в Северной Африке и в следующем веке начали знакомиться с Сахарой. Имеются многочисленные тексты, относящиеся к периоду великих имперских завоеваний Рима, в которых упоминаются походы легионов на юг, вплоть до Сахары. Первым таким сообщением является место у Плиния относительно африканских кампаний Корнелия Бальба, закончившихся триумфом в 19 г. до н. э. Плиний приводит перечень городов, рек, гор и племен, открытых при этом, переходе. Но вот идентификация приведенных ученым имен с сегодняшними названиями недостаточно достоверна. Поэтому гипотеза Ж. Десанжа, называющего в качестве границ этого похода Нумидию и Феццан, кажется предпочтительнее: этот автор, будучи латинистом, изучил все варианты рукописи Плиния и поместил этот военный эпизод в соответствующий контекст — это борьба племени гетулов, которому помогали гараманты, против Юбы и его сына Птолемея. Таким образом, большинство названий принадлежат местности в Нумидии и на юге Туниса.
Довольно мало сведений имеется также о второй пунической экспедиции римлян к южным границам империи, которую возглавлял Светоний Павлин в 42 году. Вот как Плиний это описывает:
«Светоний Павлин — это первый римский военачальник, который на несколько тысяч шагов перешел Атлас. За десять дней он дошел до Атласа и оттуда направился к реке под названием Гер, пересекая пустыни с черным песком, из которого тут и там торчали, как будто обгорелые, обломки скал. Эти места необитаемы из-за жары, которая стоит здесь даже зимой. В соседних лесах, полных дикими зверями, слонами и Змеями всех видов, живут люди, называющиеся канарии. Живут они как собаки и вместе с собаками обитают в норах диких животных».
Дион Кассий приводит некоторые дополнительные сведения об этом же походе:
«В следующем году мавры, которые снова затеяли войну, были покорены, Светоний Павлин, бывший претор, в свою очередь, вторгся в их страну и дошел до Атласа. Госидий Гета, персона того же ранга, последователь Светония, сразу же бросил свою армию против главы мавров Салабоса и победил его дважды. Последний, оставив на границе несколько солдат, чтобы те помешали возможным преследователям, ушел в район песков. Госидий рискнул углубиться в пески вслед за ним…»
Таким образом, как убеждает нас Дион Кассий, речь шла о карательной экспедиции. Ф. де ля Шапель, который посвятил этому событию документальное расследование, отправляет римское войско из района Тлемсен, проводит его через Себду, Тендрару и долину Тамлельт, а заканчивает поход у реки Гир, к югу от Бу-Анана. Поскольку его противники не рвались в бой, Кассий должен был вернуть свой отряд. Вторая экспедиция, возглавляемая Гетой, вернулась в эти края и, преследуя врагов в пустыне, воины чуть не погибли от жажды, но неожиданная удача в виде магических заклинаний спасла их…
Третья экспедиция подошла к Сахаре в районе Феццана в 70 г., при императоре Веспасиане: то был отряд Септимия Флакка. Когда римляне пошли к Триполитании между поселениями Оэа и Лептисом, жители последних обратились к гарамантам за защитой. Те разграбили окрестности Лептиса, и римляне бросили на их преследование дополнительные силы пехоты и кавалерии, сократив дорогу до Феццана на четыре дня за счет перехода через вершину горы.
При императоре Веспасиане экспедиция римлян достигла страны эфиопов в 70 г.
Марин Тирский, рассказывая об этой кампании, говорит:
«Септимий Флакк, отправляясь из Ливии в военную экспедицию, дошел до страны эфиопов за три месяца, двигаясь на юг от страны гарамантов».
Следует рассмотреть и отправленную в то же время другую экспедицию, под руководством Юлия Матерна, о ко- торой также рассказывает Марин Тирский и которая была отправлена в те же края: «Юлий Матерн, выйдя из Лептис-Магны и путешествуя от Гарамы в сопровождении царя гарамантов, напал на эфиопов и, непрерывно двигаясь вперед, за четыре месяца дошел до страны Агисимбы, принадлежащей эфиопам, где он встретил эфиопов». Марин считает, что эта страна находится на расстоянии в 24 680 стадий к югу от экватора.
Что можно сказать об этих необыкновенных экспедициях? Марин Тирский полагает, что за день пути римские войска проходили от 300 стадий, что составляет три пятых градуса широты, до 500 стадий, которые равняются 45 римским милям. Могла ли экспедиция пройти такое большое расстояние?
Эта цифра настолько преувеличена, что Марин Тирский позволил себе еще больше отодвинуть ее на 24 градуса к югу, а Птолемей еще ее исправил, поместив свою Агисимбу на 16-м градусе южной широты, а на 16 градусах 25 минутах — границу обитаемого мира. А те поправки в градуировке широты, о которых говорилось ранее, отодвигают эту границу еще на два градуса к югу, а это значит, что на меридиане Феццана мы оказываемся в… Габоне!
Птолемей сам предлагает исправить цифру, данную Марином Тирским: «Эфиопы, против которых была направлена экспедиция Матерна, являются подданными царя гарамантов, и по этой причине абсурдно помещать их на громадном расстоянии от Гарамы».
В первом случае речь идет о военной экспедиции (Септимия Флакка в 70 г.), целью которой было покарать гарамантов и отнять у них добычу, захваченную в Лептис-Магне. Римляне могли пересечь эту страну вплоть до последнего оазиса. У них не было оснований (а может быть, и средств), чтобы двигаться дальше. Речь, вероятно, идет о зимней кампании, Начавшейся от Феццана, в ходе которой они могли добраться до «эфиопов». Несомненно, в тех местах, начиная от оазиса Гатрун, обитало племя чернокожих теда.
Вторая экспедиция, во главе с Юлием Матерном, определяется Марином Тирским как путешествие, а не военный поход. Между 70 и 86 годами отношения между римлянами и гарамантами улучшились, и Матерн мог принять предложение царя гарамантов сопровождать его в экспедиции, которую последний предпринял против своих подданных эфиопов, обитавших южнее. Таким образом он мог узнать — или проверить свои знания — о существовании южной страны, называемой Агисимба, богатой диким зверьем и, что особенно важно, носорогами.
Ж. Десанж, кстати, выяснил, что именно в это время, при Домициане, носороги появились на римских монетах и что речь идет о двурогих носорогах, которые лучше приспособлены к климату Сахары, чем однорогие. Их могли встречать еще во времена классической античности в местах к югу и западу от Тибести, в Каваре и Джадо и именно здесь, вне всяких сомнений, находится страна Агисимба, о которой пишет Марин Тирский.
Четырехмесячное путешествие, о‘котором он говорит, это по продолжительности вся его экспедиция, которая укладывается в рамки зимней кампании в Сахаре, например, с ноября по март.
Двурогие носороги могли быть доставлены в Лептис при посредничестве гарамантов, а оттуда переправлены в Рим, где стали подлинной сенсацией на арене, начиная с 80 года, и одновременно их
