке, на улице. Так что, минут через пятнадцать, я уже стоял перед дверью искомого заведения.

Толкнув тяжёлую створку, под звук брякнувшего колокольчика я прошёл в небольшую прихожую, заканчивающуюся лестницей на второй этаж. Из каморки в углу высунулся старичок швейцар в потёртом чёрном сюртуке и угодливо кланяясь, провёл меня наверх.

Почтительным жестом, он указал мне на кожаный диван у стены с большим зелёным фикусом.

- Присаживайтесь, Ваша милость, девушки сейчас выйдут.

А заведение то, с претензиями на шик.

- Мне б с хозяйкой пообщаться, милейший.

- Сей секунд, сейчас позову.

Вышедшая на свет дама, в пышном платье поражала своей монументальностью. На обрюзгшем лице, при некоторой доле воображения можно было даже угадать, как писали в старых романах, следы былой красоты. Однако, брезгливое выражение, будто навечно застывшее на её физиономии, вкупе с холодным взглядом, прямо указывали на то, что эта фемина прошла огонь, воды и медные трубы.

- Чем могу служить, уважаемому гостю? - фальшиво улыбнулась женщина.

- Не буду ходить вокруг, да около. Меня интересует ваша служанка Лиза, из которой вы незаконно хотели сделать проститутку.

Выражение лица дамы, тут же сменилось на враждебное.

- Ах, это вы тот, щеголь, который отбил её у моих людей. Да ещё, стрельбу устроил. Вам это так с рук не сойдёт. Мне эта мерзавка денег должна. Аркаша! - обернулась она к швейцару. – Позови ка…

- Не надо никого звать. Я показушно-медленно, вытащил из под полы пиджака револьвер. А, то я здесь, могу и стрельбу устроить. Вряд ли это понравится вашим клиентам. Давайте не будем, доводить дело до крайностей. Поговорим как цивилизованные люди.

- Что вы хотите? - взглядом она остановила, ринувшегося куда-то старичка швейцара.

- Да, ничего особенного. Вы оставляете Лизу в покое. Тем более, какой долг, когда вы не платили ей жалованье за работу?

- Я её кормила, одевала…

- Ну, и ладно, - прервал я её разгорячённую речь.

- Вот вам сто рублей, на покрытие расходов.

- В течение недели, жду от вас паспорт Лизы. Так же, вы должны решить вопрос с её жёлтым билетом в полиции. Чтобы и слышно о нём ничего не было.

- Или, маленько постреляем? – махнул я револьвером, прервав возможное возмущение этой мадам.

Окинув меня ненавидящим взглядом, она коротко кивнула.

- Вот и хорошо, значит договорились.

Выйдя на крыльцо, я облегчённо вздохнул. Кажется, одной проблемой стало меньше.

Интерлюдия

Тюремная камера, место, где для воспоминаний всегда найдётся время. Иосиф не любил сожалеть о прошлом, но последние годы, его часто преследовали несчастья.. Прошлогодний экс, был, не совеем удачный. Его друг, Камо, лихой джигит, с бандитскими замашками, сумел ловко перехватить огромную сумму, целых 250.000 рублей. Взрывы от бомб, подняли на уши весь город. По слухам, погибли, почти пятьдесят человек. Но, деньги, частью, оказались в 500-ных купюрах, большая часть номеров, из которых, стала известна полиции. С, оставшимися деньгами, Камо, поехал в Женеву к Ленину, где передал ему часть суммы, в размере 150.000 рублей.

.Самой большой потерей, была смерть любимой жены -Като. Семья была той, единственной отдушиной, что позволяла ему, хоть немного отдохнуть, душой и телом. Она была идеальной грузинской женой, никогда не вмешиваясь в дела мужа. Когда, гроб с её телом, спустили в могилу, Иосиф едва не бросился, следом за ней, вовремя удержанный, подоспевшими друзьями. Смерть жены ещё больше ожесточила его душу.

Сосо сам закрыл Като глаза. В оцепенении он стоял у гроба жены; его сфотографировали, и после этого он упал в обморок. “Сосо горячо оплакал свою любимую жену”,