- Добро.
Александр плавным движением ручки от себя перевел вертолет в разгон с набором высоты, виражом выходя на курс севернее Смоленска. Внизу в зеленоватой пелене ПНВ пролетал лес. Сашка не стал набирать большую высоту, звук вертолета ночью будет слышно и так, а на низких высотах меньше шанс обнаружения.
Полет проходил рутинно, парень даже стал получать удовольствие от него. Все было как в прошлом мире, только теперь он летел самостоятельно, и рядом не было старших товарищей, готовых, если что, помочь или взять управление на себя. Но в то же время эта самостоятельность мобилизовывала, все чувства были обострены, как никогда до этого. Сашка постоянно поглядывал на радар, чтобы не пропустить появление вражеских самолетов. Вдруг на экране появились засветки. Юго-западнее, чуть в стороне от них, на высоте 5 500 метров шли три цели, скорость 330 километров в час, курс на Москву. Увидеть их вертолет чужие летчики не могли. А Сашке стало интересно, кто это крадется в сторону столицы. Может, возвращаются с ночной бомбардировки наши самолеты, а может это немцы летят бомбить Москву. Александр, изменив курс и добавив скорость, пошел на сближение.
- Петь, как ПНВ, нормально видно?
- Да, Сань, отлично.
- Смотри, выше нас на два часа три самолета. Можешь определить по силуэтам, чьи они?
- Сейчас! - через некоторое время в шлеме раздался напряженный голос Петра: - Сань, это немцы, Хенкели. На Москву летят, сволочи! Мы можем что-то сделать?
Сашка задумался. А что, собственно, тут думать. Истребительного прикрытия нет, видать гансы решили тихо подкрасться, тихо напакостить и уйти. А бомберы их вертолету не страшны. Всегда можно уйти на маневре. Александр еще прибавил газу, боясь, что немцы уйдут. Скорость у них была повыше. Включив прицельную станцию, он стал выцеливать идущий первым бомбардировщик. Вычислитель показывал, какое надо взять упреждение и вот цель в зоне поражения. Сашка нажал на гашетку, вертолет тряхнуло. Секунды и ночное небо осветилось огненным взрывом. Раздался радостный крик Никифорова:
- Есть! Молодец, Санька, какой же ты молодец!
А Сашка выцеливал следующий бомбардировщик. Немцы заметались, не понимая, откуда к их товарищу пришла смерть. Еще одна короткая! Мимо! От немецких самолетов потянулись нити трассеров. Фашистские стрелки палили в слепую, в надежде отогнать невидимого русского. Еще короткая! Второй бомбардировщик взорвался. Последний, оставшийся самолет, вываливая содержимое бомбовых отсеков вниз, змейкой со снижением начал отворачивать на запад. Если бы он продолжил идти прежним курсом, Сашка бы его не достал, сказалась бы разница в скорости, но он решил повернуть назад. Ай, какой красавчик! Своим маневром, он великолепно подставился под Сашкину пушку. Очередь, и 23-миллиметровые снаряды из будущего поставили крест на планах немецких стервятников по бомбардировке столицы Советского Союза. Сашку охватил восторг и он заорал:
- Йо-ху! Вот так вот! Получи фашист гранату! Петька, ты видел, как я их!?
- Видел, Саня, конечно, видел! – отозвался радостно Никифоров, а потом разочарованно произнес, - Эх, только тебе их никто не подтвердит, очевидцев то нет.
- Это почему не подтвердит? – нарочито обиженно произнес Сашка, а потом довольно сказал, - у меня фотокинопулемет стоит для фиксации результатов применения вооружения, так что пусть только попробуют не подтвердить, я это кино лично товарищу Сталину покажу! Потом, подумав, парень добавил: - Только, Петь, лучше будет сказать, что стрелял ты. Тем более ты на месте летчика-оператора сидишь.
- Это почему еще? Ты сбил, тебе и благодарность.
- Поверь, так надо. Хочу тебя попросить у товарища Сталина вторым пилотом. А после такого, думаю, он точно не откажет.
Петр задумался, но минут через десять согласился:
- Ну, хорошо. Только все равно не правильно это.
- Правильно, Петь, правильно. Все, что на пользу делу правильно.
А внизу уже были видны вспышки разрывов, парни подлетали к линии фронта. До аэродрома прибытия оставалось несколько минут. Если только Сашка не ошибся с расчетами. На радаре замелькали засветки. Ночное небо не было пустым. Парень вел вертолет так, чтобы пройти в стороне от неизвестных самолетов. Свои это или немцы, разницы не было. Он сейчас был для всех чужим. Вот-вот должен был появиться аэродром. Сашка уже стал переживать, что не правильно рассчитал курс, и они заблудились. Но нет, вот проявился узнаваемый крест взлетно-посадочных полос в окружении дорог. И тут же небо прочеркнули лучи прожекторов. Противовоздушная оборона аэродрома несла службу четко. Сашка, как обещал, дал три короткие засветки посадочным фонарем, затем подождав несколько секунд, еще раз три раза мигнул. Прожектора стали по одному гаснуть. Значит, ждут, значит, радиограмма все-таки была получена Сталиным. Теперь осталось самое сложное – посадка на незнакомую площадку. Сашка со снижением зашел на аэродром, завис над пустым полем и аккуратно, почти ювелирно опустил машину вниз. Чуть слышный удар шасси об землю. Все, сели. Парень взглянул на часы – 02-14. Вовремя. Подполковник Пьяных мог бы им гордиться. А к вертолету уже бежали какие-то люди. Сашка сбавил обороты двигателей, лопасти стали замедляться, все можно глушить движки. Резкая тишина ударила по ушам. Александр отстегнул ремни парашютной системы и вылез из кабины. Разгоряченное тело на ночном морозце пробил озноб. Парень обошел вертолет и помог выбраться из кабины Никифорову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Люди, не добегая до них метров пятьдесят, стали разбегаться в стороны, беря вертолет в кольцо. Вот сквозь оцепление прошли три человека, один явно командир в длинной шинели и фуражке. И не холодно же ему в ней. И двое автоматчиков. Подойдя к парням, командир представился первым:
- Капитан государственной безопасности Волков. Мне сказали, Вы будете один.
Никифоров тут же вытянулся, но раньше Сашки представляться не стал. А Сашка не знал, как ему назваться, а потом решил, что назовется позывным:
- Александров. Со мной младший лейтенант 13-го бомбардировочного авиаполка Никифоров. При выполнении боевого задания самолет младшего лейтенанта был сбит за линией фронта. Экипаж, кроме младшего лейтенанта погиб. Никифоров выбросился из горящей машины с парашютом, был ранен и нами эвакуирован.
Услышав Сашкин мальчишеский голос, капитан удивленно приподнял брови:
- Мне поступило распоряжение оказать Вам всякое содействие с техникой и сразу же доставить в Кремль. Приказывайте.
А вот приказывать Сашке, да еще и человеку старше по возрасту и по званию было неудобно.
- Товарищ капитан…
- Товарищ капитан государственной безопасности, - откуда-то из-за спины прошипел Никифоров, - подполковник по общевойсковым званиям.
- Извините, товарищ капитан государственной безопасности. Вас как по имени отчеству?
- Владимир Викторович, - в голосе Волкова опять проскочило удивление.
- Владимир Викторович, вертолет надо куда-то спрятать и замаскировать, не хотелось бы, чтоб случайная немецкая бомба разбила секретную технику.
- В-вертолет, - капитан произнес незнакомое слово с запинкой, - можно отогнать ближе к лесу и накрыть маскировочными сетями. От осколков прикажу прикрыть мешками с песком, - при этих словах капитан поморщился, такую дуру обложить мешками с песком не так-то просто. А в условиях секретности заниматься этим придется его немногочисленным подчиненным, при этом задачу по охране с них тоже никто не снимет. – Тихонов, - капитан крикнул кому-то в темноту, - пригони трактор, у БАОшников возьми, у них есть, и трос захвати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Из темноты раздалось:
- Есть!
- Трос не надо, у меня с собой приспособление для буксировки, - Сашка, как чувствуя, что жесткая сцепка понадобится, в последний момент погрузил штангу в грузовую кабину.
- Тихонов, трос не надо, - громче крикнул капитан.
- Понял, - раздалось уже издалека.
- Что-то еще?
- Да нет, пожалуй. Вот только младшего лейтенанта надо куда-то устроить на время. Я же так понимаю, в Кремль его с нами не пустят.
