Читаем без скачивания Я – пират - Антон Кротков

Все свои слова итальянец сопровождал резкими жестами. Сигара в углу его рта превратилась в огнедышащий вулкан. Возмущению капитана и всех членов его штаба не было предела. Стали раздаваться крики, что это доктора следует превратить в кровавый кусок мяса, а не Саида. Но главарь пиратов быстро сменил в отношении меня гнев на милость.

– Доктор не виноват! – громко, так чтобы все его слышали, объявил Дуче. – Саид знает наши законы, и потому будет отвечать за свои дела.

По приказу Дуче двое пиратов подвели приговорённого к борту. На смертника зачем-то надели спасательный жилет. Руки его сковали за спиной наручниками. Я заворожено наблюдал за этими приготовлениями, понимая, что «Душман» будет подвергнут какой-то изощрённой казни. Но бородатый вёл себя очень мужественно, всем своим видом демонстрируя готовность умереть достойно, как подобает воину. Он прочитал молитву, без посторонней помощи перелез через ограждение борта и прыгнул в море.

Корабль продолжал движение, уходя от одинокого пловца. А собравшиеся на юте зрители с выражением живейшего любопытства на лицах следили за ходом казни, смысла которой я пока понять не мог.

– Ну что же они не появляются! – нетерпеливо тряс плешивой головой и то и дело азартно толкал меня локтём в бок пожилой пират в промасленном синем комбинезоне. Всей грудью он навалился на перила ограждения, не спуская жадных глаз с человека в бирюзовых волнах. – Ты только посмотри на этих зажравшихся тварей! Корабль вот-вот уйдёт за горизонт, а их всё нет.

Только теперь я начал понимать смысл экзекуции под названием «мясо с кровью». В море бросали живого человека, предварительно исполосовав его кожу ножом. Попавшая в воду свежая кровь привлекала акул, которые разрывали жертву на части. Сразу стало понятно, зачем понадобился спасательный жилет. С его помощью палачи заботились о том, чтобы приговорённый к смерти человек не утонул раньше, чем появятся хищники. Будучи скованным наручниками бородач не мог снять с себя жилет и попытаться избавить себя от страшной смерти.

– Смотри! – чувствительно ткнул меня в рёбра острым локтём дед в комбинезоне механика. – Представление начинается.

Я увидел плавник, описывающий широкие круги вокруг барахтающегося в море человека в оранжевом жилете. Потом над поверхностью моря появился второй и третий острый треугольник. Акулы окружали свою жертву, постепенно сужая круг. Я не стал дожидаться окончания жестокого представления и отошёл от борта. По дороге в санчасть я встретил Дуче, который почему-то тоже не пожелал наблюдать за ходом казни в мощный бинокль, что висел у него на груди. На этот раз свиты рядом с капитаном не было. Только уже знакомый мне профессиональный палач Далит следовал за хозяином на почтительном расстоянии.

– Чтобы держать в повиновении это стадо скотов мне приходится время от времени предлагать им жестокие зрелища и ещё кое-какие грубые забавы, о которых вы узнаете чуть позже, – словно в оправдание пояснил мне итальянец. Он стал рассказывать, что ему очень не просто было спасти меня от участи Саида, которого акулы должно быть уже начали рвать на части.

– Я очень благодарен вам за сына и поэтому рад снова отплатить вам добром – дружески положив мне руку на плечо, говорил мне Дуче. – Только уж постарайтесь больше не подставляться, а то боюсь, что если мне снова придётся заступаться за вас, команда по старому пиратскому обычаю предъявит мне чёрную метку.

Дуче взял с меня слово, что я запру все наркосодержащие препараты и запасы медицинского спирта в железный ящик, а ключи отдам ему. Когда же мне потребуется какое-то лекарство из сейфа Дуче выдаст мне на время ключ.

Глава 11

До конца дня обстоятельства страшной смерти бородатого Саида не выходила у меня из головы. Нет, мне, конечно же, не было жаль бандита. Он получил по заслугам. Просто царящие на пиратском корабле средневековые нравы всё ещё повергали меня в шок. Впервые я присутствовал при настоящей казни. Поэтому вполне естественно, что находился под сильным впечатлением от увиденного.

Не удивительно, что ночью мне снились кошмары главным действующим персонажем которых был «Душман», грешной душе которого, видимо, не был уготован покой даже на том свете. Во сне он появился передо мной в своём оранжевом спасательном жилете с выклеванными чайками глазами и без нижней части туловища, которую сожрали акулы. Я проснулся мокрый от пота. Стрелки настенных часов санчасти показывали половину второго ночи. Некоторое время я тщетно пытался снова заснуть, потом оделся и вышел на палубу.

Возле носовой надстройки никого не было, а с расположенного на корме ходового мостика я вряд ли просматривался – от взглядов рулевого матроса и старшего вахтового начальника меня закрывала мачта грузовой лебёдки. Правда, где-то поблизости всё же могли находиться часовые. Ровный гул машины мог заглушить их шаги. Я догадывался, что ночью пиратский корабль должен охраняться особо тщательно. И если я не вижу караульных, то это ещё не означает, что они тоже меня не видят.

Из-за облаков выглянула луна, и я заметил выглядывающего из-за мачты грузовой лебёдки человека. Видимо, моё появление скрасило для часового однообразное течение дежурства. Едва я успел разглядеть его силуэт, как пират снова укрылся за мачтой. Теперь он наверняка напряжённо следил за мной, должно быть ощущая себя охотником в засаде. Я постарался не думать о нём. Некоторое время стоял и наслаждался свежим и мягким ночным воздухом.

И тут меня словно током ударило. Случайно мой рассеянный взгляд упал на цепочку огней вдали. Это была земля! Сейчас ночью трудно было определить, как далеко находится берег. Из-за каких-то особенностей морской атмосферы огни то начинали ярко светить, то вдруг немного притухали, визуально отдаляясь. Иногда они и вовсе меняли цвет, словно маня к себе, и одновременно насмехаясь надо мной.

Меня охватило страшное волнение. Вот он берег! Стоит мне достичь его и я вернусь домой – к родным и друзьям, к прежней счастливой жизни. И навеки прощай каторжный корабль, утончённый садист Дуче, жуткий одноглазый пират и прочие обитатели этого человеческого паноптикума! Я стал лихорадочно обдумывать план побега. Было ясно, что другой такой шанс мне вряд ли скоро представиться. Ситуация почти благоприятствовала побегу. Я не был скован наручниками или заперт в каюте под бдительным присмотром персонального охранника. И в то же время спортивные тренировки укрепили мою мускулатуру. Я был почти уверен, что сумею достичь берега. Единственной проблемой был укрывшийся за мачтой часовой. Пока он наблюдает за мной я не смогу покинуть корабль. Мысль, что за мной неотрывно следит пара бдительных глаз человека, в руках которого автоматическая винтовка, не позволяла мне начать действовать.

Но тут разноцветные светлячки вдали снова начали как бы притухать. К тому же их явно стало меньше. Создавалось впечатление, что я вижу огни небольшого города или посёлка, расположенного на краю вдающегося в море мыса или даже на острове. Пройдёт ещё немного времени, и спасительный свет земли окончательно угаснет для меня.

Наверное похожие ощущения переживает больной летаргией, которого хоронят заживо. Он чувствует абсолютно всё, что с ним происходит, но сделать ничего не может. Несчастный ощущает на своём лице последний лучик солнечного света в щели заколачиваемой крышки гроба и понимает, что если сейчас же не пробудится от сна, то будет опущен в могилу и засыпан землёй. Но я то не хотел быть похороненным заживо на этом чёртовом корабле!

И я решился. Луна снова скрылась за облаками. Я посчитал это добрым знаком. В начавшейся игре в кошки-мышки пират за мачтой, конечно же, играл роль кота-охотника. Вряд ли он занервничал, на время потеряв меня из виду. Скорее всего, часовой даже обрадовался возможности немного поразвлечься. Он даже особо не прятался. Просто спокойно ждал меня возле шлюпок, держа автомат на изготовку, чтобы прошить беглеца очередью в упор.

Тогда я направился к другому борту. Я уже находился рядом с плотами, когда услышал чей-то тихий шепот. Я присел и притаился. В этот момент снова вышедшая из-за облаков луна осветила крадущегося вдоль борта второго охотника. На его голове был закреплён гарнитур радиосвязи -наушник в ухе и микрофон у рта. Устроившие на меня облаву часовые на расстоянии переговаривались между собой, координируя свои действия!

Сразу стало понятно, что мне не позволят воспользоваться спасательным средством для побега с корабля. Поэтому я подождал, пока второй охотник отойдёт достаточно далеко, разделся, и решительно направился к ограждению борта. Если бы не страх быть подстреленным и разделить судьбу расчленённого топорами Ван Форна я бы, возможно, в последний момент заколебался: бросаться или нет в тёмную неизвестность. А так у меня просто не было выбора. И потому я с ходу перевалился через ограждение борта.