— А ну быстро противогаз на морду! — прикрикнул он на Дрейла. А потом, под прикрытием семи лазганов, полковник проскользнул в здание.
Островерхий склад дрожал от оглушительного барабанного грома. Корбек с трудом поверил своим глазам. Его окружало множество механизмов, двигателей и турбин. Каждый из них приводил в движение барабанные палочки, бившие по обтянутым кожей цилиндрам всех возможных размеров. Корбек старался не думать о происхождении кожи. Хаотический, бессмысленный стук барабанов Покаявшихся заполнил его разум до краев. Невозможно было распознать хоть какую-то мелодию, но Корбек опасался, что она все же есть. Просто он еще недостаточно безумен, чтобы расслышать ее.
Более тщательный осмотр помог обнаружить только пустоту. И в этом, и во всех других зданиях. Ни души. Но все они были заполнены теми же механическими барабанами… Десять, двадцать тысяч всевозможных барабанов, словно бьющиеся в агонии сердца.
Призраки заняли круговую оборону. Но Корбек прекрасно знал, чего все они боятся. Сотрясавший воздух ритм смогли бы выдержать немногие.
Он подозвал Скулана. Его пропахший прометием тяжелый огнемет истекал нефтяной слюной. Полковник указал на первое здание.
— Сержант Грелл прикроет тебя, — начал он. — О тылах не беспокойся. Просто выжги все эти гадючники до последнего.
Огнеметчик задержался, чтобы подтянуть манжету своего закопченного орудия. Грелл послал с ним группу охранения, и Скулан шагнул внутрь. Он вскинул огнемет. Палец на курке под защитной накладкой напрягся…
Один удар. Единственный. В какое-то мгновение беспорядочная какофония тысяч барабанов слилась в одном звуке.
Голова Скулана взорвалась. Тело рухнуло мешком требухи. Удар о землю и мышечный спазм заставили палец на курке закончить движение. По стенам хлестнула яростная струя пламени. Она прошла по галерее и обрушилась на троих солдат, прикрывавших огнеметчика. Огонь немедленно сожрал их дергающиеся тела, оборвал вопли.
Гвардейцев охватила паника, и они кинулись врассыпную. Корбек выругался. Умирая, Скулан каким-то образом зажал спусковой крючок. Придавленный весом тела, огнемет извивался на гибком шланге и бросался из стороны в сторону, словно огнедышащая змея. Яркая струя поймала еще двоих, троих… Там, где она касалась грязных бетонных стен, оставались огромные конические шрамы.
Корбек вжался в стену, укрываясь от языков пламени. Его мысли отставали от действий. В руке уже оказалась граната, одним движением он поставил ее на боевой взвод.
Вынырнув из своего укрытия, полковник приказал всем залечь и кинул гранату к трупу огнеметчика и его обезумевшему оружию. Топливные баки на спине мертвеца вспухли чудовищным огненным шаром. Ослепительно-яркий огонь вырвался из двери склада, снес значительный кусок крыши. Обезглавленное тело Скулана погребло под обломками каменных плит.
Корбека швырнуло на землю раскаленной ударной волной. Сержант Маколл, укрывшийся в канаве, избежал худшей судьбы. Но он успел разглядеть то, чего не заметил полковник. Барабанная какофония не позволяла сконцентрироваться. И все же Маколл верил своим глазам: Скулан был убит лазерным импульсом в затылок. Крепко сжав винтовку, разведчик выбрался из укрытия, выискивая глазами стрелявшего. «Должно быть, снайпер, — думал он. — Один из Покаявшихся, укрывшийся на ничейной территории».
Солдаты поблизости распластались на земле, закрыв головы руками. Все, кроме одного. Дрейл стоял, расслабленно помахивая лазганом, и улыбался.
— Дрейл! — выкрикнул Маколл, срываясь с места.
Гвардеец развернулся к нему и посмотрел глазами, полными молочно-белой пустоты. Затем поднял лазган и выстрелил.
2
Маколл бросился на землю недостаточно быстро. Лазерный импульс лизнул его вдоль спины и пережег портупею. Кубарем скатившись в канаву, разведчик ощутил тупую боль от ожога под лопатками. Крови не было — лазер тут же прижег нанесенную рану.
Воплей и паники ощутимо прибавилось. Странно, по-детски восторженно визжа, Дрейл повернулся на месте и почти в упор расстрелял двоих убегавших Призраков. Остальные судорожно пытались отползти с линии огня. Дрейл переключил оружие в автоматический режим и срезал их, убив пятого, шестого, седьмого…
Корбек вскочил, в ужасе глядя на происходящее. Он вскинул лазган, прицелился точно в грудь безумного гвардейца и выстрелил. Поперхнувшись собственным визгом, Дрейл грохнулся на спину, комично дернув ногами.
Повисла пауза.
Корбек и Маколл осторожно подошли ближе. За ними последовали несколько гвардейцев, остальные пытались помочь раненым.
— Феса ради… — выдохнул полковник, приблизившись к трупу. — Да что тут творится?
Маколл не отвечал. Преодолев расстояние между ними в несколько огромных прыжков, разведчик врезался в Корбека и свалил на землю.
Дрейл не умер. Под его кожей кипело, вздувалось нечто непонятное и отвратительное. Сначала он встал на колени, а потом — во весь рост. В два человеческих роста. Его униформа и кожа лопались, не в силах сдержать разрастающийся внутри костяк.
Корбек не хотел смотреть в ту сторону. Не хотел видеть костистую тварь, выбиравшуюся из кожи Дрейла. Освободившись от лохмотьев человеческой плоти, порождение Хаоса упруго выпрямилось в фонтане крови.
Стоя посреди двора, Дрейл — или то, что когда-то было Дрейлом, — смотрел на Призраков. Извращенная, гротескная тварь больше трех метров ростом, чьи кости отливали темным блеском кованого железа. Огромную голову венчали изогнутые рога, по телу струились кровь, машинное масло и жидкости, название которым еще не придумано. Чудовище будто улыбалось и поводило головой из стороны в сторону, предвкушая грядущую резню.
Хотя на существе не осталось ни одежды, ни плоти Дрейла, Корбек заметил на его шее жетон гвардейца.
Тварь подняла стальные когти к небесам и издала могучий вой.
— Все в укрытие! — проорал полковник.
Насмерть перепуганные солдаты бросились врассыпную к любой тени или яме, где можно было укрыться. Корбек и Маколл нырнули в дренажный канал. Разведчика трясло. Дальше по каналу Корбек заметил рядового Мелира, ротного ракетометчика. Тот не мог пошевелиться от ужаса. Полковник окунулся в зловонную жижу на дне и подполз к гвардейцу. Он попытался забрать ракетомет, но скрюченные паническим страхом пальцы Мелира не хотели разжиматься.
— Маколл! Фес тебя дери, помоги мне! — крикнул он, пытаясь вырвать оружие.
Хватка ослабла. Корбек ощутил непривычный ему и непослушный вес тяжелого орудия. С одного взгляда он понял, что ракетомет заряжен и готов к бою. Тень накрыла его. Чудовище, некогда звавшееся Дрейлом, нависло над ним. Из пасти, полной тупых звериных зубов, вырвалось шипение, словно тварь ликовала.
Корбек откинулся на спину и попытался прицелиться. Измазанное грязью оружие скользило в руках, и полковник беспомощно сполз на дно канала.
— Император Пресвятой, — зашептал он, — избави нас от Мрака Пустоты и во служении Твоем направь сие орудие… Император Пресвятой, избави нас от мрака Пустоты…
Он нажал спусковой крючок. Ничего. Вода заполнила ударный механизм.
Тварь нагнулась и легко подцепила Корбека за шиворот кителя. Полковник оказался на расстоянии вытянутой руки от чудовища. Правда, теперь вода вылилась из ударника. Он вновь надавил на крючок. На таком расстоянии промахнуться было невозможно. Тварь лишилась головы.
Корбек пролетел шагов двадцать и рухнул на кучу шлака. Ракетомет откатился в сторону.
Обезглавленное чудовище колебалось еще мгновение, а потом тяжело повалилось в канал. За его спиной сержант Грелл уже собрал десяток солдат. Их паника вырывалась наружу потоками злорадной ругани. Гвардейцы встали у края канала и открыли огонь. Они стреляли до тех пор, пока могучее тело агонизирующей твари не развалилось на куски.
Корбек наблюдал за этим пару секунд, а затем перекатился на спину и просто устало лежал.
Вот и случилось все самое страшное. И его не оставляла мысль, что все это — целиком и полностью его вина. Ведь Дрейл заразился от осколка проклятого идола… «Соберись, ты нужен людям», — мысленно прикрикнул на себя Корбек. Его зубы отбивали дробь. Бандиты, мятежники, даже мерзкие орки — со всем этим он мог справиться. Но это…
Над ними все еще грохотал артобстрел. Сыпали хаотичную дробь механические барабаны. Усталость вот-вот затопит сознание. Первый раз со времен падения Танит, Корбек ощутил на лице слезы.
3
Опускались сумерки, но орудия Покаявшихся все не умолкали. Ревя и грохоча, выросла трехсоткилометровая чаща из огненных сполохов и столбов дыма. Гаунт решил, что разгадал тактику противника. Беспроигрышная ситуация.
Покаявшиеся начали наступление на рассвете, надеясь прорвать укрепленную линию имперских сил. При этом они ждали мощного сопротивления. Гаунт и его люди не обманули их ожиданий. Когда атака захлебнулась, Покаявшиеся стали отступать, заманивая имперские войска в собственные траншеи… и в зону поражения артиллерии, окопавшейся на холмах.
