– Иди, – прошипел Торн, подталкивая его. – Говори.
– Пересчитай присутствующих.
– Ладно.
Он тысячи раз мысленно репетировал эту речь, проигрывая все возможные варианты. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что не начнет словами «Я – Майлз Нейсмит». У него отчаянно колотилось сердце. Он набрал воздуха.
– Мы – дендарийские наемники. Мы пришли спасти вас.
На лице мальчугана отразилась смесь презрения, отвращения и страха.
– Ты похож на гриб, – недоуменно сказал он.
Это было настолько… настолько не по сценарию. Из тысячи заранее подготовленных фраз ни одна не была рассчитана на такое. Со своим командирским шлемом он, наверное, и в самом деле слегка походил на большой серый гриб. Да, образ далеко не героический.
Он сорвал с себя шлем, скинул капюшон и оскалился… Парнишка отшатнулся.
– Слушайте меня, вы, клоны! – заорал он. – Тайна, которую вам повторяли шепотом, – правда! Каждый из вас ожидает своей очереди под ножом хирурга дома Бхарапутра. Они засунут вам в череп чужие мозги, а ваши выбросят на помойку. Вот куда один за другим уходили ваши друзья – на смерть. Мы увезем вас на Эскобар, где вам предоставят убежище…
С самого начала в коридоре собрались не все мальчишки, а теперь те, кто стоял сзади, начали по одному отходить и возвращаться в свои отдельные комнаты. Послышался шум. Один темноволосый мальчишка попытался проскочить в коридор за двустворчатой дверью, и коммандос применил стандартный захват. Клон завопил от боли и неожиданности – и этот звук и потрясение прокатились, как взрывная волна. Парнишка яростно вырывался. У дендарийца вид был раздосадованный и неуверенный. Он не отпускал парнишку, ожидая дальнейших указаний.
– Возьмите своих друзей и следуйте за мной! – отчаянно проорал «Нейсмит» отступающим мальчишкам. Блондин резко повернулся и бросился бежать.
– По-моему, они нам не поверили, – сказал Торн. – Наверное, проще было бы их всех парализовать и унести. Мы не можем терять время – слишком плохая охрана.
– Нет…
Шлем вызывал командира. Он снова нахлобучил его. Голос сержанта Тауры, автоматически выделенный каналом, звучал достаточно разборчиво:
– Сэр, нам тут нужна ваша помощь.
– В чем дело?
Ее ответ заглушил голос женщины с воздушного мотоцикла:
– Сэр, с балконов дома, в котором вы находитесь, слезают несколько человек. А с севера подходят четыре охранника дома Бхарапутра.
Он отчаянно перебирал каналы, пока не нашел канал воздушной охраны.
– Не давай им уйти!
– Как я могу их остановить, сэр? – вопрос прозвучал резко.
– Парализатор, – беспомощно пролепетал он. – Подожди! Не парализуй тех, что спускаются, подожди, чтобы они слезли.
– Тогда мне будет плохо видно.
– Делай, что можешь. – Он снова нашел Тауру. – Что такое, сержант?
– Я хочу, чтобы вы поговорили с одной ненормальной. Уж вы-то сможете ее убедить – больше никто не может.
– Здесь… не все под контролем.
Торн поднял глаза к небу.
Тем временем пленный клон отчаянно лягался. Торн перевел свой парализатор на минимум и прикоснулся к шее брыкающегося мальчишки. Тот дернулся и бессильно обмяк. Не потеряв сознания, дико водя затуманившимися глазами, он начал плакать.
В приступе малодушия дубль-Майлз сказал Торну:
– Собери их всех. Как только сможешь. Я пойду к Тауре.
– Валяй, – прорычал Торн без всякой почтительности и резко повернулся, собирая своих людей. – Ты и ты – идите по той стороне. Ты – по другой. Ломайте двери.
Он позорно бежал под треск выбиваемых дверей.
Наверху было тише. Девочек меньше, чем мальчиков – в его время такая диспропорция тоже замечалась. Он часто задумывался над ее причиной. Переступив через тело коренастого охранника, он пошел к сержанту Тауре, ориентируясь по плану в шлеме.
Примерно десяток девочек сидели по-турецки на полу, сцепив руки за головой, под угрозой дендарийского парализатора. Их пижамные курточки и шорты были из розового шелка, а в остальном ничем не отличались от мальчишечьих. Вид испуганный, но по крайней мере сидят молча. Он шагнул в боковую комнату и там обнаружил Тауру и вторую дендарийку, нависших над высокой смуглой девочкой-женщиной, сидевшей за комм-пультом, агрессивно скрестив руки на груди. Там, где должна была находиться пластина экрана, дымилась дыра от плазменного удара.
Девочка повернула голову, встряхнув длинными черными волосами, переведя взгляд с Тауры на него.
– Госпожа моя, ну и цирк!
Голос ее обжигал презрением.
– Она отказывается стронуться с места, – сказала Таура. В голосе ее звучало странное беспокойство.
– Девочка, – он отрывисто кивнул, – если ты останешься, ты умрешь. Ты – клон. Твое тело предназначено твоему предку. Твой мозг извлекут и уничтожат. Возможно, очень скоро.
– И без тебя знаю, – сказала она презрительно, словно идиоту.
– Что?! – У него отвисла челюсть.
– Я знаю. И довольна своим предназначением. Моей госпоже угодно, чтобы было так. Я всецело предана своей госпоже.
Она подняла голову, и в глазах ее мелькнуло непонятное мечтательное обожание.
– Она связалась со службой безопасности Дома, – напряженно сказала Таура, кивая в сторону дымящегося экрана. – Описала нас, наше снаряжение – даже сообщила приблизительную численность.
– Вам не разлучить меня с моей госпожой, – подтвердила девочка с холодным и уверенным кивком. – Охранники вас убьют и спасут меня. Я – очень важная персона.
Как, к дьяволу, им удалось вывернуть девчонке мозги наизнанку? И можно ли все исправить за тридцать секунд? Он решил, что нет.
– Сержант. – Он сделал глубокий вдох и пропищал на выдохе: – Парализуйте ее.
Девочка попробовала увернуться, но не успела: парализатор ударил ей точно в лоб. Таура перепрыгнула через комм-пульт и поймала голову девочки до того, как она стукнулась об пол.
– У нас все? – спросил он.
– Как минимум две убежали по черной лестнице, – доложила Таура, хмурясь.
– Их парализуют, когда они попытаются выйти из здания, – успокоил он.
– А что, если они спрячутся внизу? На их поиски уйдет время. Нам уже пора возвращаться на катер.
– Секунду. – Он неловко перебрал каналы связи в поисках Торна. Донесся чей-то вопль: «…ин сын! Ах ты, маленький..».
– Что? – рявкнул Торн затравленно. – Ты уже собрал этих девчонок?
– Одну пришлось парализовать. Послушай, у тебя есть сведения об их количестве?
– Да, обнаружились на комме у смотрителя. Тридцать восемь мальчишек и шестнадцать девочек. У нас не хватает четырех – наверное, слезли с балкона. Рядовая Филиппи уложила троих, но утверждает, что четвертого не видела. Как у тебя?
– Сержант Таура говорила, что две девочки спустились по черной лестнице. – Он осмотрелся, стараясь не замечать дисплеев шлема, завихрившихся всеми цветами радуги. – Сержант, Торн говорит, что здесь должно быть шестнадцать тел.
Таура высунула голову в коридор, шевеля губами, потом вернулась, уставившись на парализованную девочку.
– Все равно одной не хватает. Кестертон, осмотри этаж, загляни в шкафы и под кровати.
– Слушаюсь, сержант. – Дендарийка бросилась выполнять приказ.
Он пошел за ней. В шлеме настойчиво звучал голос Торна:
– Пошевеливайтесь, там! Похищение рассчитано на быстроту, помните? У нас нет времени собирать разбежавшихся!
– Подожди, черт побери!
В третьей комнате рядовая заглянула под кровать и сказала:
– Ха! Поймала! – Она схватила брыкающуюся жертву за щиколотки и потянула. Добыча выскользнула на свет божий: невысокая девочка в розовой пижамной кофточке и шортах. Она тихонько повизгивала, ни на что не надеясь. У нее была копна белокурых кудряшек, но самым удивительным в ее внешности был потрясающий бюст: громадные налившиеся шары, которые не мог сдержать натянутый до предела шелк. Она перекатилась на колени и села на пятки, бессознательно поддерживая руками тяжелую грудь, словно по-прежнему потрясенная ее появлением.
