Мы поднялись в большой светлый зал, больше всего напоминающий выставку или музей. На подставках и в открытых витринах стояли разнообразные, но все очень красивые вещицы, некоторые с подписями под ними.
— Здесь есть такая, ну традиция что-ли. Города, да и деревни иногда дарят другим некоторые свойственные им, их местностям, красивые редкости. В знак хороших отношений или за помощь в каком либо случаи. Впрочем, иногда и просто так и не только городам, но и отдельным людям. Вот постепенно у нас и сложилась такая коллекция — объяснила нам Гейя.
Тем временем мы подошли к подставке, возле которой стоял настоящий гигант, самый большой человек виденный мною в этом мире. При этом он выглядел очень смущённым и явно не знал, куда деть свои руки, постоянно то убирал их за спину, то прятал в карманы длиннополого, явно непривычного ему, сюртука. А на подставке стояло. Даже не знаю, как это назвать.
Там была композиция из трех цветков изящно и как то необыкновенно переплетённых, так что если попытаться проследить за извивами их стеблей то взгляд терялся в бесконечности, казалось что это и великолепно и невозможно одновременно. Вдобавок цветы полностью и листья, и стебли и сами раскрывшиеся и начинающие распускаться бутоны искрились всеми цветами и их оттенками, при этом цвета двигались и переливались, создавая абсолютно потрясающее впечатление. Однако, подойдя ближе и рассмотрев внимательнее я заметила, что на самом деле они вырезаны из какого-то черного, но блестящего и похоже даже полированного камня. Именно из-за его черного блеска при моих движениях и создавался такой чудесный световой эффект, как множество постоянно движущихся радуг. Резьба была столь тонкая и искусная, что в тонких, буквально прозрачных листиках была видна каждая прожилка
— Это великолепие и мне? Нет, я такого не возьму. Это слишком. Такая красота, такая работа. Я вообще не понимаю как это возможно. — Бормотала за моим плечом Эля, тоже явно потрясённая этим чудом.
— О Эля, не надо так. Как это освобождается Джорно сейчас покажет. Но не отказывайся. Он так старательно их освободил специально для тебя. — Гейя подошла к гиганту и продолжила — Мы все слышали о твоих добрых делах, кроме простой помощи ты лечишь людей и обучаешь многих этому.
— Ну, не так уж и многих кто действительно хочет и имеет способности как ты, например.
— Их не так уж и мало. Поэтому мы и решили украсить твою жизнь. Все жители Тоуна одобрили это решение. Прошу тебя, прими этот дар в знак нашей признательности. Я уверена, что ты найдёшь ему достойное место в твоём доме.
Эля уже пришла в себя и ответила — Это-то да, конечно. Я ни в коем случаи не буду прятать такое чудо. Но не сейчас. Пусть пока здесь постоит. Мы едем совсем в другую сторону, к морю, в Серый замок.
При этих её словах здоровяк, видимо тот самый Джорно, как-то грустно вздохнул. Заметив это Единорожка уточнила.
— У вас, уважаемый резчик
— Просто Джорно.
— Уважаемый Джорно, у вас какие-то затруднения связанные с морем Слёз или с Серым замком? Не стесняйтесь, скажите.
— Ну, это, никаких затруднений нет Леди? Госпожа?
— Единорожка, просто Единорожка, я не Леди и Хозяйка только в своем лесу, да и то при официозе. Впрочем, продолжай Джорно, что-то же явно есть.
— Просто я всегда хотел побывать там, на море Слёз. Говорят оно такое, такое. Сильное, красивое, в постоянном движении и никогда не повторяется — завороженным голосом объяснил Джорно.
— Да, это так — подтвердила его слова Эля — Но почему бы просто туда не поехать, на время или даже навсегда?
— А вот это объясняется очень просто — раздался сзади голос Чёрного Шута, видимо за время нашего любование чудесным букетом поднявшегося в этот зал, впрочем, со всеми остальными.
— Когда началась вся эта экспансия Бездны тот район, он же пограничный, поставили в особый режим. Для посещения нужно спецразрешение, впрочем, получить его на Базе не особо сложно, по такому поводу дали бы без вопросов. Поставки туда идут через Базу, просто для безопасности собираем караваны, которые могут отбиться в случаи чего от пиратского набега, туда бы и включили добровольца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Но я же туда так, без разрешения летала — недоуменно сказала Эля.
— Вот именно, летала. На Колхидисе. Как, по-твоему, влюблённый в тебя золотой дракон недостаточная гарантия твоей безопасности? — ехидно осведомился Шут.
— Влюблённый золотой дракон — ошарашенно прошептала я
— Да, Колхидис, но он не может здесь жить постоянно, не волнуйся, познакомится ещё — так же шёпотом успокоила меня Единорожка.
— Ну, мы бы конечно нашли место для тебя, Джорно. Я бы сам в случаи чего настоял. Такому искусному резчику периодически нужна подпитка вдохновения. Нужно было просто обратиться, попросить.
— Ну вот, считай, что он и обратился. Пускай поедет с нами — заявила я Шуту.
— Как это с Вами. Такая честь — немного боясь, то ли отказа, то ли от смущения забормотал здоровяк.
— Это для нас честь путешествовать рядом с таким мастером.
— Как. Ещё и мастер. Нет, я не мастер, у меняя не выйдет — продолжил ещё более испуганно Джорно.
— Ли-Са — назидательно сказал мне Чёрный — пожалуйста, впредь будь более осторожная со словами. Здесь Мастер это административная, часто выборная должность. Так почему-то сложилось. — И уже обычным несколько ехидными чуть-чуть снисходительным голосом продолжил — Уважаемый Джорно, она не пыталась назначить Вас начальником Тоуна. Просто в другом мире мастером называют ещё и искусного умельца. А глядя на то, с каким тщанием и умением ты освободил этот артефакт из угля я не могу, не согласится с её оценкой. Что-же, я в принципе не против довести тебя до Серого замка вместе с нами. Но предупреждаю — вряд ли это будет простая поездка. Подумай, если что можно присоединить тебя к следующему каравану снабжения, не помню когда он направляется, но они нередки. Когда мы перейдём Хребты Безумия я специально заеду за тобой ну или пришлю кого-нибудь. У тебя есть ещё время подумать и решить как лучше.
— А, это, что тут думать. Что я того-этого караванов не видел и караванных троп. А Вы то, небось, это и быстрее и спокойнее доедете. Вы того-этого не бойтесь. Я не только резцом умею, я еще и за скотиной хожу. Ваших лошадок так обихаживать буду. Я пригожусь, обузой не стану.
— Да, не станешь, верю — улыбнулся Шут — И то, что быстрее это точно. Только вот что спокойнее не обещаю, другая у нас задача. Хорошо. Раз решил то я заеду или пришлю. Сейчас пока не берём, рано.
— Ясно, потом, понятно. Хребты они такие. Все говорят — гиблое место. Может того-этого и не надо туда соваться?
— Не надо. Тебе не надо, да и другим не надо. Но, к сожалению, для Ли-Сы другой дороги как через них нет — задумчиво ответил то ли ему, то ли своим мыслям Чёрный.
— Вона оно как. Ну, раз нет — Джорно вздохнул и поглядел на меня как-то жалостливо, но вдруг улыбнулся.
— Я это, вчера цветок освободил, маленький — он прошёл в угол, где стоял стол, заваленный инструментами — Я сейчас, того, застежку к нему.
Он разжёг горелку, и начал что-то ловко собирать своими так казалось неподходящими для тонкой работы ручищами при этом он сказал.
— Вот, оно того, говорят, что самое страшное, что там, в Хребтах, это, человек сам себя забывает, безумным становится. А вы вот Леди Ли-Са, того-этого, на эту застёжку посмотрите и может и того вспомните старого Джорно. Оно может и Вам в памяти того поможет остаться. Вот, возьмите, пожалуйста. И для Вас, Лорд Чёрный Шут, я тоже что-нибудь сооружу.
— Для меня не надо, у меня есть — Чёрный провёл рукой по своему шраму на лице — но за предложение благодарю. А ты Ли-Са возьми. Кто знает, может и пригодится. Там и правда забыть себя главная опасность — Шут усмехнулся — Вот ведь, никто там не ходит, а как уберечься в народной мудрости хранится.
Я с осторожностью взяла брошь в виде очень изящного цветка тюльпана и опять поразилась тонкости резьбы. Там был даже и пестик в сердцевине, а на одном почти прозрачном лепестке сверкали капельки росы.
