Только тогда Карлон смог приступить к допросу.
– А мы не знаем! – Селеста смотрела чистыми честными глазами. – Шли по городу, искали живых, когда напоролись на странную тварь. Похожа на висящую в воздухе простыню, с краями рваными. Она как заорет! Аларика первой шла, основной удар на нее и пришелся, мне самой стороной досталось.
Аларика кивала, разглядывая собственные сандалии.
– Я сестру подхватила и бежать – продолжала рассказ младшая. – Повезло, что чудище нас не преследовало, отвлеклось на солдат.
– Каких солдат?
Жрец корил себя за глупость. Следовало допросить девушек по отдельности, тогда им не удалось бы сговориться и врать. Он не сомневался в лживости выслушанной истории, хотя и не понимал, зачем его обманывают.
– Ночью колонна поселенцев вышла из города. Судя по всему, преступники с охраной – Аларика по-прежнему не поднимала глаз. – Там, женщина… отстала…
– И трое охранников ее убили – подхватила Селеста. От жреца не укрылся брошенный ей на подругу тревожный взгляд. – Не знаю, выжили они или нет, мы сбежали слишком быстро.
– Каких размеров оно было?
– Кто?
– Чудовище.
– Мне показалось, с меня ростом – пожала плечами новенькая. – Хотя не поручусь.
– Сестра Аларика, ты что скажешь?
– Я не помню. Старший брат.
Красавица отступила в сторону и отвернулась. Всем своим видом она выказывала нежелание разговаривать, в отличие, кстати, от ее подруги. Расспрашивать которую не хотелось уже Карлону, жрец ценил свое время.
– Я понимаю ваш испуг, сестры. Однако вы забыли: все в этом мире происходит по воле нашего Господина. Он позволил вам возродиться, он же уберег вас от гибели. Следует помнить и верить в это. Ваша же вера слаба, посему страх и овладел вашими душами. Не следовало срываться на брате Палтине, желавшем всего лишь проявить заботу! Извинитесь перед ним. Искуплением же назначаю вам натаскать воды и вымыть полы храма, не следует дому Господина приходить в запустение.
Жрец усмехнулся про себя. Девка ненавидит Палтина, извиняться перед ним для нее станет худшим наказанием. Пока же девушки будут заняты – а работы им предстоит много – старший брат сможет сходить на место происшествия, проверить их рассказ. И, пожалуй, следует приказать Артаку последить за Селестой. Бывший художник сердит на нее из-за утерянного расположения Аларики, он исполнит приказание тщательно, на совесть. Пусть поищет, возможно, заметит нечто любопытное.
Дождавшись, пока Карлон отойдет на приличное расстояние, Андрей потянул за собой Аларику:
– Идем.
Женщина не сопротивлялась, хотя шла медленно. Ответов на вопросы Селесты у нее не было, а те, что имелись, не хотелось озвучивать. Слишком уж личные воспоминания. Наконец, они забрались на крышу относительно крепкого дома, с которой открывался хороший вид на окрестности. В таком месте разговор сложно подслушать.
– Какого черта тебя понесло к солдатам?
Кто такой (или что такое) «черт» Аларика не знала, но смысл вопроса уловила верно. Только ответить ей было нечего:
– Я… Когда я увидела, как они ту девушку убивают… Ты знаешь, как я умерла? Хотя откуда тебе… Почти так же. В банде была, нас двадцать человек собралось. Зима, пищи нет, согреться негде. Долго рассказывать. Меня так же – раздели, отымели всем скопом и глотку перерезали. Тех, правда, побольше было.
Говорила Аларика сбивчиво, делая долгие паузы между словами. Выплескивала из себя давно сокрытые воспоминания, ту черноту в памяти, о которой безуспешно старалась забыть. Красивое лицо исказилось гримасой боли, по гладким щекам текли слезы.
– Как увидела… Кажется – я это, там, меня снова убивают! Так страшно стало, не передать! Тогда… кажется, набросилась, попыталась ударить, меня держал кто-то. Дальше не помню, ты лучше знаешь.
Селеста слушала, молча обняв рыдающую подругу и успокаивающе поглаживая ее по волосам. Кто бы мог подумать. Прежде Андрей не задавался вопросом, как прожила его новая подруга эти проклятые три года. Конечно, он понимал, и из оброненных скупых намеков, коротких рассказов, и простая логика подсказывала, что судьба у Аларики тяжелая. Молодая девушка, всю жизнь проведшая под крылом заботливых родителей, состоятельных и любящих, красивая, талантливая, внезапно оказалась одна. Защитить ее было некому, к диким законам изменившегося общества она оказалась неготовой. Наверняка ей трудно пришлось, с ее-то внешностью.
Странно, как она не озлобилась, не очерствела душой, не сошла с ума. Сквозь носимую циничную маску постоянно проглядывало нежное и ранимое существо, от умения сострадать Аларика тоже не смогла избавиться до конца. Да, она эгоистка, но эгоистка добрая, как ни парадоксально это звучит.
Одновременно в голове ворочались иные мысли. Итак, ничего путного по поводу своего жуткого вопля Аларика поведать не смогла. Интуиция подсказывает, что продолжать расспросы бессмысленно, все равно девушка ничего не вспомнит. Только измучается окончательно. Жаль, Андрей хотел бы получить оружие, сопоставимое по силе со способностями Карлона, иметь козырь в рукаве всегда полезно. Землянин помнил, какое действие оказал на него вырвавшийся из горла разъяренной женщины звук, и тихо радовался, что основной удар пришелся не на него. Эта способность требовала серьезных затрат сил, однако – если рассуждать логически – по мере овладения применять ее станет легче. Может быть, потренироваться? Андрей представил себя, стоящего посреди разрушенного города и орущего во все горло, губы невольно растянулись в мрачной гримасе. Совершенно бредовая картина.
Надо навестить тот подвал. Осмотреть. Вдруг что-то проясниться.
– Успокойся – Аларика перестала рыдать, просто обхватила Селесту руками и тихо выла. – Все в прошлом. Больше с тобой никто так не поступит, обещаю. Тебя больше никто не обидит, слышишь?
– Правда?
– Да. Слово даю.
Глава 5
Слово «каав» означает нечто среднее между аккумулятором и символом жреческой власти. Точного перевода для этого и множества других терминов Андрей подобрать не смог, хотя и пытался. Чтение книг выявило интересную закономерность: слова, имеющие в русском языке приемлемый аналог, он использовала не задумываясь, с местными же идиомами приходилось сложнее. Например, выражение «рука мертвеца» означало не оторванную конечность трупа, а безнадежную к выполнению работу, что понять удалось не сразу.
Другие проблемы возникали при использовании специфической терминологии, почерпнутой из книг. Девушки добрались-таки до разгромленной библиотеки, в которой действительно сохранилась кое-какая полезная литература. Мало, в части книг отсутствовали страницы, но, как говорится, на бесхлебье и камень хлебом станет. К этому времени Селеста научилась сносно читать, что Аларика относила на счет пробуждающейся памяти, землянин же грешил на привычку перерабатывать большие потоки информации. Алфавит простой, всего тридцать одна буква, твердый знак изображается совместным написанием двух значков под чертой, звука «Ще» в сальвском языке нет. Короче говоря, освоить чтение удалось легко, намного хуже обстояли дела с письмом, сказывалось отсутствие практики.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
