А родители отчаялись найти мне жениха и все чаще заводили разговор об обители святых сестер. И тут я у оружейной лавки случайно встретила одного молодого человека. Королевского гвардейца. Он приехал отдыхать к родителям в соседний городок. Нет, он не ухаживал за мной, мы просто разговаривали об оружии и боях и однажды даже устроили состязание. Кто-то из слуг донес отцу. Но меня не ругали, наоборот, парня пригласили в дом и попросили дать мне пару уроков, поскольку мой учитель занят племянником. Мы занимались стрельбой из лука, мечами, дротиками. Я была… счастлива, впервые за несколько лет. Никто не вздыхал жалостливо при виде меня, никто не заводил разговор про то, как дружно живут святые сестры. И вдруг разразился скандал. Однажды мы вернулись с конной прогулки, и он, помогая поставить в стойло коня, вдруг прижал меня к стене и начал целовать. Я оторопела, не зная, что делать, раньше он таких попыток не делал. А он твердил, что любит меня и не хочет расставаться. И в этот миг раздался возмущенный крик отца. Он кричал, что давно подозревал негодяя в грязных поползновениях, а вот теперь убедился во всем собственными глазами. Гвардеец оскорбился и ускакал, меня отправили домой и заперли в спальне. А вечером позвали на семейный разговор. Где объявили, что о браке с простым солдатом не может быть и речи, что я себя скомпрометировала и ни один жених теперь не посватается к девушке с подмоченной репутацией. Поэтому мне пора готовиться в обитель. Я знала, что если не сумею их обмануть и сбежать, то от обители мне не отвертеться. Но куда было бежать?! Я ведь даже в женский полк поступить не могла, моя родня была бы опозорена.
Ну, для начала я покаялась и согласилась ехать в обитель. Думала, сбегу ночью, заберу оружие и ищи ветра в поле. Однако вернувшись в свою комнату, обнаружила на окне решетку, а на двери снаружи кованый засов. Я не спала всю ночь, металась по комнате, ища выход. А утром меня пришла причесывать служанка, и желая развеселить, стала рассказывать новости, упомянула и о объявлении, появившемся на харчевне. Об обозе в Изагор. Меня и осенило. Я попросила ее принести какую-то мелочь, а пока она ходила, отрезала волосы. Вернувшись и увидав на полу мою косу, девица начала так орать, что прибежали родители. Несмотря на ранний час, они были почему-то полностью одеты. Вот тогда я и объявила о своем решении. Что вместо обители еду в Лизяки, к обозу. Мать упала в обморок, отец что-то кричал про деньги. Но я не сдалась, заявив, если не пустят, то пожалуюсь королю. Меня отправили с двумя дюжими сопровождающими, взятыми на время из поместья Каролины. Как преступницу. Они следили за мной днем и ночью, спали по очереди. – Ким горько вздохнула и замолчала.
– Вот негодяй, – с отвращением произнесла Дисси. – Хорошо, что ты в него не влюбилась.
– Да при чем тут он, – растерянно заспорила Кимелия. – Это все мои родители со своими фамильными предрассудками. Это нельзя, то не положено.
– Родители само собой! – не согласилась знахарка. – А он-то с какой совестью тебя предал?
– Дисси! Ты что не поняла?! Когда он меня предал?
– Это ты, девочка, не поняла, потому как душа у тебя честная, – мягко сказала Дисси. – Ну, подумай сама, вы кататься ездили. С лошадей что, не слезали, скажешь?
– Почему не слезали?! Мы возле озера их поить пускали, на берегу сидели. День такой солнечный был.
– И он не мог тебя на берегу поцеловать? Да про любовь сказать? Пока никто не видит?! Ведь если ты откажешь, ему никакого унижения, все, кто всерьез предложение делают, для объяснения укромное местечко выбирают. А он дожидался, пока вы в конюшню войдете. И отец, этот-то откуда так кстати взялся?? Он что, часто в той конюшне гулял? Да и решетка слишком быстро появилась. То денег нет, а то срочный заказ кузнецу понесли?
– Да не было в тот день кузнеца. В город заказ отвозил. Я заезжала утром, лошадь подковать… – медленно пробормотала Ким и резко села. – Дьявол, Дисси, чем же я думала! Он точно по уговору это сделал! Теперь мне все ясно! А я казнюсь, что сердце бедному солдату разбила! Ох! Как камень с плеч! Хорошо еще, не знала, где его искать, а то бы расшвыряла провожатых и удрала!
– Ким. Ты не переживай так, Ким! – подсев к собеседнице, Дисси заглянула в ее лицо. – Ты девушка редкая, особенная! Не стоит этот подлец твоих переживаний! Вот вернешься и найдешь себе настоящего мужчину, обязательно найдешь! Тогда тебе их законы и правила будут не указ! Сама себе хозяйкой станешь!
– Дисси! Ты что думаешь, я заплачу? Да мне сейчас впервые за последние недели так легко, как давно не было! Я ведь его не любила, точно знаю! Просто считала себя виноватой. А теперь больше не считаю и могу спать спокойно! И за это тебе большое спасибо!
– Ну и слава богине. А то я уж испугалась, – вернулась на свое место Дисси. – Это правильно, смотреть нужно вперед, а не назад. Что его вспоминать, неладное-то!
Она вновь отогнула полог и несколько минут рассматривала мокрые морды лошадей, тянущих следующую за ними телегу. Давая Кимелии время смахнуть с глаз жгучие слезы обиды.
На обеденный привал обоз встал на высоком берегу реки, переехав её по старинному каменному мосту. Дисси споро выбралась из повозки, и пока добралась до костра, успела оглядеть окрестности. Местность сразу за мостом начала заметно повышаться в сторону гор, сплошной лес, мрачно темнеющий сквозь дождевую завесу, остался на том берегу. На этом деревья росли небольшими рощицами, перемежавшимися открытыми каменистыми полянами.
Костер охранники разводили под наспех натянутым пологом, так, чтобы дым уходил наружу, а струи дождя не заливали огонь. Свежее мясо уже закончилось, в готовку пошла копченая домашняя птица. Дисси заметила, что и котел для супа охранники достали другой, значительно больше по размеру.
– Еще несколько женщин решили обедать с нами, – пояснил на ее вопросительный взгляд ухажер Бини.
Понятно. Надоело давиться холодными припасами в одиночку. Дисси заметила, что многие из женщин так и не нашли себе подруг. А может и не искали, вон какие они здесь все… изломанные душевно. Таким очень непросто найти с незнакомыми людьми общий язык.
– Как тебя зовут? – решила, наконец, познакомиться с помощником Дисси.
Ее-то имя они уже все знали. Трудно не узнать, когда Бини кричит на всю стоянку от соседнего костра: «Дисси! У меня убегает!» Да и имя Бини тоже ни для кого не секрет, она ведь к девушке часто обращается с мелкими поручениями.
– Сем,{11} – смущенно буркнул парнишка.
– Ясно. Сем, давай-ка заливай воду, и неси чурбачок. Птиц надо на кусочки разрезать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
